Революционер
Шрифт:
– Побыстрее, а то мне чихнуть хочется…
– Спокойно, лейтенант, сейчас настрою.
– Чтобы я без тебя делал, ага, – недовольно прорычал я, отворачиваясь от сосредоточенной морды бывшего бандита.
– Это точно, – усмехнулся рыжий и экзоскелет наконец-то отпустил меня. Я выдохнул и попытался встать.
– Спасибо…
– Подождите, – лис положил мне ладонь на грудь, оставляя на полу, – Давайте сделаем калибровку?
– Давай сделаем, – согласился я, понимая что этот костюм, если надо, меня во внутриматочную спираль свернёт.
Чак что-то потыкал в бортовом компьютере,
– Так, встаньте прямо и коснитесь сначала правой, а потом левой лапой кончика своего носа.
– Это что – тест на пьянство? – спросил я, но с пола встал и указания выполнил.
– Вы не поверите, но по линии ходить придётся, – усмехнулся рыжий, и продолжил, – Теперь указательными пальцами коснитесь пупка.
– А тем, у кого пупка нет что предлагают?
– Другой костюм. Теперь наклонитесь и коснитесь лапами ботинок.
– Ух ё…
Хорошо, что я ещё был в хорошей физической форме. Костюм оказывал довольно большое сопротивление моим действиям, тщательно записывая каждое моё движение. От меня потребовалось так же присесть, поднять лапы вверх, потом вниз, сделать два отжимания и даже выгнуться мостиком. В конце Чак нашёл кусок туалетной бумаги, отмотал от него метровый кусок и расстелил на полу.
– Ты шутишь?
– Расставьте лапы в сторону и пройдите по линии. Это последний тест.
Плюнув в душах в угол купе, я сделал всё как велит лис. Казалось, что лис изыскано издевается надо мной, но я был уверен, что всё делаю правильно: время от времени поглядывая на экранчик в правом рукаве, я видел как все эти действия отображаются на нём в анимированном виде.
Как только я сделал последний шаг по куску туалетной бумаги, костюм пискнул мне в ухо, и на экранчике появилась нарисованная собачка, показывающая мне большой палец, и большая надпись “Калибровка Завершена”. Спустя несколько секунд надпись исчезла, и костюм перешёл в свой обычный режим, только на этот раз движения были куда более ровными и плавными.
– Отлично, – констатировал я, проверяя лапами карманы в куртке.
– Как обычно, – улыбнулся лис, и встал напротив меня, – Так что за задание будет, товарищ лейтенант?
Я уселся на кровать и нащупал в своей куртке, которая по количеству карманов напоминала армейскую разгрузку, флягу с водой.
– Ну, приказ тут такой. Так как ты мой почётный спасатель – проставляться будет Добб. А я буду праздновать своё возращение на не историческую родину, – я с улыбкой похлопал по полке, на которой сидел.
– Хотите сказать, что никакого задания не будет?
– Хочу сказать, что наше задание на сегодня – повеселиться.
– По-моему это лучшее задание из всех за последнюю неделю! – уверенно ответил лис, улыбнувшись мне.
– Да ты у нас всего месяц, – усмехнулся я, – Ещё не знаешь, насколько приятными и хорошими бывают поручения старшего командования.
Я приложился к фляге, глотая воду большими глотками. Теперь хотелось только есть, и я был уверен, что в основном районе Красноярска я забью пузо так, что меня придётся нести. Но сначала предстояло взять новое оружие, и дождаться Добба.
Чак закинул винтовку за спину, воткнул пистолет куда-то в штаны, заслужив неодобрительный
взгляд с моей стороны. Впрочем, у меня места для лишнего пистолета тоже не нашлось, и пришлось его засунуть в один из карманов на штанах. Выйдя из вагона мы с ним дошли до конца состава, который я с таким трудом отбил у Мародёров, и смело запрыгнули внутрь – мой новый костюм повышал не только силу, но и ловкость. Ключи от почтового вагона нашлись на своём месте в броне, но вот с поиском оружия возникли проблемы.Мы с Чаком перерыли весь вагон, в поисках пулемёта в приемлемом состоянии.
– Может этот? – Спросил рыжий, и поднял с ящика затертый РПК с прикладом обмотанным изолентой. Пулемет жалобно щелкнул разбитой защелкой и отсалютовал своей ствольной коробкой. Следом в воздух взвилась возвратная пружина, и наконец картинно вывалился затвор. Прижимая пулемет к груди, свободной лапой Чак попытался поймать разлетающиеся детали, но чуть не выронил то, что осталось от пулемета, и прижав уши, виновато посмотрел на меня, – Понял…
Я покачал головой и двинулся дальше, разглядывая ряды оружия. Большая часть попала сюда в виде трофеев, отнятых у бандитов, и вследствие этого, были в плачевном состоянии...
У некоторых стволов не хватало частей, у других — целых узлов. Некоторые разваливались в лапах до состояния набора запчастей.
– Может, автомат возьмёте? – крикнул Чак с другого конца вагона, показывая мне затёртый до белизны старый АК-74 с расколотым прикладом.
– Не солидно как-то… – проворчал я, пиная ящики с патронами, – В такой броне ходить с мелкашкой…
– Логично... – согласился лис и убрал автомат на место.
В одном из ответвлений я наткнулся на любопытный экземпляр.
– Что это, у нас тут?
На ящике стоял легендарный МГ-42 – я даже присвистнул:
– Вот это да!
Черный массивный пулемет с перфорированным кожухом казался совсем новым.
Подошедший Чак непонимающе переводил взгляд с моей восторженной мины на пулемет и обратно. Наконец он не выдержал:
– Странный ствол. Чего в нём такого?
Я усмехнулся:
– Это немецкий пулемет, времен Второй мировой. Америкосы — тогда наши союзники — прозвали его «Пила Гитлера».
Чак чуть наклонил голову, и посмотрел на пулемет:
– А кто такой этот гитлер? – поморщился он, явно перебирая в своей памяти образы.
– А, долгая история, – я лениво махнул лапой, – Вообще вся вторая мировая – долгая история. Хотя как уж сказать… по сравнению с последней войной – туфта. Пять лет длилась всего.
– А я думал что меньше чем по пятьдесят не воюют, ага, – лис как будто строил из себя дурака.
– Жаль, боеприпасов к нему не напасёшься…
– Почему?
Я ласково погладил широкий кожух:
– У него скорострельность — 20 выстрелов в секунду. Пятидесяти зарядный магазин он изрыгал за две с половиной секунды. Из-за этого отдельные выстрелы были не различимы. И на расстоянии его стрельба, напоминала звук рвущейся материи. Кстати поэтому его пилой и прозвали.
Я осторожно поднял старый пулемет, и слегка покачал на руках — костюм съедал ощущение веса, но «обратная связь» позволяла почувствовать вес оружия.