Шайкаци

– Я знаю людей. Я видел их и они – мясо! – резко сказал бродяга. Рука Саймо, едва расслабившаяся, была готова вскинуть шокер. – Каждого видел по капле крови. Зачем мне человек? Видел, что такое человек? Это просто. Посмотри на сложного человека и знай, что ты всегда можешь добраться до его капли крови и посчитать их все. Любого человека можно посчитать по каплям крови. – Он высказал это и замер в ужасе, вцепившись в стол. – Я видел это. Все это круговорот крови, и все это одна-единственная ее капля. Все протекло мимо меня, – в глазах его встали слезы и он начал всхлипывать.

– Ли, он из Рынка, – тихо сказал Саймо. Шокер был опущен.

– Я понял, – мрачно ответил Ли. Он с неожиданным презрением смотрел на человека перед собой. Похоже, тот распознал эти чувства, и такой же взгляд был в ответ.

– А может, вас тоже уже убили? – продемонстрировал бродяга оскал. – И если посчитать вас по капле крови, вашу душу я не найду. Она гуляет где-то в другом месте, покинувшая вас.

Кир почувствовал какой-то страх, подувший между «Первых людей». И только Ли это лишь разозлило.

– Саймо, надо двигать, тут мозгоправы нужны, – процедил он, поднявшись и уходя от бродяги.

Оставленный человек что-то осмысливал за его спиной; он поднял на них глаза, наполнившиеся каким-то озарением.

– Вы, наверное, идете по следу крови?

– Пожалуй, что так, – кивнул Саймо.

– Он купается в «Залах акации», – сказал человек, в котором ничто сейчас не выдавало его сорванного состояния. Так называлось культурное пространство в сердце индустриальной зоны. – Думаю, ближайшие пару дней вы застанете его там.

Саймо изучающе смотрел на него, а в это время взгляд бродяги постепенно вновь терялся в пустоте. Наконец, бестолково шатнувшись, человек отвернулся, и ничего не осталось в его глазах: ни мысли, ни даже, казалось, отражения.

– Что будем делать? – спросил Будер у подошедшего командира.

– Он тут выживает с самого падения Рынка, а у нас своя задача. Сообщим «Куркам», пусть тащат его, если найдут время.

– Я о Мясном ангеле.

Саймо посмотрел на него, будто узнавая.

– Приборы молчат? – спросил командир. – Наугад мы его можем неделями искать. Идем в «Залы акации».

Они возобновили путь, оставив позади бродягу, чьим домом стали эти забытые коридоры. Вскоре «Первым людям» предстоял подъем по грузовому пандусу. На пролетах валялись брошенные рабочими инструменты и припасы. Широкие проходы на этаже никто не перекрывал и идти, в ожидании атаки более привычных монстров, приходилось теснее. То Будер, то Райла, наставляли свои орудия на, казалось, шепчущие угрозу проемы, пока остальные проходили на новый этаж.

Выйдя на нужный уровень, они очутились на магистрали, связывающей терминалы и промышленные узлы. Отсюда уже было недалеко. Вновь раскинувшись цепью, они брели, углубляясь во владения Мясного ангела.

– Здесь! – объявил Саймо, остановившись напротив очередных гигантских ворот. Если бы не внушительный запор посередине, их можно было бы принять за секцию стены. Дверь аварийного шлюза в одной из створок была открыта, и командир повел своих людей внутрь.

К их прибытию все уже было готово: стояло две клетки, в которых копошились крысы. Истошный писк терялся в просторах этого зала. Рядом с клетками стоял контейнер. Райла явно напряглась, увидев его воочию. Один выстрел, точно бросок монетки, мог определить, жить ей или погибнуть. Хотя, пожалуй, больше всего ее раздражало, что она может не успеть выяснить: прикончили они тварь или нет.

Под потолком виднелась кабина контрольного пункта, которому предстояло стать укрытием Кира на время охоты. После контейнера оно показалось ему почти надежным.

Саймо деловито обошел место засады. Он залез в контейнер и ободрил Райлу, кисло на это отреагировавшую. Поднялся в рубку, где в очередной раз проинструктировал Кира, который и без того вполне уяснил, когда и какую кнопку ему жать. Но, подавленный путешествие по владениям Мясного ангела, он принял разъяснения покорно. Командир проверил клетки, ласково побеседовав с перепуганными крысами. Рядом были коробки с едой для них, чтобы они не пожрали друг друга до прихода настоящего хищника, и он насыпал им крошек.

– Что ж, отличное место, чтобы дать бой! – провозгласил Саймо. Обнаружив все в должном порядке, он после осмотра был очень доволен. Вместе с ним благостно был настроен только Будер, остальные безрадостно осматривали место будущей схватки. – Откуда уныние? Вы как будто не тирана пришли свергать. Здесь, – торжественно объял он терминал, – мы начнем новую главу Шайкаци!

– Или закончим свою, – буркнула Райла.

Не знающий сейчас пессимизма, Саймо объявил долгожданный привал. Команда разместилась на каких-то ящиках подальше от пованивавших крысиных клеток. С недоверием поглядывали Райла и Кир на свои позиции. Казалось невозможным, что в этой убогой коробке состоится решающее столкновение. Мрачно поглощали пайки и воду. Чтобы взбодрить команду, Саймо в последний раз погонял их по плану. Все знали свои роли в точности и помнили, как действовать во всех ситуациях, которые они смогли предусмотреть.

Настало время разделиться. Саймо, не давая повода усомниться в победе, улыбался. Будер сказал на прощание: «Мы вас не подведем», показывая, что в успехе остающихся он уверен. Ли, трагически серьезный, обнял Райлу, что-то горячо шепнул ей; она серьезно кивнула ему. Он обнял и Кира и, вместо слов, напоследок изучающе посмотрел на него, словно пытался в чем-то определиться.

Троица отчалила. Кир и Райла, переглянувшись в дурных чувствах, пошли относить наверх свои вещи.

Охота на Мясного ангела

Это место могло стать им домом не неделю-другую. Кир расстелил в рубке шкуру и лег, проверяя удобство. В Порту он, в общем-то, был устроен немногим лучше. Райла между тем бродила по терминалу, хозяйски осматривая владения.

– Неплохо! – кричала она снизу. – Жить я, конечно, здесь не останусь, но неплохо!

Кир понятия не имел, что она имеет в виду под этой оценкой, и молчал, приноравливаясь к комкам шерсти.

Девушка вновь заглянула в контейнер, из которого она увидит Мясного ангела метрах в десяти от себя. Не слыша ее, Кир представлял, как сковывает ее эта мысль. Внутри лежал скафандр – оберточная бумага для здешнего властителя, но, по крайней мере, он позволит пережить взрывную декомпрессию.

Кир все думал, как она, должно быть, переживает из-за своей роли, когда оказалась, что она уже неслышно поднялась в его рубку. В лице ее читалась собранность, которую легко было принять за спокойствие.

– Занял лучшее место, – сказал она, оглядев помещение.

Кир осмотрел эту ничтожную комнатку, пыльную и охотнее приютившую аппаратуру, чем людей.

– Напомни, какие у тебя критерии лучшего места для заброшенных доков?

– Угол, – ответила она.

– Их четыре.

– Дальний левый, – указала она на занятый Киром.