Революционер

– А ну отставить! – по-военному рявкнул пёс, – Взял себя в лапы и попросил этих двоих решить твои проблемы!

Чак как раз вернулся с пистолетом-пулемётом в лапах и выглядел довольным. Песец как обычно серьёзно смотрел на толпу, будто ища в ней поддержки.

– Ребят… – жалобно протянул кот, поддерживаемый Доббом кот, – Помогите мне…

– Для начала мы поможем себе, – проворчал песец, поигрываясь с синей арматуриной.

– Только прошу… не надо никого убивать…

– Я сразу сказал, что лично я убивать никого не буду, – уверенно сказал лис, поглаживая короткий ствол Узи, – Только перевоспитывать.

– Аналогично.

– Им даже лоботомия не понадобится после этого, – усмехнулся Чак.

– Только инвалидная коляска… – буркнул песец, – Пошли, мы и вдвоём справимся… Ты! – рявкнул полярный лис, показывая на кота, – Пошли, дорогу покажешь!

– Как скажете! – промямлил кот, и поспешил за бойцами.

После того как их хвосты скрылись на лестнице, я пощёлкал парой кнопок, выключая боевой режим. В теле кипел адреналин, хотелось что-то делать, но дух ослаб и хотел только набить желудок поплотнее. Поэтому нагрузка, которую дал выключенный экзоскелет, неплохо остудила мой пыл. Я уселся за свой столик, который по счастью не пострадал во время перепалки, и подпёр морду лапой. Добб подтащил ещё один стул и сел рядом.

– Дружище… – начал он, положив лапу мне на плечо.

– Жрать хочу, – перебил я его. Добб сразу щёлкнул пальцами, подзывая к себе другую официантку.

– Мия, будь добра, принеси шашлыка. Наверняка кто-то заказывал, давай побыстрее…

Кошечка, которая подавала поило Терминатору, кивнула и убежала. Я не хотел говорить, только слушал…

Кто-то в спешке собрался покинуть заведение, кто-то помогал раненной гардеробщице, а ещё кто-то только будоражил свою кровь крепким алкоголем. В основном среди них были владельцы украденного оружия. Я знал чего они так надираются – им будет очень непривычно ходить без ствола по улицам города, каким бы безопасным он не был.

– Слушай, я понимаю что ты…

– А почему Мистер Роджерс? – спросил я пса, – Всегда тебя Доббом называл, а ты оказывается мистер-твистер! – видимо от пережитого в мозгах что-то переклинило, и я начал вести себя… неадекватно.

– Оперативный псевдоним, – спокойно признался доберман, – Странно, что ты раньше этого не замечал.

– И сколько у тебя этих… Псевдонимов?

– Одиннадцать. По одному на каждый часовой пояс.

– Потрясающе…

Перед моим носом поставили тарелку с парой палочек, на которых были насажены крупные куски мяса.

– Заказали двадцать минут назад, с этого столика, – отрапортовала кошка, – Всё в порядке.

– Спасибо, Мия. Лейтенант, поешь… – попросил Добб, похлопав меня по спине. Хорошо, что я был в костюме – сейчас бы я, наверное, не выдержал ещё двух синяков от киборга.

– Спасибо, – слабо сказал я, берясь двумя пальцами за картофелину, которую повар наспех положил в тарелку к шашлыку, лишь бы лежала. Соус кстати тоже был. Что-то томатное, в отдельной плошечке.

– А как тебя… Зовут? – спросил я, рассматривая ломтик жаренной картошки.

– Если тебе это действительно интересно это знать, то я тебе скажу. Но имей в виду, за все мои годы жизни это узнали максимум шесть или семь зверей. Поверь, это знание не представляет из себя ничего ценного.

– Всё-таки.

– А три двадцать один, – спокойно сказал Добб. Я схрумкал палочку картошки – не посолили, но с соусом покатит.

– Сам придумал?

– Придём ко мне – покажу тебе маркировку.

– Да ладно?

– Да. Только мне придётся раздеться, – пёс пожал плечами и тоже взял себе соломку, – Ты лучше на мясо налегай.

– А где-нибудь на заметном месте не могли сделать?

– Все, что было на видном месте, я уже затёр или свёл, – доберман пожал плечами.

– Понятно. А что значит?

– Первая серия, третья партия двадцать первая единица.

– Так просто?

– А чего мудрить? Нас делали тысячами, если не миллионами.

– То есть можно найти номер типа… Я девятьсот сорок два тире двадцать пять тысяч сто четыре? – навскидку придумал я, снимая с деревянной палочки кусок мяса и разламывая его пополам.

– Ну да.

– Потрясно.

Я отправил первую половинку к себе в пасть и пожевал, смотря на вторую. Прожарили хорошо.

– Слушай, я не знал… – попытался продолжить Добб, но я снова перебил его.

– И чего это нам так не везёт?

– Не везёт?

– Только я захотел прожить день без приключений – и вот те пожалуйста. Не хватало ещё хоронить Терминатора с Чаком.

– Ну дури, лейтенант. Чак – самое везучее существо на планете.

– Что-то я разуверился в удаче… – покачал головой я, отправляя в пасть вторую половинку куска мяса. Оглядев тарелку, я понял, что шашлыка даже с гарниром будет маловато.

– Да, в последнее время тебе везёт только на приключения, – усмехнулся Добб, вытягивая у меня с тарелки ещё кусочек картошки с заговорщеским выражением морды.

– Это точно. Везёт.

Следующие пять минут я говорит не мог – я забил пасть едой и этим оградился от ненужных бесед с киборгом. Пёс просто сидел рядом со мной, молча завидуя моей трапезе. Ну или не завидуя. Неважно.

Он пощёлкал пальцами и попросил принести графин вечнорусской и пару стаканов.

Минут через тридцать снаружи послышался рёв движка и свист тормозов, и шуршание шин о сухой песок. Я не стал подниматься и бежать смотреть что произошло – съев три порции жареного на углях мяса я не мог подняться, да и не хотел уже. Мы с Доббом делали то, ради чего сюда и пришли – напивались. И как обычно в такой обстановке моего старинного друга тянуло на рассказы о войне людей, о том какие они все разные были, о том что война всё ещё продолжается… А я сидел, обнимал одной лапой пузатую бутылку хорошего крепкого самогона, другой – рюмку, в которой ещё немного плескалось. А вот доберман напротив довольствовался местным коктейлем, который больше нигде не наливают – вода из Енисея, смешанная с водкой и растолчённым активированными углём. Полученная чёрная жидкость употреблялась исключительно с зажатым носом, но мой приятель был настолько суров, что пил её как газировку из банки.

– Матерь божья… – только и раздалось над нашими головами, когда Чак и Терминатор смогли до нас добраться. От меня в этот момент осталось только астральное тело, которое по привычке витало где-то в облаках, а Добба опять потянуло жениться. Нас напоили раствором каких-то лекарств, что-то рассказали, песец любовно погладил свой пулемёт, а лис, подпрыгивая от восторга тискал за мягкую попу официантку из породы динго… Эх ты, бешенная австралийская…

Последнее, что я помню – слова лиса о том что мне ещё пред ясны очи нашего полковника и как меня вчетвером пытаются запихнуть на заднее сиденье чужой машины… Каким-то внутренним ухом я понимал, что машина разваливалась на ходу, но всё равно сел. В голове пронеслись несколько мыслей о сегодняшнем дне, но они сделали это так быстро, что я не успел рассмотреть их как следует, и понять – умные они были или нет?

Но всё было не важно. Измученный разум почувствовал полупопиями мягкий диван, проверив желудок и окружение, закрыл мои глаза без всякого моего ведома и показал большую зелёную надпись: Спящий режим.

====== 19. Лижет пепел, лает сука ======

– Слушай, а там ещё что-нибудь осталось?

Доб перевернул бутылку верх дном, но ничего кроме одинокой капли более в его глотку не упало.

– Чёртов Енисей...

– Да, проклятая речушка...

– Да я про коктейль, – прорычал Добб.