Шрам

– Хороший лидер? – почти возмутился я – Да посмотри где мы теперь. Какой же из меня лидер, если мы теперь бежим из родного города?

– Ну, ситуация с бегством пока еще не ясна. Однако мы живы.

– И все же ты не должен был молчать – встряла Лилит – Не потому, что мы бы решили иначе, и я не уверена, что что-либо вообще изменилось бы. Просто мы команда.

– Его команда – возразил Ален – Ему решать, что мы должны знать, а чего нам знать не стоит.

– Это военный подход – заключила Лилит – Не уверена, что его стоит применять здесь.

– А я уверен. В тебе говорит обида, и это можно понять. Ты обижена, что он не сказал тебе правды, но не как члену своей команды, а как его любовнице.

От этого заявления Лилит вспыхнула, ее плечи поднялись, щеки залились краской, пальцы сжали мягкую обивку дивана.

– При чем здесь это?

– Все очень просто – спокойно ответил Ален – Будь ты лишь нашим врачом и не более, тебя бы не возмутило решение командира. Он не обязан говорить тебе всего, а только то, что он посчитает нужным. И если в данной тебе информации содержится все, что касается конкретно твоих задач в группе и умалчивание остального не помешает их исполнению, тебе не на что злиться. Однако вы близки. И именно этот факт является проблемой. Ты злишься, что он не поделился с тобой, потому что ты его девушка. Именно по этой причине близкие связи в рабочих условиях не слишком приветствуются. Я хочу чтобы ты понял – Ален уже обращался ко мне – Я не осуждаю и не собираюсь впредь обсуждать ваши отношения. Но знай, что это может послужить причиной различных проблем и в будущем.

– Нет в этом никаких проблем – возмутилась Лилит – Ты ставишь под сомнение наш профессионализм?

– Ни в коем случае – покачал головой Ален – Только вашу способность мыслить здраво, когда дело касается друг друга.

Ален был прав. Конечно, это ничего не меняло. Мы с Лилит останемся вместе и останемся группой, просто нам придется научиться совмещать эти два понятия. Будет над чем поработать.

Однако Лилит не унималась. Ее явно задели слова Алена.

– Может ты и не знал, но в таких небольших командах как наша каждый должен относиться к другому с доверием. Мы не просто коллеги…

– Однако ко мне он никогда не будет относиться так, как к тебе – перебил ее Ален – Или ты возразишь? Неужели ты допускаешь мысль, что будь у него выбор спасти меня или тебя, он станет колебаться хоть секунду? Да и кто бы стал на его месте?

На это заявление Лилит не нашлась что ответить. Да, Ален был прав. Полный разгром по очкам. Он уделал нас обоих, не смотря на то, что я и не принял участия в споре.

– Ты прав – кивнул я – И потому я хочу закончить с этим. Какой же из меня командир?

– Не глупи Клайд. Ты командир, и это не мешает тебе быть человеком. И я нисколько не удручен нынешним положением дел в команде. Чем все это между вами закончится, лично мне было понятно еще тогда, когда ходили на грендалей. И все же я здесь, попросился к тебе в группу. Так что не разочаровывай меня. Учись на своих ошибках, делай выводы, совершенствуйся, но оставайся собой.

И на этом мы все замолчали. Я и поверить не мог, что Ален, тот самый, с которым всего пару месяцев назад мы сцепились как кошка с собакой, и которого я ненавидел всей душой, теперь встанет на мою сторону, одобрит мои действия и посоветует поступать в том же духе. Да, здесь было над чем подумать. При чем похоже нам всем, так как никто больше не сказал ни слова.

Минут через двадцать Лилит сообщила, что пойдет к машине связи и пошлет сообщение Патрику, ведь по логике мы к этому времени должны бы были уже вернуться в Филин.

– Что ему говорить? – спросила она.

– Скажи… – я не знал, что ответить. Снова лгать? Или раскрыть все карты? Мне очень хотелось, сказать Лилит, чтобы решила сама, но это было бы просто несправедливо, скидывать на ее плечи такой груз.

– Скажи, что попали в засаду легионеров. Скажи, что ушли и направляемся в Горизонт. И что засада может быть связана с Койотами. Что они, вроде как, объявили нам войну.

Лилит кивнула и вышла.

Вернулась она где-то полчаса спустя. Ничего не сказала, а я ничего не спросил. До самого вечера мы очень мало разговаривали. Ален читал какую-то книгу, взятую с полки у Джулии, а мы с Лилит прикладывали все усилия, чтобы казаться спящими. Но оба не спали. Лежали, слушая шуршание колес по дороге, далекие переговоры жителей каравана и прочие звуки дороги. И вроде бы не было между нами ссоры, однако напряжение витало в воздухе, сковывало нас, не давало расслабиться.

Кирк и Джулия, по очереди и вместе, пару раз заглядывали, перекидывались с нами парой слов и снова удалялись по своим делам. А когда солнце уже почти полностью опустились за горизонт, и мир снаружи наполнился густыми сумерками, я услышал то, чего так ждал весь этот день. Голос Джима. Я бы не принял за него никакой другой. Это был точно Джим, он примчался на моей машине, на моей Шторми, только она могла домчать его до нас так быстро. Джим о чем-тогромко разглагольствовал, и по мере того как его голос приближался к двери я начал различать слова:

– …фигня все это. Нет ничего лучше старого доброго шестого смерча – это он снова уверял кого-то в том, что пистолеты которыми пользовались Грешники куда лучше чем те что стоят на вооружении военных – Да, они дороже, но черт возьми…

И вот он появился в дверях. Мы навиделись всего пару недель, но за это время Джим сумел измениться в лучшую сторону. Усталость и следы запойных будней пропали с его лица. Он выглядел свежим. Подравнял бороду и к моему удивлению состриг свои волосы до короткого ежика. На левом ухе я заметил уже заживший, но еще красный шрам. Так сложно было поверить в то, что именно с ним, с этим самым Джимом мы подрались и этот шрам достался ему от меня.

– Этот гость кажется к вам – вслед за Джимом зашла Джулия.

Я кивнул.

– Рад видеть тебя Клайд – улыбнулся он, пожимая мне руку.

Дав ему познакомиться со всеми членами группы, я спросил:

– Как моя малышка? Не угробил ты ее?

– Летает как сущий дьявол – ухмыльнулся он, плюхаясь на диван – Думал, расшибусь ко всем чертям. Слово даю, что за руль этой чертовки я больше не сяду.

– Однако же доехал – я сел напротив.

– Лишь чудом. А у вас тут кормят? – все та же наглость, тот же хитрый взгляд. «Он вернулся» – ликовал я – «Мой друг вернулся!». Но правдой это было только отчасти. Что-то в Джиме все же изменилось навсегда. Я видел это. Он смог подняться, но стать таким как прежде уже не способен. Шрам в его душе останется навсегда. Временами он будет болеть, напоминая о себе. И этот шрам, как Джим не старался его спрятать, я видел отчетливо. Еще не утихла боль. Но заживление наконец пошло, и это не могло меня не радовать.

– Сейчас что-нибудь придумаем на ужин – кивнула Джулия с улыбкой.

И это был очень странный ужин. Возможно только для меня одного и все же я не мог отделаться от ощущения ирреальности всегда происходящего. За одним столом собрались сразу три различные части моей жизни. Джулия, как призрак далекого прошлого, того времени, когда я и помыслить не мог о прогулках за стенами Филина. Джим, еще один пришелец из прошлого, которое, впрочем, мне так и не удалось отпустить, в отличие от Джулии. Он напоминал мне о Грешниках, с которыми я узнал и полюбил этот удивительный, дикий и опасный внешний мир. И Лилит с Аленом, с которыми меня связало настоящее. Три жизни и всего один человек, как мост между ними. С приятным удивлением я обнаружил, что все они неплохо ладят. Джим шутил в свойственной ему манере, Джулия не упускала момента поумничать, но делала это, как и прежде так, что всем были действительно интересны ее слова и умозаключения, а Ален рассказал несколько своих армейских баек, больше всех понял и оценил которые Кирк, с радостью поделившийся и парой собственный забавных историй. Улыбалась и Лилит, дав мне надежду на то, что напряжение между нами пропало и больше никогда не вернется. Улыбался и я.