Сахара

— И как ты умудрилась кроссовок потерять?

— Пустыши утащили… — пожала плечами девушка.

— Новый вид, питающийся обувью? — усмехнулся он, достав из бокового отделения пару плотных, зимних носок.

Теплые пальцы осторожно коснулись прохладной кожи натягивая темную ткань. Нежно разгладили каждую складочку. Большой палец массируя, мягко обвел контур выступающей на щиколотке косточки. Горячая ладонь прильнула к стопе пригладив ткань. Ксюша затаив дыхание следила за действиями мужчины. Когда его руки поднялись выше, подвернув ткань джинсов, девушка почувствовала, как у нее начали гореть уши.

— Все. Идем, — он нехотя отодвинулся, встав.

Мужчина отдал девушке рюкзак устремившись вперед по склону.

В невысокой траве цвели голубые колокольчики, тянули к солнцу желтые головки лютики. Средь камней темными изумрудами упрямо стремились вверх худощавые ели. Высоко, на горном хребте, блистали белоснежные шапки. Барашки облаков скользили по лазурному небу.

Мужчина вернул, Ксюше, вилы и ковылять стало немного легче. Нетронутая красота этого места завораживала, девушка остановилась, украдкой вытирая выступивший на лбу пот.

— Не отставай. Видишь вон ту низину? Нам нужно преодолеть ее до того, как туман окончательно выйдет за ее пределы.

До обозначенного места оставалось совсем чуть-чуть, но и клубящаяся, белая пелена поднималась достаточно быстро. Ксюша споткнулась, зарывшись ладонями в цветочный ковер. Реальность дрогнула, смешалась тысячами перезагрузок. Определенность будущего в одно мгновение перестала существовать. Все смазалось, завертелось в бешеной круговерти…

— Твою мать! — мужчина подхватил потерявшую сознание Ксюшу, — эй, что с тобой?!

Он попытался привести девушку в чувства, но ничего не выходило. Она начала дергаться как в приступе эпилепсии. Мужчина закинул бесчувственное тело на плечо, рванув в низину. Которую уже почти полностью затопил туман. Девушка сдавлено захрипела.

Белая пелена приняла его в свои объятия. Химический запах до боли продрал носоглотку. Подъем вверх с дополнительным грузом, казался бесконечным. Девушка неожиданно обмякла, тяжело дыша.

— Аска, да очнись же наконец! — легкие пощечины не помогали. Что делать в такой ситуации мужчина явно не знал.

Роковая черта была пройдена, но кисляк продолжал выплескиваться за ее пределы. Пришлось снова двинуться в путь.

Спустя десять минут ему показалось, что дыхание девушки слабеет. Он опустился на землю, прижав ухо к груди. Озадаченно посмотрел в спокойное лицо, вдохнул побольше воздуха, зажал ее нос, припав к губам.

Призраки несбывшегося отступили также быстро, как и нахлынули. Ватная пустота затопила сознание. Потом, сквозь клубы белого дыма, проступило видение светловолосого парня. Он, действительно, знал ее… Нет, не ее, а девушку как две капли воды похожую на Ксюшу.

Они были близки… Как две половинки единого целого, что нашли друг друга в бушующем безумстве этого мира. Он учил ее выживать в горах, охотиться, она рисовала карты, сглаживала своей жизнерадостностью все невзгоды здешней жизни. Он считал ее своим талисманом, несказанной удачей, наполняющей каждый прожитый день смыслом.

Ему надо было уйти всего на пару часов. Легкие деньги — десять споранов за доставку одного груза. Лучше этой парочки никто не знал эти подземелья, так что к нему часто обращались с подобными просьбами. Аска на тот момент повредила лодыжку, не то, чтобы было что-то опасное, но и смысла напрягать больную ногу он не видел. Оставив ее под присмотром надежных людей. Надежных… Да, они уже работали с ним… Но разве это признак надежности в Стиксе?

На голой земле, в разодранной одежде, истекая кровью лежала его Аска. Все лицо в синяках, от распухших губ до виска тянется глубокая резаная рана. На теле живого места нет. Она открывает глаза и смотрит… Смотрит прямо в душу, мертвыми, пустыми глазами.

Ксюша в ужасе очнулась, увидев нависшего над ней мужчину. Она взвизгнула, забарабанив руками по широкой груди.

— Аска, прости. Прости я не хотел, — мужчина в секунду отпрыгнул от нее, успокаивающе выставив вперед руки, — ты потеряла сознание…

— Я не Аска, — прошипела Ксюша, пытаясь незаметно пощупать лицо.

— М-да… И кто же ты тогда? — недовольно буркнул блондин.

— Сахара, — в тон ему отозвалась девушка.

— И давно у тебя эти припадки Са-ха-ра? — издевательски растягивая имя произнес мужчина.

— Сегодня впервые.

Он внимательным взглядом окинул ее с ног до головы.

— Ладно, Сахара, — поморщившись, процедил он, — меня можешь звать Изгой. Нам надо уходить, место тут совсем нехорошее. Ты из Ирокеза или Рубежа?

Ксюша встала, отряхивая одежду. Говорить откуда она пришла ей не хотелось, а куда подаваться дальше она не знала.

— А тебе не все равно?

— Я бы мог тебя проводить. Прости, что так вышло…

— Так вышло?! — жгучая обида заклокотала в горле. Чужие мысли накрепко сплавились с собственными воспоминаниями — Ты! Это ты виноват! Это из-за тебя все так вышло! И после всего, ты ее ненавидишь?

Мужчина потупил взор, невольно сжав кулаки.

— Что ты можешь знать обо мне, если ты не она?

— Я? — девушка покраснела, окончательно придя в себя. Она не хотела рассказывать о своем даре… И вот так просто, все выложила… — я иногда могу видеть прошлое… Не все… Какие-то моменты.

— Тогда, ты должна была видеть, что я искупил свою вину сполна. Идем, тут не стоит задерживаться.

Сначала, Ксюша, хотела демонстративно усесться на землю, раскрыв карту, но… Но сил храбриться в одиночестве не осталось, а он… Он просто был.

Она так сильно задумалась, что мужчина успел удалиться на достаточное расстояние. Ксюша, бросилась вдогонку, но уже на третьем шаге оступилась, застонав.

— Подожди, постой.

Мужчина вздрогнул, остановившись.

— А куда мы? — осторожно поинтересовалась она, доковыляв.

— Это место называют глоткой дьявола. Девятка основной своей частью плотно примыкает к горам, за исключением хвоста. Мы сейчас, как раз, между ним и горами. Тут одна дорога через Первомай мимо Шервуда.

Ясности такое объяснение не добавило, а скорее наоборот.

— А почему не тоннелями через горы?

— Там, — он неопределенно махнул себе за спину, — пещеры облагорожены, экскурсии, подсветка все дела. В этом месте без особой надобности и так лучше в систему не соваться. Тем более сейчас…