Сирена

– Видимо, скоро начнется, - произнес он, когда лысый мужчина поставил на стол графин с водой и стакан.

Истон успел насчитать от сорока до пятидесяти, успевших выстроиться в очередь человек, количество которых увеличивалось с каждой минутой.

– Может, мне сходить за нашей неуловимой писательницей?

– Если тебя не затруднит. Я хочу остаться и проследить за процессом.

От Зака не ускользнуло, что Уесли обращал пристальное внимание на ожидающих Нору поклонников. Он изучал каждого человека в очереди. Количество мужчин оказалось больше, чем Истон ожидал. По обыкновению, эротика продавалась в качестве поджанра романа, тем не менее, в толпе присутствовало, по меньшей мере, с полдесятка взрослых мужчин и несколько юнцов, держащих в руках новые, глянцевые книги ее последнего издания.

– Волнуешься из-за поклонников?
– спросил Зак.

– Ты бы тоже волновался, просмотрев ее фан-почту.

– Понятно. Пойду, найду Нору. Где она может быть?

Уесли встретил взгляд находящегося в очереди молодого парня. Истон не заметил в нем ничего чрезвычайно угрожающего, хотя он казался нервным и нетерпеливым, бросая завистливые взгляды на него и Уесли, стоящих внутри огражденной зоны. На нем была куртка армейского зеленого цвета, и военные ботинки на шнуровке. Не самый типичный вид для поклонника любовного романа. Но опять же, в Сатерлин и ее книгах не было ничего типичного.

– Посмотри наверху, - предложил Уесли, - в детской секции.

Заку пришлось усердно постараться, чтобы представить Нору среди книжек про Винни-Пуха и Гарри Поттера. Хотя, с другой стороны, он никогда бы не подумал, что увидит ее в церкви. Поднявшись по эскалатору на второй этаж, он последовал по нарисованным на полу следам динозавра, и оказался в ярко освещенной, уединенной части помещения. Завернув за угловой стеллаж с книгами-картинками, Истон услышал знакомый, звонкий смех.

На маленькой платформе сидела Нора с книгой в руке, и с пальто, перекинутом через колени, которое прикрывало слишком короткую, красную, кожаную юбку. Трое маленьких детей, окруживших ее - один мальчик лет пяти или шести, и две девочки помладше, смотрели с широко раскрытыми глазами, заворожено внимая каждому ее слову.

– Берегитесь Бармаглота, - декламировала Сатерлин, держа книгу открытой так, чтобы дети видели картинки, - и остерегайтесь гадкое Чудище.

– А что такое Чудище?
– спросила самая маленькая девочка, запнувшись на непонятном слове.

– Это птице-дельфино-бегемото-змеинообразное существо, - как ни в чем не бывало, объяснила Нора, - только гаже. Понятно?

Дети кивнули и захихикали, когда Сатерлин перевернула страницу. Зак прочистил горло, чтобы привлечь ее внимание.

– Ох, чего тебе?
– Нора закрыла книгу и бросила на него сердитый взгляд.

– Вашего присутствия, мадам, - ответил Истон, своим наиболее шикарным оксфордским акцентом, - вам необходимо спуститься на первый этаж.

Простонав, она встала.

– Простите, малышня. Мне пора.

Девочка постарше потянула Сатерлин за рукав.

– Мисс Элли, - начала она, - это ваш парень?
– спросила она шепотом, который мог слышать каждый.

– Нет, - ответила Нора таким же громким шепотом, - это моя нянька.

Сатерлин оставила детей с явной неохотой.

– Я твой редактор, а не нянька. И кто такая Элли?

– Вопрос "кем была Элли"? А еще лучший вопрос, какого хрена ты здесь делаешь?

– Меня пригласил Уесли. Он сказал, что автограф-сессия тебя очень нервирует.

– Подобные мероприятия нервируют скорее его, нежели меня. Меня они всего лишь раздражают. Приходится сидеть, как королева на троне, среди семи поклонников, четверо из которых знакомые.

– Ну, считая меня, восемь, - сказал Зак.

– Если ты не любишь автограф-сессии, тогда почему проводишь их в таком большом книжном магазине?

– Потому что меня просил Лекс, и я не могла ему отказать, - вздохнула Нора.
– Я никогда не умела отказывать.

– Лекс?

– Лысый мужчина - Лекс Лютор. Владелец этого магазина. Я здесь работала, поэтому мы поддерживаем связь.

Когда они добрались до эскалатора, Зак заметил стоящего у перил, и смотрящего на Нору мужчину с длинными, собранными в хвост, темными волосами. На нем был серый костюм в викторианском стиле, и сапоги для верховой езды, а рядом стояла темнокожая женщина с самой экзотической красотой, которую ему только доводилось видеть. Мужчина что-то сказал своей спутнице на французском, и она улыбнулась. Облокотившись о перила, он подмигнул Норе. На что та, ступив на эскалатор и бросив на того спокойный взгляд, подняла руку и показала ему средний палец. Его шикарная спутница лишь рассмеялась.

– Кто это был?
– спросил Истон, когда они оказались за пределами слышимости.

Очутившись на первом этаже, Сатерлин пожала плечами.

– Понятия не имею.

Она еще что-то пробубнила, но Зак не расслышал ее слов, из-за раздавшихся аплодисментов.

Они разошлись, и Истон снова присоединился к Уесли. Нора взошла на платформу и помахала собравшимся поклонникам, которых насчитывалось порядка ста человек. Лекс стоял рядом с ней, раскрывая книги на заглавной странице, пока Сатерлин беседовала со своими фанатами.

– Никакого чтения?
– спросил Истон у Уесли.

– Нора не читает в "правильных книжных магазинах", как она их называет. Она не хочет, чтобы ее арестовали за непристойное поведение на публике. А также никаких вопросов и ответов.

– Полагаю, по той же причине, - сказал Зак, улыбнувшись.

Нора сидела на некотором расстоянии, но Истон мог слышать, как она обменивалась шутками со своими почитателями. Одна юная девушка, спросив у Сатерлин, где она черпала свое вдохновение, услышала, - В Католической школе. Зак посмеялся про себя остроумию ответа, но Уесли не обратил на него никакого внимания. Он продолжал сканировать толпу, ни разу не отводя взгляд от ожидающих в очереди мужчин.

Истон позволил Уесли наблюдать за фанатами, пока он наблюдал за Норой. Несмотря на все ее возражения, она, по-видимому, прекрасно проводила время. Сатерлин так и сияла в своем красном костюме, даже если ее юбка была до неприличия короткой.

Очередная молодая женщина приволокла с собой красный стек, который попросила Нору подписать. А пожилой мужчина в костюме получил разрешение Сатерлин поцеловать носок ее обуви, пока его жена будет их фотографировать.

– Как давно ты живешь с Норой?
– спросил Зак у Уесли, надеясь отвлечь его от излишней бдительности.

– Чуть больше года.

– И как давно ты в нее влюблен?

Уесли резко взглянул на Истона, после чего горько усмехнулся.

– Чуть больше года... и нескольких месяцев.

– Она не знает?

– Неа. Она попросила меня переехать к себе, когда я намекнул ей, что мне придется вернуться в Кентукки. Я думал, что если скажу Норе о своем отъезде...

– Ты хотел посмотреть на ее реакцию, - произнес Зак с грустной полуулыбкой, - и она повелась на твой блеф.

Истон не мог не вспомнить тот день, когда он сказал Грейс о своем переезде в Штаты.