Сердце Абриса

– Односолодовый, - мило улыбнулась она, снова застегивая пуговички, а когда подавальщик отошел, то изогнула брови, глянув на притихших соседей по столу: - Что такое, господа? Никогда темных рун не видели?

– Ты чокнутая, - фыркнула я, стараясь не расхохотаться. Клянусь, Кристина Сереброва являлась первым и единственным известным мне человеком, не боявшимся всему миру объявлять, что когда-то попала в неприятности с Абрисом.

два нам принесли напитки,и мы успели разлить по стаканам вишневый морс и виски, как раздался возмущенный мужской возглас :

– Дамы, вы заняли наши места!

– Они были подписаны? – лениво оглянулась через плечо Крис.

– Вообще-то, да, - сквозь смех, произнес второй парень голосом Григoрия Покровского.

Я оглянулась через плечо,и даже сразу не признала королевского артефактора, впервые встретив его в обычной одежде, а не в отутюженном кoстюме со значком короны на лацкане пиджака. И, стоило отметить, выглядел он отлично.

– Так это были ваши слабенькие руны, господин Покровский? – подколола я.

– Вы знакомы?
– глаза Кристины алчно блеснули.

– Главный королевский артефактор, – пояснила я, небрежным жестом указав на Григория, потом глянула на его товарища : – А это… Не знаю кто.

– Первый помощник королевского мирового судьи, – для чего-то представился он должностью, а не именем.

– Какая прелесть, - промурлыкала Крис. Похоже, она только что присмотрела двух особей, в ее понимании подходящих под определение «приличный мужик из трактира».

– Дамы, коль вы заняли чужие места, то вам придется подвинуться, – нахально заявил Григорий и без колебаний уселся рядом со мной, сдвинув на лавке поближе к подруге. Егo безымянный приятель плюхнулся с другой стороны,и мы с Крис втиснулись друг в друга.

– Жлобы! – заявила она, прижимая локти к поясу.

– Григорий Карлович, – завыли «щедрые меценаты», – не садитесь рядом с этими мошенницами. Они изловчились за ваш счет заказать выпивку.

– За мой?
– удивился Григорий.

– Но ведь вы сегодня всех нас пригласили, – развели руками хитрецы.

– К слову, господа, познакомьтесь с Лерой Уваровой, – кивнул он в мою сторону, и у бедняг отвалились челюсти, а за столом вдруг стало очень тихо. Никогда не видела, чтобы пирующие мужчины вдруг оторвались от стаканов и уставились на двух щупленьких девчонок, стиснутых в центре лавки. Похоже, даже Крис почувствовала себя не в своей тарелке.

– Это неловко, – едва слышно процедила подруга сквозь зубы.

– Проклятье, – пробормотал один из «меценатов», – я заплатил бутылку виски, чтобы та самая Лерой, которая у шефа заказы уводит, потушила руны!

– Вообще-то, я заплатил, – поправил Григорий, переводя неловкую ситуацию в шутку.

– И много увела заказов?
– Крис напрочь проигнорировала, когда я пихнула под столом ее ногу.

– Достаточно, чтобы хотеть увести что-нибудь у нее, – важно кивнул пьяненький служащий. – Очень ловкая девчонка, а выглядит сущим Светлым духом.

– Скажите? – подначивала подруженция, пытаясь выудить побольше скандальных подробностей.

Я прихлебнула сладкий морс, чтобы скрыть, насколько сконфуена. Чувствуя, что обстановка за столом обоcтрилась от неловкости, кто-то решил поправить положение и громко провозгласил:

– А давайте, выпьем за вечную дружбу и взаимовыручку артефакторов! Алхимики – гады, точно нам не товарищи!

– Пусть грызут философский камень! – поддакнул кто-то.

Народ мигом взорвался разговорами, а ещё через минуту про нас абсолютно все забыли.

– С вами рядом алхимическая королевская лаборатория? – полюбопытствовала я.

– В соседнем здании, - подсказал Григорий, видимо, веселившийся из-за давней вражды сослуживцев с соседями.

– Господин Покровский, раз вы платили, вам и наливать! – объявила Крис, протягивая рюмку. Тот спорить не стал и быстро откупорил бутылку. Я машинально положила руку на стакан, давая понять, что спиртным не увлекаюсь.

– Не любите крепкие напитки?
– изогнул брови Покровский.

– Не летом.

– На самом деле, она в любое время года не переносит ничего крепче компота, - встряла Крис. – Очень удобно. Всегда знаешь, что в трактире есть человек, который обязательно доставит тебя до дома.

– Я тоже, – шепнул мне в ухо Григорий. – С юности непереносимость. Никто не знает.

– Тогда я с удовольствием поделюсь с вами вишневым морсом, – тихо отозвалась я.

Через час, когда Крис, подперев щеку кулачком, вдруг начала клевать носом, стало ясно, что пришло время прощаться. Григорий помог мне загрузить едва деравшуюся на ногах подругу в кеб, попутно придерживая своего приятеля, желавшего непременно приземлиться на поребрике.

– Всего доброго, господин Покровский, - попрощалась я.

– Григ, - поправил он, подпирая дезориентированного приятеля. – Друзья называют меня Григ.

– Лерой, залезай быстрее! Мне надо в комнату к девочкам! – заорала из салона Крис. Если бы молельщик Серебров увидел дочь в столь непотребном виде,то сначала отправил на лечение от пьянства, а потом в женский монастырь, чтобы там уж семейную бунтарку наставили на путь истинный.

– Извините за это, - испуганно кивнула я в сторону кеба. – До встречи, Григ.

– И можно на «ты», – прикрикнул он, когда возница уже закрывал дверь.

два я уселась, Крис уронила голову мне на плечо, повозилась, потом выпрямилась и пробормотала:

– Нет,так ещё хуже вертится. – Она шмыгнула носом. – Он годен, Лерой.

– Кто?

– Этот твой артефактор годен. Выглядит отлично, зарабатывает нормально. А ты как раз предпoчитаешь стариков. В смысле, мужчин постарше.

– Полина решила стать госпожой Покровской.

– Думай о себе, Лерой.

– По-моему, я и так всю жизнь думаю только о себе, – вздохнула я.

На следующее утро смотреть на подругу было по-настоящему больно. Зеленая лицом и несчастная душой, она сидела за столом под строгим взглядом Анны и делала вид, будто не встречала рассвет в банной комнате, перебудив целый дом и болонку Кнопку заодно, охрипшую от перепуганного лая.

– Очень вкусно, тетушка, - просипела Крис, когда в столовой появилась Матильда с тарелкой воздушных блинчиков.

– Кушай, дорогая, так быстрее попустит, – с сочувствием в голосе посоветовала та, и все явственно различили, как насмешливо фыркнула Полина, снова ковырявшая грейпфрут. Подозреваю, что она следовала какой-то новой столичной диете, ведь только отчаянный оптимист на завтрак вместо блинчиков решится слопать кисло-горькую гадость и будет надеяться на похудание. На мой взгляд, сестрицу, не мешало бы подкормить.