Революционер

– Отлично доехали! – сказал Чак, – Местами даже под двадцать километров в час гнали, я ручник порвал.

– Ручник? – удивился песец.

– Да, тормоза отказали на втором километре. Удивительно, как на этом ездили раньше.

– На пинковой силе, – усмехнулся я, и в душе пнул задний бампер иномарки стальным ботинком.

Помимо стандартного и ожидаемого скрежета ржавчины, я услышал ещё какое-то звяканье, жалобно отозвавшееся на такое обращение к себе в багажнике. Поглядев сначала на Чака, потом на песца, я сразу получил немые ответы на незаданный, но очевидный вопрос – проверяли ли они багажник.

Одолжив у добермана его боевой нож, я буквально срезал ржавый замок, оставив часть в багажнике, а часть – валяться на потрескавшемся чёрном асфальте.

– Опаньки! – удивился Чак, увидев богатый урожай внутри.

– Ха-ха! – засмеялся я, вытаскивая из багажника почти что новый РПД, – Джек-пот, парни!

– В натуре он! – усмехнулся песец, – Да на кой чёрт они тогда оружие воровали-то?

– Тут слишком тяжёлое, – сказал Добб, проверяя содержимое багажника, – И хватит его всего на пятерых.

– Да как же? – Чак, как обычно, своего не терял, и завладел коробочкой патронов к пистолету.

– Посмотри, сколько взрывчатки, – серьёзно кивнул доберман запуская лапу в багажник. Темнело, как обычно, стремительно, поэтому доберман включил один глаз в режим фонарика и осветил прямоугольный брусок пластида в его лапе. Судя по маркировке – килограмм ровно, ещё не вскрытый даже. Направив луч света в багажник, мы разглядели ещё одну противотанковую мину, три противопехотных и целый завал взрывчатки.

– Да тут хватило бы на целый мост... – предположил я, вспомнив взрыв на мосту через Енисей, – а то и на два?

– Нет, – покрутил головой Добб, – Мост ты таким количеством взрывчатки не снесёшь. А вот здание – вполне.

– Уверен?

– Более чем, – спокойно кивнул пёс, и стал вытаскивать весь арсенал хулиганов на землю.

– Оставлять это здесь нельзя, – догадался лис и принялся навешивать на себя пулемёты, – Берите кто что может, а лучше поискать пару сумок.

– Эй, а кто тебя сделал главным? – возмутился Терминатор.

– Правильно говорит ведь, – кивнул я, – Песец, тебе будет тяжёловато...

– Я найду что-нибудь, – кивнул полярный лис, отправляясь на поиски в глубины небольшой свалки.

– По-моему тут не на хулиганов арсенал, – заключил Добб, вывалив всё добро на асфальт, – На террористов.

– И чего? – не понял лис, а я улыбнулся.

– Скоро героями станем.

– С какого перепугу?

– Я и так тут герой, – вставил Добб.

– Будешь дважды.

– На фиг нужно.

– Так почему героями? – ещё раз спросил лис.

– Да потому что мы спасли пару жизней, – пожав плечами ответил я.

– Ага, как будто вы сейчас всё это оружие пойдёте в утиль сдавать!

– Никогда в жизни, Чак! – я отобрал у него пулемёт, сжав в лапе знакомую и приятную рукоятку, – Мы понесём мир и добро, – добавив пафоса в голос, закончил я.

– Да-да-да... Утопим в крови все попытки посягнуть на гуманизм...

Даже Добб не удержался от лёгкого смешка. Я тоже не смог долго удерживать серьёзную мину и рассмеялся.

– Я нашёл кое-что! – донёсся голос песца откуда-то, – Только помогите мне!

– Чё с ним такое? – задал риторический вопрос Добб, включая тепловизор, и рассматривая свалку металлолома, – А... В люке застрял.

– Мне сходить? – вызвался лис.

– Не, лучше я сам ему помогу, – кивнул пёс, поднимаясь с корточек, – Собирайте пока...

– Как скажешь, – кивнул я, и сам присел на корточки возле кучи оружия.

Доберман был прав – в багажнике было снаряжение на среднюю террористическую группу разгильдяев – три пулемёта, два автомата и пять пистолетов. Для пулемётов патронов было всего сто двадцать штук, значит по тридцатнику на ствол, то есть рожок автомата. Я хмыкнул. Как и следовало ожидать, патронов для калашей было гораздо больше – по три магазина на каждый, и ящик россыпью. Пистолетными патронами уже завладел рыжий, но я его не винил – для его БП у него почти ничего не было, теперь хоть не только с винтовкой будет ходить.

А вот взрывчатки было действительно много. Килограмм двадцать в чистом виде, плюс мины. Странно, что Добб сказал что мост не снести – по моим подсчётам это можно было сделать, если подорвать опоры или несущие конструкции – может сам мост и устоял бы, а вот никакое транспортное средство по нему уже не проехало бы. Хотя... Может опытный пёс и был прав – взрывчатки было не так много.

Вскоре появились Добб и немного помятый песец вместе с ним. В лапах оба тащили какие-то деревянные ящики, с сохранившимися на них яркими наклейками – мандарины, абрикосы, бананы... Большинство из фруктов, которые когда-то ели люди уже никогда не будут существовать, но это не мешало им вызывать аппетит картинками с ними.

Кинув ящики около кучи, мы стали собирать оружие в них. Взрывчатку – отдельно, патроны – вместе с ней. Уж если рванёт, то рванёт как следует, как сказал Добб. Впрочем, всё поместилось, и мы, взяв каждый ящик парой, потащили богатый урожай в общий котёл.

– Пойдём там, я короткую дорогу знаю до кубика, – крикнул Чак с другого конца цепочки, называя административное здание завода, во дворе которого мы остановились Кубиком.

– Нам вообще-то до состава дойти не мешало бы, – напомнил Добб с недовольным кряхтением – ему, как и мне досталось нести два ящика сразу, поэтому лапы были заняты. Я к тому же вызвался тащить все три пулемёта, которые то и дело норовили сползти с плеча и попадать.

– От администрации до состава лапой подать, – напомнил я, – Веди, – кивнул я лису.

Чак тут же направился в другую сторону и обогнув свалку, повёл нас по какой-то небольшой скромной тропинке между двумя обрушенными заборами. Нам пришлось построиться друг за другом, чтобы образовать подобие “паровозика”, где между четырьмя бойцами болтались три ящика с припасами и взрывчатками. Чак, естественно, пошёл первым, подметая за собой путь собственным хвостом, а позади волочился неповоротливый песец, задевая длинным блоком стволов своего пулемёта всё, что можно было задеть по пути. То и дело за мной раздавался звучный русский мат.

К административному корпусу мы добрались, когда уже совсем стемнело, и тут же встали как вкопанные перед полуразрушенным зданием: несколько зверей укладывали в криво вырытые ямы два тела. По какой-то неизвестной мне традиции их головы были обмотаны их же одеждой, но я всё равно без проблем узнал очертания волчьей морды в одном из трупов.

– Сапёры, – первым догадался Чак, который наверное видел их через прицел собственной винтовки.

Очень странно, но я не ожидал, что от них вообще останутся тела. Конечно в лапах своих сотоварищей они были как тряпичные куклы и даже хуже – в телах практически не было костей.