Север помнит

– Все-таки решил присоединиться к нам?

– Я скорее себе ноги отрублю, - заявил Тормунд с похвальной, но неуместной честностью. – Это была не моя идея. Женщина все затеяла. Где король?

Горцы обменялись удивленными взглядами.

– Не твое дело. Что за женщина?

– Я, - прохрипела Аша из-за спины Тормунда. – Приведите сира Клейтона Саггса. Он подтвердит вам, что у меня действительно есть щель.

– Ты? – Левый чуть не выронил топор, а у правого отвалилась челюсть. – Грейджойская девка? Вот проклятье, ты ж сбежала от Станниса. Так чего ж ты тут делаешь?

– Могу и уйти, если хотите. Только не уйду. Где, мать вашу, король?

Воины снова переглянулись.

– Он в лагере в миле отсюда, - наконец сказал правый. – Мы отведем вас.

Аша никогда бы не подумала, что обрадуется известию о том, что Станнис находится поблизости, но она действительно была рада. Тормунд, на которого приглашение не распространялось, поставил ее на землю, и горцы тут же подхватили ее под руки. Они оба были ниже ее ростом, зато жилистые и сильные, и ее ноги волочились по земле, словно у сломанной куклы, пока они тащили ее через укрепленное кольцо палаток и дозорных постов. Похоже, войско поуменьшилось с того раза, как Аша в последний раз его видела, и она гадала, удалось ли Станнису одурачить Рамси. Короля не следовало недооценивать, это Аша уже поняла. После того как она увидела, как Арнольф Карстарк превратился в двойника Станниса, она уверилась, что притязаниям Баратеона придает веса нечто потустороннее. Он зашел так далеко не только благодаря своей стойкости и тупоголовому упрямству. Легко не обращать внимания на лживые слухи, пока они остаются всего лишь слухами.

Над шатром Станниса не было флага, он был обнесен со всех сторон двойным частоколом из заостренных шестов и факелов. Еще двое горцев стояли на страже у входа в шатер. При виде Аши им не удалось скрыть своего изумления, но, подчинившись резкому кивку своих товарищей, они, не говоря ни слова, откинули полог шатра и впустили ее внутрь.

Над жаровней склонился закутанный в меха скелет, который строчил письмо при свете тусклой коптящей свечи. Иногда он придвигал чернильницу поближе, чтобы отогреть ее, и на его запавших щеках плясали тени, темные, словно бездонные ямы. Но когда он поднял голову и пронзил ее взглядом незабудково-голубых глаз, Аша поняла, что это и вправду он. И почему у всех моих врагов такие глаза?

Если король Станнис и был потрясен ее необъяснимым возвращением, он не подал виду и склонил голову едва на полдюйма.

– Леди Аша. Час уже поздний.

– Это так, ваша милость. – Аша преклонила колено, отчасти от того, что хотела защитить себя от возможного гнева Станниса, а отчасти потому, что ее лодыжка снова перестала ей служить. – Я хотела бы вступить в переговоры.

– Переговоры? – Станнис фыркнул. Он отложил перо, поднялся на ноги и подошел к ней странной, скованной походкой. – Значит, это так называется? Вы обманули моих людей и сбежали со своим братом-изменником. По закону, вы утратили право на переговоры.

Говори быстро. И осторожно. Аша гордилась тем, что за словом в карман не лезет, она была скора на бойкие остроты и язвительные выпады, из тех, которыми обмениваются у корабельного штурвала или за пиршественным столом. Для общения с таким человеком это не подойдет.

– Возможно, вам будет интересно узнать, что я только что вернулась из Винтерфелла. Манс-налетчик на свободе, а Рамси Болтон вернулся.

Глаза Станниса сузились еще больше, насколько это было возможно.

– Мне это известно. По крайней мере, последнее. Подозреваю, его возвращение домой оказалось не таким триумфальным, как он ожидал.

Для Аши это было неприятное известие. Если у Станниса уже есть план, что делать с Бастардом, это серьезно уменьшает шансы на то, что он выступит с войском ради спасения Теона, Манса или остальных одичалых.

– Что вы имеете в виду?

Тонкая улыбка изогнула бесплотные губы Станниса.

– Ложные атаки, которые мы предпринимали против него, не прошли даром. Несколько моих горцев сделали подкоп под замок; им удалось пробраться внутрь, пока Рамси охотился за нами. Твой брат-перевертыш рассказал мне про загадочные убийства в Винтерфелле, которые посеяли раздор и недоверие между Мандерли, Болтоном и Фреями. Не вижу причины, чтобы не продолжить это дело.

– Под Винтерфеллом прячутся горцы? – изумленно повторила Аша. Может быть, дела не так уж плохи. Или совсем плохи, кто его разберет. – А мой брат… Ваше величество, я пришла с предложением.

– Неужели? – Тон Станниса не изменился. – И что вы можете предложить мне, леди Аша?

Она сделала глубокий вдох.

– Себя. В качестве невесты для сира Джастина. И Железные острова.

Станнис засмеялся, и его смех был похож на звон ломающихся сосулек.

– Железные острова и так принадлежат мне по праву. У вас нет власти дать или отнять их.

– Да, но вам еще нужно захватить их. И если вы собираетесь взять их силой, кровь, которая прольется в море, будет в основном ваша и ваших людей. Я могу облегчить вам эту задачу.

– И каким же образом? – Глубоко запавшие глаза внимательно изучали ее. – Я знаю, как заключаются сделки, леди Аша. Услуга за услугу. Что вам нужно?

Еще один вдох.

– Жизнь моего брата.

Это его удивило. Он открыл было рот, чтобы что-то сказать, но передумал и отвернулся.

– Ваш брат…

– Вытащил Манса-налетчика из клетки. Может быть, он еще жив и прячется в подземельях под Винтерфеллом. Может быть, он даже встретил ваших горцев, если они тоже там. Но ни он, ни они не смогут выйти наружу, если Рамси Болтон в замке. Вы потеряете их всех, и ради чего?

Станнис стиснул зубы.

– Я собираюсь сжечь вашего брата за его преступления.

– Ваше величество, - Аша сделала шаг вперед. – После… после того как мы сбежали, Теон открылся мне. Он сказал, что Бран и Рикон Старки живы. Он убил не их, а сыновей мельника. Я сама не все поняла, но не думаю, что он лжет. Я не знаю, где сейчас могут находиться Старки, но он не убивал их, клянусь.

– Живы? – Аша видела, что Станнис не мог просто отмахнуться от этой истории, но он явно не намеревался доверять словам сломленного полубезумного создания вроде Вонючки. Нет, не Вонючки. Теона. – Ваш брат бредил.

– Может, и бредил. Но не в тот раз.

– Даже если и так, он убил двух невинных детей. А все мои горцы считают, что он…

Ничего не поделаешь. Аша посмотрела королю прямо в глаза.

– Братоубийство – смертный грех, ваше величество.

После этих слов наступила звенящая тишина. На мгновение ей показалось, что Станнис собирается напасть на нее, что он вытащит свой якобы волшебный меч из ножен, лежащих на столе, вырежет ей сердце и тем самым положит закономерный конец тому, что она осмелилась затронуть. Аша слышала, что рассказывали его люди, пока они шли на север. Они рассказывали истории о тенях, о мечах, а еще делились своими предположениями о том, как Ренли Баратеон встретил смерть в своем шатре. Она вспомнила, как мерцал рубин, преображая Арнольфа Карстарка. Я знаю.

– Вы… - Станнис не был готов к такому повороту. – Вы осмеливаетесь говорить мне такое, как будто…

– Теон мой брат, так же как Ренли был вашим братом. Что бы я раньше о нем ни думала, он моя плоть и кровь. Оставить его погибать в руках Болтонов, это все равно что убить его своими руками.

Лицо Станниса было бледным, как у трупа. Он и выглядит как труп.

– Я… когда мой брат умер, я спал в своем шатре. Мне снились тени, кровь на зеленом нагруднике и женский крик. Но когда я проснулся, мои руки были чисты. Я не… - Он гневно тряхнул головой, словно не мог поверить, что тратит время на оправдания. – Он был предателем. Вооруженным предателем. Это было справедливо.