Сердце Абриса

– Это был риторический вопрос.

Его лицо двоилось перед глазами. Язык еле слушался.

– На самом деле, ты думаешь, что я сама виновата, верно? Если бы не сглупила и не уговорила Роя уехать из дома, то не попала бы в Белый замок. Так?

– Ты не знаешь, о чем я думаю, - разозлился он.

– Так расскажи.

– О том, что я чертовски хочу тебя утешить!

Кажется, на секунду я даже протрезвела и со злостью выпалила:

– Тогда почему сидишь на соседнем диване?

– Чтобы не сожалеть завтра утром, – тихо вымолвил он.

Некоторое время мы молчали, смотрели друг другу в глаза, как было порой, если пытались выиграть спор. Как всегда я первой сдалась, отвела взгляд.

– Катись ты к абрисским демонам, Кайден Николас Вудс! – пробормотала и залпом допила виски, даже вкуса не почувствовала, словно проглотила обычную воду.

Сознание, наконец, погасло. Ужасный день в брисе закончился.

***

Кто-то резко, с сочным жмыхом раскрыл портьеры, и на меня хлынул солнечный свет. ще толком не пробудившись, я ощутила целый калейдоскоп дивных ощущений. Болело абсолютно все: голова – от виски,тело – от побоев.

– Просыпайся, спящая красавица, – услышала я голос Кайдена и приподнялась на локтях, не сразу понимая, что закутанная в незнакомое покрывало, как в кокон, лежала в его спальне Белого замка.

– Когда мы вернулись?
– просипела я.

– На рассвете.

Кайден был хмурым, собранным и отчаянно резким, словно натянутая пружина. Переносить подобных людей по утрам было сложно, а в похмелье – невыносимо. В прошлый раз, когда я умирала после виски, он вел себя спокойнее и даже был милым, хотя притворялся совершенно другим человеком, изображал преподавателя.

– Одевайся. – Он швырнул в мою сторону какую-то одежду, видимо, вытащенную из шкафа в гостевой спальне, и кивнул на тележку с едой: - Позавтракай,ты со вчерашнего дня ничего не ела. И выпей это, станет легче.

Развинтив крышку, он ткнул в мою сторону термос. Морщась от головной боли, я протянула дрожащую руку за сосудом, поднесла горлышко к носу. Напиток пах незнакомыми травами, густо и пряно.

– Что это?

– Снадобье от похмелья. По рецепту твоего парня.

Спорить о том, что Ройберти мне вовсе не парень, с человеком, забывшим прошлое, было бессмысленно. Питье оказалось отвратительно горьким, непереносимо пряным и немедленно попросилoсь обратно. Помнится, знахарь сам морщился, когда хлебал собственный чудодейственный отвар.

– Какая гадость, - прижала я ко рту ладонь.

– Выпей полностью, потому что ты должна мне кое в чем помочь, – безжалостно заявил мучитель, и в мою сторону полетела деревянная коробочка с резной крышкой. Бухнулась на кровать, подскочила и, жалко ощерившись пустыми внутренностями, раскрылась.

– Что это?

– ртефакт. Шкатулка без дна, но она потеряла магические свойства, и дно у нее появилось.

– И зачем ты швырнул в меня сломанной деревянной корoбкой, господин наследник?
– плохо соображая, вымолвила я. – сли хотел прикончить,то, поверь, я готова умереть по собственной воле, просто доведи меня до обсерватории, и я спрыгну…

– Шкатулку не первую седмицу очень ждет одна старая леди, – перебил мычание Кайден.
– У меня, наконец, добрались руки до ее починки. Уверен, в Тевете такие артефакты в ходу.

– Угу, я даже сама их придумала, только это были дорожные сундуки, – согласилась я, прихлебнув горький отвар и снова сморщившись.

– Почему ты так на меня cмотришь? Обещаю, что не буду предъявлять права на авторство.

Как ни странно, мерзостное питье действительно хорошо прочищало голову. У меня даже получилось открыть оба глаза, что было особенно ценно.

– Сколько понадобится времени, чтобы она пробудилась?
– вымолвил он.

– Не знаю. Часа три, – пробормотала я. – Смотря, что в ней сломалось. Нужно ковыряться.

– У тебя два часа. Принесешь в мой кабинет во властительском крыле.

Я так опешила от наглости, что окончательно пришла в cебя.

– Господин наследник, я не собираюсь чинить разные… сломанные штуки вместо твоих артефакторов. Ясно? У тебя же целая мастерская лучших магов северной дол…

– Полтора часа.

Он развернулся на пятках и направился к выходу.

– Вообще-то, я хочу принять ванну! И у меня болит голова.

Врушка. Похмельную мигрень чудодейственное лекарство убрало ещё на втором глотке.

– Принесешь, а потом мойся хоть до вечера, – кивнул Кайден на закрытую дверь в банную комнату. – Если захочешь, то тебя отведут в термали. Девушкам они нравятся.

За ним захлопнулась дверь, потом резко открылась обратно, и наследник проворчал, заглянув в спальню:

– И не смей засыпать.

Он, наконец, исчез.

– Скотина, – буркнула я, повалилась на подушки и, выплеснув немного настоя,тут же вернулась в вертикальное положение.
– Проклятье. Ненавижу!

В назначенное время, чувствуя себя если ни прилично, то сносно, с готовой шкатулкой в руках я вышла из спальни Кайдена и обнаружила на дверях двух стражей. От неожиданности даже попятилась в комнату.

– Вы меня охраняете или конвоируете? – осторожно уточнила.

– Охраняем, – сухо объяснился один из вояк.

– Ладно… - замялась я.
– Тогда мне нужно… эм… пойдемте во властительское крыло.

Я чувствовала себя странно, когда за спиной шагали молчаливые телохранители , а народ испуганно выстраивалcя по стенам. Словно меня не провожали, а действительно вели под конвоем.

– Сюда, госпожа артефактор, – произнес один из неразговорчивых телохранителей и указал на высокие двустворчатые двери.

Я постучалась, потом ещё разок и, не дождавшись разрешения, вошла. Кабинет был кричаще, непередаваемо дорогим. Мебель красного дерева, ворсистый бежевый ковер на полу, шкафы со стеклянными дверцами, полные фолиантов огромный вычищенный камин с выкованной решеткой. И портрет Вудсов, отца с сыном, на стене.

Кайден сидел за массивным письменным столом и выразительно постукивал кончиком стило по столешнице. На стуле сгорбился помощник артефактора. И атмосфера царила такая, будто под высоченным потолком с лепниной сгустилась черная туча.

– Готово? – Наследни перевел он на меня тусклый взгляд.

– Да.

При звуке моего голоса помощник главного артефактора вздрогнул, но не оглянулся.

Ковер заглушил шаги. Когда я проходила мимo Питера, то заметила, что от удара хлыстoм у негo разнесло щеку. Поставила шкатулку на край стола и невольно обнаружила, что перед Кайденом лежали сложенные аккуратной стопкой листы с расчетами по испорченному артефакту для Мии.