Сердце Абриса

– Могу я идти?
– кивнула я в сторону двери. Хотелось убраться подальше и от Кайдена,и от подмастерья. От властительских замашек первого меня коробило , а от желания вцепиться в шевелюру второму и выдрать клок волос – начинало трясти.

– Подождите минуту, госпожа Харрис, – остановил он.
– Я хотел бы испытать, пробудилась ли магия в шкатулке.

– Поверьте, пробудилась.

Не знаю, чего добивался Кайден, но подобная демонстрация на глазах злющего Питера лишь раззадоривала раненое самолюбие подмастерья. И чего он на меня взъелся? Лучше бы заперся в библиотеке и подтянул теорию. Практика пошла бы веселее.

– И все же… - С непроницаемым видом Кайден поднял крышку и,изображая полного профана в бытовой магии, каковым, как мы оба знали, он естественно не являлся, спросил:

– А где руны?

– Вы же не носите одежду швами наружу, - едва не закатила я глаза. – И вашей старой леди они тоже ни к чему.

– К слову, старая леди – властительская матушка, - как будто между делом заметил Кайден, начиная складывать в шкатулку все мелочи, какие сумел отыскать на столе. Ручки, какие-то бумажки, непонятно откуда взявшиеся золотые запонки, железные скрепки – все стало исчезать в крошечной коробке, как в бездонном мешке.

Новость, что шкатулка принадлежала его бабке, вызвала во мне смешанные чувства. Стыдно сказать, но я никогда не представляла Кайдена чьим-то внуком или хорошим сыном. Он не говорил о семье, и мысленно абсолютно всех, кроме отца, я прописала на золотое облако рядом со Светлыми духами.

– Сколько туда помещается? – изогнул брови Кайден, когда осознал, что мелочи закончились.

– Фунтов десять, но мне не хватило времени отрегулировать вес, поэтому он будет ощущаться. Передайте вашей бабушке, что я извиняюсь за небрежность.

Было видно, что Кайден с трудом сдерживает улыбку. Если открытой демонстрацией он хотел унизить Питера, то у него получилось, и теперь я вовсе не была уверена, что двое охранников смогут меня уберечь от очередных неприятностей. Мстительный, ревнивый подмастерье вел себя, как король мира.

– Госпожа Харрис, вы управились за полтора часа?

– Угу.

Вообще-то, за сорок минут. Я хорошенько помокла в отделанной черым мрамором ванной наследника, потом со вкусом позавтракала,и, придя в относительно сносное состояние, взялась за работу. Но , если быть откровенной, от похмелья избавилась, а от дурного настояния – нет. Особенно после того, как в зеркале увидела огромный синяк на скуле.

Кайден пронзил взглядом заерзавшего на стуле Питера и с таким грохотом захлопнул крышку, что даже меня заставил вздрогнуть.

– Можно мне идти? – тихо спросила я, вклиниваясь в безмолвный поединок мужчин, буравивших друг друга злобными взглядами.

– Подожди. – Наследник выдвинул верхний ящик стола и вытащил перетянутую кожей коробочку.
– Браслет.

– Браслет? – нахмурилась я.

– Взамен утраченногo.

Сапожник сделал за утро? А меня, мошенник, трое суток мариновал!

– Спасибо. – Я забрала коробочку и поспешно направилась к двери, но даже до середины комнаты не добралась, остолбенела, словно ноги приросли к полу, когда услышала:

– Господин Макалистер, выходит, человек,изучивший руны по учебнику, cпособен справиться с моим заданием за полтора часа , а помощнику главного артефактора не хватило трех седмиц?

– Она не изучала руны по учебнику! – вдруг рявкнул Питер.

– Не слышал, чтобы кто-нибудь в двух мирах рождался со знанием рун, – с убийственной иронией парировал Кайден. – Вы вопиюще не соответствуете занимаемой должности, господин Макалистер. Как вы можете претендовать на место лавного артефактора замка?

– Ты не посмеешь меня выгнать. У тебя договор с моим дядькой!

– Верно, у нас догoвор. сли ты проявишь себя, то в итоге получишь должность Барнаби. Но, к сожаленью, оказалось, что бездарность, привыкшую только кутить и портить женщин, невозможно научить чему-то путному. Она все равно остается бездарностью.

– Это из-за вчерашнего? – прoшипел Питер. Кажется, от злости он даже не понял, что я все еще находилась в кабинете. – С утра все парни, что были там, отправилиcь в дикие леса. Мы все знаем, что из диких лесов никто никогда возвращается. Теперь ты отправляешь из замка меня. Чтобы не говорила ведьма, она нас спровоцировала.

– На что? – тихо спросил Кайден и перевел взгляд на меня: - Госпoжа Харрис, раз вы не пожелали выйти, то расскажите нам, что случилось вчера ночью.

Питер резко оглянулся, наконец, осознав, что я слушаю перепалку.

– Почему вы молчите? – изогнул брови Вудс. – Хотя не отвечайте… Господин Макалистер, вы имеете отношение к синякам на лице девушки?

На комнату обрушилась тишина. Казалось, что напряжение, сгустившееся в воздухе, можно было черпать ложкой.

– Ты же понимаешь, что только благодаря своему клану остался живым? – медленно вымолвил Кайден. – сли бы не фамилия, ты бы отправился следом за отбросами, решившими пустить по кругу беззащитную девчонку, а может быть, вообще, не вышел из замка, но тебе повезло родиться Макалистером.

– Я знаю, кто она такая! – выпалил Питер, подавшись к столу. – Ты даже не представляешь, о ком печешься. Она вовсе не беззащитная, как хочет казаться. Она исчезла вместе с паладином, куда он делся?

– Хочешь сказать, что девушка справилась с обученным паладином, способным зажигать «перемещение»? сли ты действительно принимаешь ее за черную ведьму, то ты еще больший идиот, чем кажешься. А теперь встал и пошел вон из замка.

– Ты с первого дня прикидывал, как от меня избавиться. А теперь нашел предлог!

– Верно, – ухмыльнулся Кайден, откидываясь в кресле. – Спасибо за то, что помог.

Питер вскочил со стула , а когда проходил мимо меня, то попытался толкнуть плечом. Я отстранилась, не давая себя задеть. Как ни странно, он даже ничего не шепнул напоследок, выскочил из кабинета и тихонечко, словно боялся спровоцировать человека, сидящего за столом, прикрыл дверь. Трусливый кролик, чудом вырвавшийся из лап тигра. Стоило признать, отчасти я его понимала: в гневе наследник клана Вудсов действительно пугал и вызывал желание бежать сломя голову.

Не посмотрев на Кайдена, я тоже вознамерилась уйти.

– Лера, - позвал он, заставив меня помедлить и оглянуться.

– Что?

– Тебя больше никто пальцем не тронет.

– А рты людям ты будешь закрывать тем же способом? – спокойно спросила я, хотя внутри отчего-то дрожала,и даже не вышла , а тихо улизнула, как мышка.

На вторые сутки после того как всех виноватых удалили из Белого замка, я решилась выйти в общую столовую, и обнаружила несколько новых лиц. два уселась за стол и получила тарелку с наваристым супом, как ко мне подсел бородатый артефактор и прoтянул исписанный, сильно помятый листок.