Сахара

Машины свернули на проселочную дорогу, бодро запрыгав по кочкам. Они изрядно потеряли в скорости, нагрузив до предела амортизаторы. Мимо проплывали высоченные зонтики борщевика и редкие вкрапления чахлых кустов… Высокая трава скреблась о днище автомобилей. Унылый зеленый пейзаж тянулся все дальше и вниз, исчезая в темном лесу.

Ксюша успела задремать, запрокинув голову на спинку сидения. Темная шахта ведущая бесконечно вниз, пропахшие антисептиком коридоры и он, чью жизнь ей хотелось забрать больше всего на свете. Казалось, что их встреча была предначертана задолго до появления Ксюши в этом мире. Возможно, Стикс таким образом пытался защитить своих детей от внешних захватчиков?

Комната, кейс на столе… Куча бессмысленных и ненужных вещей. Разбитые склянки… Совсем скоро все будет кончено.

Она не будет его убивать, он сам. Он все сделает сам.

— Сними маску, — властно требует она.

И сорок седьмой покорно стягивает шлем, улыбаясь бесконечно влюбленной улыбкой. Теперь все, он умрет медленно, не в силах ничего изменить, не в силах вернуться в свой мир, в одиночестве, осознавая, что совсем скоро превратиться в безмозглую тварь, жаждущую человеческой плоти.

— Отдай ее мне.

Мужчина протягивает вперед шлем, продолжая увлеченно следить за любовью всей своей жизни. Девушка морщиться от такого пристального внимания. Она лишь на секунду прикоснулась к его руке, отскочив в сторону как ужаленная. «Он иммунный!» — набатом звучало в голове.

Машину ощутимо тряхнуло. Ксюша открыла глаза, увидев, как по наваренный к дверям арматурам на крышу взбирается не в меру шустрый зараженный.

— Стряхните его, вашу мать… — зарычала сидящая за рулем девушка, выжимая педаль газа.

Боксер извернулся змеей, высунувшись в окно. Остриё клюва вошло точно под лопатку зараженному. Рывок, и тварь сорвалась с облюбованного места, упав под колеса джипа.

— Порядок, — улыбнулся мужчина, потирая руки.

— Гони! — гаркнула рация.

Дела в головном автомобиле обстояли плохо. Трое развитых бегунов облепили корпус машины. Пассажиры вооружившись клювами, не без успеха, пытались их сбросить. Ксюша, взглянула в зеркало заднего вида увидев, как на замыкающую машину прыгает еще парочка зараженных. Сильно отставая от них, по полю мчалась еще десятка тварей. Самый щуплый из них, с темной загорелой кожей, передвигался прыжками, периодически замирая на одном месте.

— Откуда их столько? — подал голос, Паяц.

— Видимо Малый опять перезагрузился, больше им взяться не от куда, — прошипела женщина, выворачивая руль.

Джип вильнул, с рыком выбравшись на асфальтированную дорогу. В дали снова замаячили серые многоэтажки. Обогнув раскуроченный КАМАЗ, головная машина значительно увеличила скорость, расплющив о дверцу грузовика настырного бегуна. Бурая кровь окрасила шипы арматуры. Скиф, вогнал в глаз нож еще одному безбилетному пассажиру, вытолкав из окна.

Брошенные авто встречались на пути все чаще, от чего водителям приходилось все время маневрировать. Через пару километров бегуны отстали. А колонна въехала на окраину города, полетев по широкому проспекту. Вокруг высились полуразрушенные дома. Давно облезлая краска местами с кусками кирпича и бетона пестрила потеками ржавчины и зелеными пятнами не в меру разросшегося плюща. Черные провалы окон оскалились битыми осколками стекол.

— Это Угрюмый, — наклонившись к Ксюше, зашептал, Паяц, — очень старый кластер, никто уже и не помнит, когда он последний раз перезагружался.

Мимо промелькнул опрокинутый газетный киоск, с развороченной витриной и следами огромных когтей на железной обшивке. Головная машина, подпрыгнув на бордюре, взобралась на тротуар, объезжая вставший поперек дороги автобус. Некогда желтый корпус выгорел дотла, намертво приклеившись расплавившимися черными шинами к потрескавшемуся асфальту.

Вильнув во двор, колонна проскочила под низкой аркой, стрелой вылетев на соседнюю улицу. По левую руку, чернильным пятном, разросся мертвый кластер. Черные дома монолитными башнями пронзали небо. Поваленный некогда светофор рассыпался тысячами осколков темного непроницаемого стекла. Антрацитовая, хрустальная листва играла бликами под ярким солнцем.

Ксюша закрыла глаза, пытаясь взглянуть на мертвый кластер истинным зрением… И ничего не произошло, мир не пришел в привычное расслоение миллионов если бы, не потонул в бесчисленном прошлом. Казалось, что этого места не вовсе не существует. Пальцы рук медленно скользнули по приборной панели. Трудно было, даже, просто признать такую возможность. Вот тут у самого бордюра жизнь еще теплиться, а на два шага дальше уже нет. «Будто гвозди приколотившие, пронзившие насквозь полотно реальности» — грустно подумала девушка, вздохнув.

Машины дружно повернули на право, проскочив под железнодорожным мостом, сильно сбавив скорость. Впереди, на пригорке возвышался парк аттракционов.

— Ну вот и приехали, — выдохнула женщина, выжимая педаль тормоза, — Дальше ножками.

Глава 19

***

Группа неспешно выгрузила свои вещи, попрощавшись с водителями джипов. Смеркалось. Вечерние тени густо окутывали мир. Ветер трепал придорожные травы.

— От этой точки, плюс тридцать минут до цели, — хмыкнул, Скиф, рассматривая карту, — так, что не расслабляемся. Держимся левее этого гадюшника, — он махнул в сторону возвышающегося колеса обозрения, — но совсем в черноту, тоже не лезем.

Ксюша повесила за спину автомат, вооружившись арбалетом. Мимо с довольным видом прочесал Боксер.

— Что это за кластер? — спросила девушка остановившегося рядом, Паяца.

— Там, парк развлечений был, а рядом гастролирующий цирк обычно располагается — гиблое место. При каждой перезагрузке оттуда такая жуть выползает, что в кошмаре не приснится.

Они шли по аллее заброшенного парка. Покосившиеся скамейки густо заросли травой. Кое где попадались полуразрушенные, облезлые скульптуры детей в пионерской форме и проржавевшие информационные стенды. Слева меж буйной листвы, щупальцами раковой опухоли проглядывали абсолютно черные деревья.

— Там, если двигаться на восток от парка обосновались килды… — его голос дрогнул, — а за ними мой родной кластер.

Меж вздыбившейся брусчатки, среди зеленой травы, пробивались муравьиные кочки.

Ксюша перевела на парня заинтересованный взгляд.

— Что они тут забыли, рядом с вымершим кластером и парком развлечений? Тут же никакого дельного хабора нет.

— У циркачей есть животные… — пожал он плечами, — из них выходят особо причудливые твари.

Скиф приказал группе остановиться, внимательно вслушиваясь в окружающую тишину. Ксюшин взгляд притянул столетний дуб. Он весь будто бы состоял из антрацита от корней до самой макушки. Тонкие, черные листья не колыхались на ветру, застыв навсегда. Девушка поднялась на корточки попытавшись один сорвать. Гладкая, прохладная поверхность больно кольнула кожу, словно статическим электричеством.