Снега

Б е р т а. Нет, нет… (Пауза.) Почему ты не писал? Не сообщил, что ты жив. Это жестоко.

К у р т. Вот так же, как сейчас… это помешало бы тебе, Луизе. Коммунисты, которые в Восточной Германии, не простили бы тебе. Ты лишилась бы куска хлеба. Луизу выгнали бы из школы. (Почти шепотом.) Я молчал ради вас. Ради вашего счастья.

Б е р т а. Без тебя у меня не было его, Курт.

К у р т (обнимает). А теперь?

Б е р т а. Курт, могут войти.

Раздаются звуки рояля — «Лунная соната».

Она… Клара… (Словно просит извинения.) Луиза не выходит у меня из головы… (Стараясь казаться веселой.) Знаешь что? Давай закажем вина.

К у р т (смотрит на Берту, задумчиво). Можно и вина…

Берта звонит. Входит М а р и я.

Б е р т а. Фрау Мария, попросите, пожалуйста, чтобы нам принесли вина, фруктов.

М а р и я. Хорошо.

К у р т. И… пригласите немцев. Всех.

Перехватил взгляд Берты.

От имени моей жены.

Мария ушла.

Б е р т а. Мы хотели вдвоем…

К у р т. Вдвоем мы там, в Германии. (Подошел к Берте и долго смотрит ей в глаза.) Со мной одним тебе будет скучно. (Пауза.) Пожалуй, и мне…

Б е р т а. Извини меня, если я что-то не так…

К у р т. Все так. Именно так. И в этом трагедия сегодняшней Германии.

Б е р т а. Не понимаю.

К у р т (прошелся). Что случилось с вами? Ты с такой легкостью готова отдать дочь русскому. Вы едете с подарками в Россию, которую должны проклинать, бояться, ненавидеть. Неужели немцы там, на моей родине, забыли все?

Б е р т а. Я постараюсь ответить тебе.

Стук в дверь.

Войдите.

Входит пожилой о ф и ц и а н т, накрывает на стол.

К у р т. Давно, старик, последний раз немцев обслуживал?

О ф и ц и а н т. В сорок пятом. Когда господин Кейтель капитуляцию подписывал. Я тогда при штабе генерала Чуйкова служил.

К у р т (усмехнулся). Так ты, может, полковник или даже генерал?

О ф и ц и а н т (просто). Нет, рядовой. Это, я слыхал, американцы любят, когда им в ресторанах бывшие ваши генералы подают.

К у р т. А я майором был, старик.

О ф и ц и а н т. Всяко бывает. Вон ваш Геринг рейхсмаршалом был, или самого Гитлера возьмите, или помощников его. И маршалы, и фельдмаршалы, и генералы, а померли. А вам повезло.

К у р т. Повезло! Я девять с половиной лет дома не был. Девять с половиной лет, старик.

О ф и ц и а н т. Тоже неплохо. Небось все в голове продумали, по какой причине вы себя свободы лишили.

К у р т. Да, ты прав, старик, повезло мне… Все мои товарищи погибли, а я вот, видишь…

О ф и ц и а н т. Не всем же вашим сородичам на роду было написано на нашей земле помирать. Надо кому-то и в живых остаться, чтобы дома рассказать, какая карусель с вашим братом получилась. (Вежливо.) Что еще изволите?

К у р т (резко). Минут через пятнадцать — черный кофе с лимоном.

О ф и ц и а н т. Пожалуйста. (Ушел.)

Б е р т а. Зачем ты, Курт, с ним так? Он пожилой человек. Ты обидел его.

К у р т. Я? А он? О, их надо знать. Я их знаю теперь.

Б е р т а (грустно). Какой ты…

Стук в дверь.

Войдите.

Входит М а р и я.

М а р и я. Они не могут. Просили извинить.

К у р т. Все?

М а р и я. Все.

Б е р т а (смутилась). Ничего. Спасибо. Извините.

М а р и я. Пожалуйста. (Ушла.)

Напряженная пауза.

К у р т. Так… И все-таки я не могу сейчас уйти, Берта, пока не поговорю с Луизой. Придется тебе… вам… потерпеть. Подышать одним воздухом с немцем, от которого слишком пахнет прошлым. (Громко засмеялся.) Представляю, как сейчас члены твоей делегации перемывают мои кости. (Короткая пауза.) И твои. Нет, теперь у них с тобой разговор будет короткий. (С силой ударил, ладонью о стол.) А поговорим!

Б е р т а. Курт!

К у р т. Прости. (Налил себе вина, выпил.) Извини, я забыл налить тебе. Отвык…

Б е р т а. Не надо, забудь. Мне так приятно видеть тебя в этой одежде. Будто никогда не было войны, плена. Вот таким ты был, когда мы встретились в первый раз. Помнишь?

К у р т. Я был слишком молод тогда. И глуп.

Б е р т а. Нет, нет, ты был красив тогда. Налей и мне.

К у р т. Опять забыл. (Усмехнулся.) Видишь, оказывается, я уже не тот, каким ты помнишь меня.

Пауза. Звуки рояля.

Б е р т а. Я на некоторое время должна уйти, Курт. У нас сегодня три встречи с русскими. Я проверю: все ли готово с нашей стороны.

Курт встал.

Нет, нет, ты… пожалуйста… Ты можешь остаться. Я — скоро. (Ушла.)

К у р т. Я потерял дочь. И, кажется, теряю жену. (Выпил, тихо запел.)

Стоит солдат на посту, И холодно, грустно, тоскливо ему. А сверху далекая светит луна, А рядом — чужая, чужая земля. Стоит солдат на посту. Дочь вспоминает, родную жену. И так далеко от солдата они, Как свет этой желтой, холодной луны.

(Уронил голову на стол.)

Входит Л у и з а. Остановилась у двери.

Пауза.

Л у и з а. Папа, ты один?

Курт не слышит.

Папа, что с тобой?

Курт поднял голову.

Ты плачешь?

К у р т. Мне тошно… одному.

Л у и з а (отчаянно). Налей мне. Налей, налей, я взрослая уже. (Сама наливает.) И давай выпьем. Знаешь, за что? Нет, ты в самом деле плачешь? Я вижу слезы…