Scarlet Torment

– Нет, – она отозвалась быстро и брюнет почувствовал на себе её взгляд. Спокойный и мягкий. – Я думаю, что... Я боюсь, что могу навредить тебе. К сожалению мама меня мало учила, а брат... Это мой брат. С ним всё ясно. Я боюсь, что в какой-то момент укушу тебя и... и не смогу остановиться, Талер! Твоя сестра порвёт меня, если я...

– Моя сестра занята твоим братом и его другом, сомневаюсь, что ей есть дело. – весьма недовольно буркнул брюнет, поворачиваясь к девушке. – Вся её игра в хорошую сестричку просто для виду, что бы подавать признаки того, что она ещё с нами. И да, Римма, моя шея всегда к твоим услугам.

– Ты же понимаешь какой ты идиот? – она засмеялась и посмотрела на него искрящимися голубыми глазами. – Разрешать мне пить твою кровь в любое время...

– Может быть я идиот, – он улыбнулся уголками рта, пододвигаясь к брюнетке и всматриваясь в её бледное лицо. – Но я уверен, что могу разделить свой идиотизм с тобой. Для начала хотя бы через кровь.

– А если я соглашусь с твоим давнишним предложением? – девушка улыбнулась и её тоненькие чёрные брови приподнялись в выжидании. Талер застыл и затаил дыхание, всматриваясь в голубые глаза. Парень на какое-то момент даже открыл рот от удивления. В горле пересохло и руки начали слабеть.

– Я, конечно, не думал, что ты тогда согласишься, всё-таки это было так спонтанно... – он по-детски заулыбался и полез чесать затылок от растерянности. Римма захихикала и разогнув ноги, протянула к нему руки, на которых до локтей сползли мягкие рукава зелёного свитера. – Но и сейчас я тоже не думал, что ты согласишься!

– Да, Талер Кросс, я стану твоей девушкой! – Римма резко подскочила и протянула парню руку, как бы предлагая ему помощь. Талер поднялся самостоятельно, а после накрыл её холодную ладонь своей горячей рукой. Римма вздрогнула и заулыбалась, легко погладив тыльную сторону ладони. – В час ночи, восьмого сентября, я, Римма Карс, официально заявляю, что готова принять твоё предложение и встречаться с тобой, как все нормальные люди!

– Мой идиотизм всё-таки тебе передался, – Талер улыбнулся и согнулся, отчего их лица были в сантиметре друг от друга. Римма засмеялась и обхватила его шею кольцом из рук. Мягкие рукава щекотали щёки, прохлада от её тела будоражила. Кросс улыбнулся и подавшись вперёд – нежно поцеловал её в приоткрытые бледно-розовые губы. Римма ответила сразу и вскоре вытянулась, привстав на носочки и налегая на брюнета, который крепко обнимал её за талию и целовал так нежно, как не целовал её никто. Этот поцелуй горячим, жгучим, но нежным клеймом отпечатался в её памяти. Её бросало в дрожь от аккуратных тёплых прикосновений, от нежного чувственного поцелуя и горячих вздохов парня.

Луна неполным диском освещала маленькое озерцо, озаряя его зловещим, но прекрасным серебром. Их тёмные волосы блестели, тёмные силуэты очерчивал лунный свет, создавая изумительную картину. Чувственную, красивую картину, написанную исключительно талантливым художником.

Поместье Карс. 02:30.

Не помню, как я оказалась в комнате Карса, но проснулась я в его постели, легко укрытая мягким тёмным пледом. Сначала меня поразила темнота в комнате, а после и мутное состояние, от которого закружилась голова и к горлу подступил отвратительный ком. Я присела и схватившись за голову, болезненно простонала, осознавая, что кто-то напился. После разговора с Деметрой я вернулась к ребятам и Сара утащила меня в бурный танец из разнообразного алкоголя, выставленного на приёме. Кажется, я пила даже с Мирославой Карс, которая поклялась меня прикончить пару часов назад. А дальше – не помню ничего. Благо, проснулась я в своём платье, помятенькая, но не голая.

В глаза больно ударил свет, а по ушам ударил скрип двери и хлопок по выключателю. Сморщившись и снова болезненно замычав, я прикрыла глаза рукой и из тени посмотрела на вошедшего. Макс, вероятно, только вышел из душа. Его чёрные волосы были убраны назад и только мелкие тоненькие антрацитовые пряди спадали на бледный лоб, спуская на кожу маленькие блестящие капельки. Белая рубашка была расстёгнута и прилипла к мокрому телу, очерчивая рельеф его тела полупрозрачными складками. По его груди и животу, где чёрной вязью тянулась печать, стекали струи воды, что блестели на свету. Он был босым, и выглядел не столько сексуально, сколько мило. Его лицо было спокойным, голубые глаза не казались жестокими и холодным, а наоборот, были ясные, добрые и блестящие. Парень помахал мне и улыбнулся уголками рта. Я кивнула и рухнула обратно на подушку. Волосы распластались по постели хаотичными спутанными локонами, платье неудобно впивалось в тело, а ноги ныли от туфель, которых к счастью на мне не было. Макс, шлёпая босыми ногами по полу, вскоре оказался рядом с кроватью и упал рядом со мной. От него вкусно пахло мятой, смешанной с чем-то ещё, менее острым и приятным. Его мокрые волосы упали на подушку, практически сливаясь с тёмной наволочкой. В его комнате всё было тёмным, даже постельное бельё: наволочки бордовые, простынь чёрная, а одеяло несколько темнее подушек. Я же была прикрыта почти чёрным мягким пледом с каким-то рисунком. Скосив взгляд в сторону парня, я увидела, как локон моих волос крутится в его пальцах, завиваясь вокруг них. В этот момент хотелось смотреть на него не отрывая глаз. Он был таким милым и казалось бы открытым и расслабленным. Не было той лени, жестокости или строгости.

– Что случилось? – вздыхая, спросила я, отводя от него глаза и улыбаясь уголками губ, чувствуя лёгкое потягивание: он нежно дёргал меня за прядку волос.

– Тебе стало нехорошо, – отозвался брюнет, задумчиво рассматривая мои волосы на своих пальцах. Он то крутил прядь, то легко поглаживал её, рассматривая еле заметный блеск. – Поскольку Слава отказалась принимать тебя в своих покоях, я привёл тебя к себе. Ты не возражала.

– Сколько сейчас времени? – приподымаясь на локтях и осматривая комнату, поинтересовалась я. Сейчас я впервые могла рассмотреть его комнату нормально. Неподалёку от кровати стояла классическая бордовая софа, на которой лежала большая стопка книг и пару подушек. За ней, меж двух стеллажей с книгами, стоял высокий столик с торшером и какими-то бумагами, хаотично по нему разбросанными. По другую сторону большой кровати стоял высокий чёрный шкаф с большим зеркалом в пол. В углу, около шкафа, стояло тёмно-бордовое кресло, на котором весьма композиционно были скомканы и брошены вещи. Подростковые замашки? Забавно.

– Где-то около двух ночи, – осведомил меня брюнет, отпустив прядь моих волос и устремив взгляд на светлый потолок – единственное, что было светлым в его комнате. – Тебе нужно было вернуться домой до двенадцати?

– Моника ничего не говорила, – я вздохнула и вернулась обратно на подушку, так же уставившись на потолок. – Выключи свет, пожалуйста...

– О! Так ты останешься со мной? – замурчал он, быстро подымаясь с постели и так же быстро погасив свет. Через несколько секунд он уже снова лежал рядом со мной и я почему-то была уверена, что он так же смотрит в потолок, раскинув руки.

– Да... – прохрипела я и повернулась к нему боком, одновременно проклиная своё платье, которое шуршало и противно впивалось в кожу. – Нам нужно поговорить.

– Я тоже так думаю, – он вздохнул и его подушка зашуршала, он повернулся ко мне лицом. – И для начала хотел бы извиниться за то, что произошло вчера. Это не очень-то правильно с моей стороны по отношению к тебе. Прости.

– Это... – я задержала дыхание, думая, что же мне сказать в оправдание. – То что мы переспали ещё ни о чём не говорит. И...

– И тебе нужно подумать и всё-такое? – он, кажется, посмеялся надо мной, но не со зла, а понимающе. Хотя, чему мне тут удивляться. Думаю, что количество женщин в его долгой жизни перевесило отметку в парочку тысяч. – Думай. Я не буду давить на тебя и требовать какого-то особого к себе отношения. Я готов быть тебе просто другом.

– Спасибо, – я улыбнулась и нашла в темноте его холодную руку, сжав его пальцы я облегчённо вздохнула. Я рассчитывала на более сложный разговор, полный строгих взглядов и реплик с его стороны, но оказалось всё куда легче... – Спасибо, что понял меня.

– Это я тебя сейчас понял, – он засмеялся. – А в полной мере – не сдвинулся ни на шаг.

– Что конкретно ты не можешь понять? – я повернулась на спину и пожалела об этом из-за своего платья.

– В данный момент не понимаю, как ты лежишь в этом платье, – он снова смеялся и я слышала приятную хрипоту в его голосе, будто он чуть-чуть простыл, гуляя на ветру или выпив ледяной воды. Я захихикала и с покалыванием в висках поднялась – села. Тяжело вздохнула и скинула с ног тёплый плед. После поднялась и пошатываясь, покачала головой, так убирая волосы за спину и повернулась к кровати. Я видела её тусклое очертание в свете луны, которая ярко светила в окно. Я запустила руки за спину и потянулась к молнии платья.