Щуки в море

— Спасибо, фенедис[3] Суленор! — Ледяная Дева взяла камень, оказавшийся довольно тяжёлым, и положила его в поясную сумку.

* * *

Никаких скидок на беременность Даша себе не делала, и уж тем более ей не приходило в голову выпрашивать их у преподавателей — училась она серьёзно. Оставался только последний экзамен, но до него была ещё неделя, и сейчас «восьмой Наполеон» увлечённо обсуждал с остальными семью историю Тарлаона.

— Мы с Алиной перевели трактаты, которые Коберин дал, — начала Лариса. — Мироописание и летоописание, то есть географию и историю. Итак, сначала география и всё сопутствующее. Карты мы все видели, они, конечно, примитивные, но некоторое представление дают. Тарлаон, в смысле материк, а не весь мир, действительно очень похож на Австралию. Климат, понятно, не от субэкваториального до субтропического, а от субтропического до субарктического, но это единственное серьёзное расхождение.

— Не только, — заметил Артур. — Ещё нет почти никаких островов поблизости, только два небольших островка, да и то на севере, а так — один океан вокруг.

— Пожалуй, да, это тоже важно, — согласилась юная Ледяная Дева. — Это значит, что тарлаонцы не имеют никаких контактов с другими материками, поскольку навигация им практически неизвестна, плавают только вдоль берега.

— И экономических предпосылок к её развитию пока нет, — добавил Виктор. — Перенаселение им ещё долго не грозит, и пряностей, за которыми, собственно, испанцы с португальцами и плыли, они тоже не знают. А просто так, для установления связей, какого-нибудь Чжэна Хэ[4] снаряжать — опять же экономика не потянет.

— В общем, Тарлаон развивается изолированно, — подытожила Ната. — Лера, а Лесные Сёстры бывали на других материках?

— Чтобы появиться, надо знать, где, — объяснила Леренна. — А мы даже не знаем, есть ли на планете какая-нибудь другая суша! Кроме, конечно, этого непонятного места, где «храм Стихий» стоит.

— Итак, нам пока известно только об одном материке, — продолжила Лариса. — Полезные ископаемые — это землянам разведывать надо, потому что всё, что можно добывать и использовать на их уровне развития, тарлаонцы уже разведали. Серебро с золотом, медь, железо, уголь, ну олово, может быть.

— Да, олово у нас знают, и бронзу тоже, — подтвердила тарлаонка. — А вот ртути нет.

— Скорее всего есть, просто не в самородном виде, — предположила Алина. — А у вас никто не пытается делать из одних веществ другие?

— Да знаю я уже, что такое алхимия! — рассмеялась Леренна. — Ну да, некоторые ханисеты пытались, но двое очень быстро умерли непонятно почему, а у остальных ничего толкового не получилось.

— Химией я займусь, а вот геолога нам не хватает. Даша, ты только самоцветы распознавать можешь или вообще все минералы? Вот это, например, что такое? — она протянула камень из тинистарской каменоломни.

— Эмпеан, — ответила Даша, положив камень на ладонь и немного подумав. — Но на Земле такого минерала нет.

— А химический состав какой?

— Вот это я уже не могу. Минерал назову, а из чего состоит — не чувствую.

— Уже хоть что-то! — обрадовался Артур. — Химик-то у нас есть. Кстати, ты скоро сможешь появляться на Тарлаоне?

— Физически — месяца через полтора, но… — Даша развела руками.

— Да уж понимаю… Лара, меня больше всего другое удивляет. Биология! Почему видовое разнообразие ну совершенно никакое? Ни лошадей, ни овец, ни, хищников, ну это понятно — им же нечем питаться.

— Хищники есть, — возразила Лариса. — Но мелкие, не крупнее лисицы. Птиц много, насекомых… Даже не Австралия, а Новая Зеландия какая-то! Там ведь тоже до прихода европейцев не было крупных млекопитающих.

— А метеланы как же? — вспомнила Юля.

— Метеланы и хилетль, похоже, пришли на Тарлаон вместе с людьми, — теперь рассказывала уже Леренна. — Ни в одной нашей летописи не упоминается о диких метеланах. Кувары — те да, родом с Тарлаона.

— Это называется «автохтонный вид», — Артур знал любовь Леренны к книжной премудрости. — Лера, а никто не пытался выяснить, откуда вы вообще пришли? Причём, я так понимаю, два разных народа, тинистарцы же по виду сильно отличаются от вас.

— У меня такое впечатление, что об этом старательно умалчивали, — тарлаонка задумчиво вертела в руках карандаш. — Все летоописатели сходятся на том, что люди появились чуть севернее современного Ласимеля, и было это тысячу с небольшим лет назад. А вот откуда пришли и почему… Мне попадались летописи, у которых начало было попросту оторвано. Вот появились — и всё, как будто из ниоткуда!

— И было вас, судя по всему, немного, если через тысячелетие только десять миллионов стало, — Страж Вихрей начал что-то подсчитывать на калькуляторе. — Лера, а «примерно десять миллионов» — это вместе с Тинистаром?

— Ой, знаешь, нет! Мы как-то привыкли уже, что Тинистар — это чуть ли не в другом мире.

— Ладно, тогда предков современных тинистарцев тоже не считаем. Предположим, вас было тысяч пять, при этом мужчин и женщин поровну, тогда, если по четыре поколения за каждые сто лет… Сколько примерно у вас детей в каждой семье?

— От трёх до шести, больше почти ни у кого нет.

— У меня получается где-то два с половиной, — Артур показал калькулятор. — Но это при условии, что все не просто выжили, но и оставили потомство.

— Чего и близко нет, — Леренна печально вздохнула. — Так что, выходит, где-то несколько тысяч нас и было. То ли изгнанники, то ли беглецы…

— Беженцы, — поправила Ната. — Но тогда что заставило их бежать? И как они смоли оказаться в ином мире?

— Не знаю. Бывала я в других мирах, но нигде не помнят такого, чтобы столько людей одновременно исчезало.

— Ну, через тысячу лет могут и не помнить, — подключилась Даша. — Это надо летописи изучать — может быть, там упоминается? Или ты была не в тех мирах.

— Ладно, — встряхнулась Леренна. — Мне, конечно, очень хочется разгадать эту тайну, но сейчас давайте подумаем о ближайшем будущем. Итак, есть пять степных миретаров, откуда родом почти все наши Лесные Сёстры. В северные княжества пока лучше не лезть, не справимся — там сплошные леса, хозяйство ведётся совершенно по-другому.

— То есть получается некий, учёно выражаясь, кластер, — резюмировал Страж Вихрей. — Пять княжеств с очень схожими природными условиями, а значит, и со схожей материальной культурой. Естественные границы — с юга море, с севера и с востока горы, и князья друг с другом роднятся…

— Да, в том-то и дело! Может образоваться очень сильное… королевство, правильно? Не хочу говорить «мирланестан», пусть Тесенит своё хозяйство так именует! — Лесные Сёстры платили Тинистару взаимностью.

— Лера, а населения в этих княжествах сколько всего? — Даша смотрела на карту, оценивая площади. — Нисталь мне говорил, в Ниметаре — тысяч триста.

— Да, где-то так, — подсчитывала тарлаонка. — В Тапалоне — чуть меньше, в Месинтаре — примерно четыреста, в Фетерине — пятьсот. Самый большой миретар — это Ласимель, там больше шестисот.