Семь

–  Садись, я сказал!
–  прикрикнул он на нее и, схватив за руку, рывком помог ей усесться на лошади перед ним.
–  Поедем отсюда. И держись покрепче - мой Белиал своенравен.

Иблисов повесив ружье на плечо, обхватил ее одной рукой и прижал к себе, чувствуя, как Надя пальцами впилась в его руку, боясь упасть с лошади, и вся будто бы прижалась к его руке. Он усмехнулся про себя, представив лицо виконта, если бы тот увидел их. Теперь Иблисов понял, что же все-таки происходит в доме Якубовых.

Они медленно поскакали к дому графа Якубова. Граф уже ждал его там. Позади него стоял Мефодий, держащий оружие, и корчил рожи служанкам, смеша их. Заметив Иблисова, успокоился и принял свое привычно лениво-спокойное выражение лица. Петра нигде не было видно.

–  Я думал, что мы охотимся на уток, - рассмеялся Илья Михайлович, когда Иблисов подъехал ближе.

–  Тогда это, друг мой, самая прекрасная утка в твоих владениях, - мужчина слез с лошади и помог спуститься Наде.
–  Она сама выскочила передо мной. Да и как бы я мог выстрелить в нее?

–  А вам разве есть разница в кого стрелять?
–  подъезжая к ним, угрюмо произнес Петр.

Иблисов с усмешкой взглянул на него. Он все еще стоял позади Нади, держа ее за руку, и видел, какой ненавистью горят глаза сына графа. Ему нравилось злить его. Он всегда получал удовольствие от наблюдения за страданиями других людей.

–  С удовольствием еще поговорил бы с вами, - Иблисов медленно обвел взглядом всех и театрально вздохнул, - но, к сожалению, меня ждет доктор Фьерте. Так что я вынужден покинуть вас.

–  А ему чего от тебя надо?
–  спросил Якубов, растеряно провожая взглядом друга.

–  Еще не знаю, но хочу узнать как можно скорее, - ответил Иблисов, скрываясь в доме.

–  Эх, такую охоту испортил, дур-рак, - вздохнул граф.
–  Что ж... В дом, все в дом!

Иблисов быстро поднялся на второй этаж, переоделся в свежий костюм и, пройдя в другой конец коридора и постучавшись, оказался в комнате Фьерте. Тот сидел в кресле у стола, вытянув больную ногу вперед. Рядом, упершись в стол, стояла его трость.

–  Давно же мы не виделись, - улыбнулся доктор.

–  Действительно, - Иблисов тихо усмехнулся.

–  Не стойте, - Филипп кивком указал ему на свободный стул рядом с собой, - присаживайтесь.

Виктор Сергеевич присел и еле заметным кивком головы отблагодарил его.

–  Могу я поинтересоваться, что же привело вас сюда?
–  спросил Фьерте.

–  Возможно, - ответил Иблисов, - то же, что и вас.

–  То есть больная голова и печень графа Якубова?

–  Жаль, но вы не угадали. Я здесь проездом - еду на Кавказ, а по пути решил остановиться ненадолго у старого друга.

–  Решили здоровье поправить или просто путешествуете?
–  Фьерте насмешливо вскинул бровь.
–  Хотя, в вашем случае это явно не здоровье - вы выглядите прекрасно. Прошло столько лет с нашей последней встречи, а вы... почти и не изменились. Удивительно... Как вам это удалось?

–  Что?
–  будто бы не понимая, о чем говорит Фьерте, спросил Иблисов.

–  Сохранить вашу внешность?
–  Филипп прищурился, разглядывая своего собеседника.
–  Волосы, лицо, руки... Все осталось почти таким же. Да, видно, возраст... Но вы выглядите... просто прекрасно. Что же? В чем секрет?

–  Воздух, - быстро ответил Иблисов, стараясь скрыть улыбку.

–  Воздух?
–  повторил за ним Фьерте.

–  Именно он, - Виктор Сергеевич согласно кивнул.
–  В моем поместье прекрасный воздух. Долгие прогулки по свежему воздуху дали своим плоды, как видите...

–  Не верю.

–  А вы как-нибудь сами приезжайте и убедитесь.

–  Что ж, - Фьерте быстрым движением подхватил свою трость и, опершись на нее, рывком встал. Отойдя к раскрытому окну, спросил: - Так значит, все-таки путешествуете?

–  Путешествую, - Иблисов бросил на него взгляд, который не сулил ничего хорошего французу, любопытность которого уже начинала надоедать ему.

–  Знаете, - Филипп развернулся лицом к нему, - я ведь тоже путешествовал не так уж давно. Меня по работе отправляли на юго-восток нашей страны. И знаете, я там много видел и слышал, но вот самое интересное... Знаете же, что там для них не Святое Писание главное, а Коран?
–  заметив кивок Виктора Сергеевича, он продолжил.
–  Вера там у них другая, но... Но вот боятся они того же - дьявола, который сбивает их с верного пути. Разве что зовут его по-другому... Может, Виктор Сергеевич, вы знаете как?

–  Нет, - спокойно ответил он. Он знал, на что тот намекает.

–  Я знаю, это наверняка лишь забавное совпадение, но...
–  Фьерте сделал небольшую паузу и, глядя прямо в глаза собеседнику, наконец произнес: - Иблис.

–  Клоните к тому, что я - дьявол?
–  спросив, Виктор Сергеевич растянул губы в неприятной улыбке.

–  Что вы, что вы, - как-то невесело усмехнулся француз, отворачиваясь к окну - он не выдерживал тяжелого взгляда Иблисова.
–  Я же сказал, что это всего лишь забавное совпадение... Пустяк.

–  Я вас прекрасно понял, - Иблисов поднялся со своего места.
–  Если вы хотели меня оскорбить, то у вас, доктор, это не получилось.

–  Ну, ну...

–  Филипп, - Виктор Сергеевич, остановившись у двери, внимательно посмотрел на француза, - однажды вы уже поплатились ногой за свои слова. Тогда я вас пощадил, ранив в ногу. В этот раз, обещаю, пощады не ждите, - и, не став дожидаться ответа доктора, вышел из комнаты.

–  Постойте, постойте!
–  закричал ему вслед Фьерте.
–  Будьте осторожнее, Виктор Сергеевич. Хоть и прошло много лет, но я все также буду следить за вами!

***

Вечером Иблисов хотел отправиться к Якубову, но, когда он проходил мимо библиотеки, его внимание привлекли приглушенные крики и тихие всхлипы, доносившиеся из библиотеки. Граф сначала не придал этому никакого значения и уже ушел в конец коридора, но услышав очередной вскрик, остановился. Библиотека находилась в той части дома, где редко кто бывал, а коридор этот был соединен с двумя другими коридорами, так что кроме него криков никто не слышал.

Вернувшись и остановившись у приоткрытой двери, Виктор Сергеевич заглянул в дверной проем - там молодой виконт кричал на Надю, упавшую перед ним на колени.