Революционер

– Так, а теперь запомни одну прописную истину: не знаешь своих инвесторов – не груби всем подряд! Потому что мало того что получишь неиллюзорных люлей, но и на следующий день лишишься работы!

– Простите, мистер Роджерс! – проскулил бульдог, держась за лапу пса.

– Если я выйду, а вы не на посту – ищите другое заведение! – рявкнул доберман, и ещё разок приложил пса мордой об стенку. На этот раз я совершенно явственно услышал сильный хруст и треск. Возможно даже, костей.

Добб отряхнул лапы, как будто от пыли, и кивнул головой в сторону входа, слегка улыбнувшись.

– Ничего себе, – прошептал Чак, приоткрыв пасть, – а я бы наверное даже и не прошёл бы!

– За пару сотен, разве что, – пожал плечами пёс, – Надёжные ребята, но тупые.

– Ты их знаешь? – спросил я.

– Нет, это новые. Раньше тут два тигра стояли – вот с кем можно было выпить и поговорить по душам.

– И ты пил?

– Спрашиваешь! – усмехнулся пёс, и углубился в здание.

Я последовал за ним, аккуратно перешагивая через бесчувственные тела охранников, которым повезло попасть под горячую лапу киборга-профессионала, да ещё и военного. Чак не удержался, пнул для остатки одного, которого Добб вырубил первым.

Внутри нас приветствовала молодая кошечка-гардеробщица, которая, завидев Добба, соскочила со своего места, отбросив журнальчик, который до этого нехотя читала.

– Мистер Роджерс! – заверещала она, повиснув у пса на шее, – Я так рада что вы снова решили к нам заехать!

– Да-да, Кимми, я тоже рад тебя видеть, – Добб даже чмокнул кошечку в нос, погладив её ушки, – папа на месте?

– Конечно! – радостно ответила кошка, и посмотрела на нас с лисом,- ой… Простите, я…

– Ничего, Кимми, это мои друзья, мы сюда пришли отдохнуть.

– Ура! – последовала реакция гардеробщицы на такое заявление.

Доберман выпутался из цепких объятий кошки и поставил её на землю.

– У меня к тебе одна просьба, Ким, – мой друг добавил немного серьёзности в свой голос и кошка сразу же навострила ушки, – Сбегай в аптечку, принеси нашатыря.

– Зачем? – откровенно удивилась кошечка.

– Я вырубил двоих ваших охранников на улице.

– Ох, ну хвала небесам! Наконец-то кто-то научил их вежливости…

Кошечка сказала это совершенно беззлобно и отправилась куда-то в глубь своего гардероба, уйдя в какую-то дверь, на которой висела строгая красная табличка “только для персонала”.

– Милая киска, – констатировал я, подходя к доберману.

– Да, я её ещё вот такой помню, – пёс показал раскрытую ладонь где-то у своего колена, – конечно при рождении не присутствовал.

– Надо же, я уж подумал что при зачатии…

Добб усмехнулся и посмотрел на меня со своим извечным огоньком в глазах. Только на этот раз это было не искусственное, а очень даже настоящее, показывающее мне, что этот старый киборг своего не упустит. Вообще никогда.

На входе нам пришлось разоружиться. Как ни странно, Добб, который неохотно расставался с оружием, сложил пистолет и большой штык-нож в камеру хранения, и попросил нас сделать тоже самое. Я закинул автомат внутрь, но про пистолет промолчал и оставил его в кармане. Лис же неохотно положил бесшумный пистолет внутрь небольшого сейфа, а винтовку прижал к груди.

– Она туда не влезет…

– Да… – Добб закрыл небольшой металлический ящик на ключ и оглянулся, – где-то тут должен быть сейф для более крупного оружия…

После недолгих поисков мы его так и не нашли, но нам помогла Кимми, проходившая мимо держа в лапах небольшой ящичек с красным крестом на крышке. Он оказался за стойкой, и заперт он был куда надёжнее, чем тот сундук, в который мы побросали нашу мелочёвку.

Провернув два ключа в сейфовой двери, Добб приподнял её и улыбнулся. Сейф был уже занят.

– А я-то думал, куда он подевался, этот негодник…

– Что там? – я перегнулся через стойку и увидел, что в большом сейфе лежит огромный шестиствольный пулемёт Терминатора, и рюкзак с полным боекомплектом.

– Ну, если сам песец оставил свой пулемёт здесь… – прохрипел Чак, как только Добб снова попросил положить оружие в сейф на хранение.

Лис опустил винтовку Драгунова рядом с блоком стволов гатлинга и отошёл от него, сложив лапки на животике, как будто прощался с лучшим другом.

– Ничего с твоей винтовкой не случится, – пообещал пёс, закрывая сейф на оба ключа, – Отдыхай, солдат.

– Слушаюсь, – улыбнулся лис и чуть толкнул меня в бок локтём, – А если что мне другую винтовку дадут?

– Не сомневайся, – ответил я и толкнул лиса дальше, вслед за Доббом.

Заведение, в которое нас затащил доберман, больше походило на небольшой концертный зал: несколько маломощных софитов освещали невысокую, но просторную сцену, на которой ютились несколько музыкантов с традиционными инструментами, и даже нашлось места для пианино. В остальной зал был уставлен пластмассовыми круглыми столами с разномастными стульями, стоящими прямо на бетонном полу без всякого покрытия. Потолок украшала металлическая сетка, из которой раньше делали заборы – на ней в разнобой висели небольшие, но довольно яркие лампочки, каждая из которых освещала столики в индивидуальном порядке.

Я присвистнул, остановившись на входе. Такого роскошного заведения я давно не видел, и видимо не увижу – даже в Центре Москвы не встретишь таких уютных и приятных ресторанов. Сразу мой взор зацепил одну официантку – молодая динго в форменном фартучке с короткими шортиками и белым топиком, обтягивающим молодые груди дикой австралийки. К несчастью она не заметила моего страстного воздыхания, и пробежала мимо, с пустым подносом и полным карманом щедрых чаевых, которые ей оставил серьёзный тигр в углу.

– Роджер! – крикнул кто-то в другом конце зала, где находился большой светлый бар, – Доберман, ты ли это! – кричал со своего места бармен, – Поверить не могу!

– Ладно, парни, развлекайтесь, и ни в чём себе не отказывайте, – сказал Добб и раскрыл свои широкие объятия, в которые тут же рухнул коренастый серый кот.

Мы с Чаком дружно решили, что нашего друга можно оставить разбираться со своими делами, и отошли к ближайшему свободному столику. Я искренне надеялся на чудо, которое не замедлило произойти.

– Что вы стоите? – спросил милый голос за моей спиной, – Раз пришли, то садитесь.

Я обернулся и встретился нос к носу с динго. Она была чуть пониже меня, и я слегка наклонил голову, чтобы посмотреть ей в глаза. Официантка улыбнулась мне и взялась за поднос двумя лапами.

– Добрый вечер, – тихо сказал я, не отрывая от неё глаз.

– Добрый, – улыбка на её мордашке расцвела ещё больше, и она чуть поклонилась, – этот столик не занят. Прошу, присаживайтесь.

– Конечно… – всё так же тихо сказал я, и уселся на мягкий пластмассовый стул, который жалобно скрипнул под моим весом, чуть сгибая ножки. Видимо, он был из комплекта к столику, потому что Чаку достался старый деревянный стул, перемотанный в некоторых местах чёрной изолентой.