Смотрящие в бездну

Линч, опершийся плечом на дверной косяк и потягивающий энергетик из жестяной банки, молча кинул Беккеру чистую клетчатую рубашку, черную с красным. Сам тату-мастер был одет в черную футболку с цитатой из какой-то нью-метал-песни «BLACK ROSE, BAD TEMPER» и темно-синие джинсы. Эдди сложил два пальца у лба и дернул ими в сторону друга в знак признательности, воспользовался антиперсперантом, переоделся и достал из холодильника такую же банку энергетика, какую уже почти допил Дэн.

Упаковав все нужные вещи по рюкзакам и закрыв дверь на несколько замков, юноши с ветерком, в машине Дэниэла Уильяма Линча, отправились на курсы.

17

Серые тучи гуляли по синему небу, словно коровы, пасущиеся на лугу. Воздух был тяжелым и влажным, но все еще прохладным после прошедшей ночи. Тут и там сновали люди в оранжевых жилетах и касках, мелькали такие же оранжевые проблесковые маячки на спецтехнике, которая оттягивала поваленные деревья и отворачивала в сторону огромные пласты нанесенной водой глины. Кое-где стояли машины скорой помощи, паковавшие редкие, но все же возникшие мертвые тела. Маркус перекрестился и произнес короткую молитву за упокой души.

Он подъехал к университету, завернул на стоянку и припарковался, после чего натянул шляпу, вытащил с заднего сидения свой дипломат и вышел наружу, нажав на клавишу сигнализации.

Тяжелой походкой диакон вошел в помещение, где уже сидели люди, готовясь к занятию. Маркус сел на свое место, достал из дипломата ручку с тетрадью и подпер голову головой, закрыв глаза. Голова была тяжелой, его клонило в сон, но юноша отчаянно сопротивлялся, стараясь не уронить ее.

Двери кабинета непривычно скрипнули, и в них вошла такая же помятая и взъерошенная Элари Браун, которая, чуть похрамывая, неспешно подошла и села на свое место.

Он лениво отсалютовал двумя пальцами, кинув взгляд в сторону девушки. Элари коротко кивнула, после чего села на свое место, поставила рюкзак на колени и начала в нем что-то искать. Спустя несколько секунд Маркус заметил в ее руках таблетки, но это было не обезболивающее. Элари читала инструкцию на обороте, и диакон разглядел самые крупные буквы этикетки: «против похмелья».

Он усмехнулся, и, когда девушка собралась извлечь таблетку, мягко хлопнул ее по руке. Вместе с этим прикосновением Элари ощутила странный разряд, похожий на вспышку статического электричества. Ощущение показалось знакомым, но воспоминания о чем-то подобном были погребены так глубоко под слоями недосыпа, что тут же забылись, и Элари лишь недоуменно глянула на Маркуса. Юноша усмехнулся еще раз, достал из внутреннего кармана пиджака флягу и протянул соседке.

– Это что?

– Святая вода, – ответил Маркус, пожав плечами. – Пей уже.

Множество маленьких твист-танцоров энергично отбивали свою партию внутри висков и лба Элари. Решив, что в любом случае хуже не будет, она отвинтила крышку и сделала глоток. Жидкость обожгла горло, и девушка кашлянула.

– Ты дал мне гребаный виски?

– Я дал тебе, – Маркус единожды перекрестился, – гребаный виски.

Элари прижала кулак к губам и засмеялась. На языке осталось горчащее послевкусие, а настроение медленно, но верно приходило в норму.

– Лучшая святая вода, которую я пробовала. Спасибо, – она вернула Маркусу флягу, тот сделал глоток и убрал ее обратно в незримый пиджачный карман, кивнув, мол, благодарность принята.

Конец ознакомительного фрагмента.