Солнцежар

– Опять же я допускаю мысль, что это заказная статья для привлечения гостей. Можешь себе представить, как тяжело собрать людей на фестиваль вдали от цивилизации? Почему бы им не приукрасить местный колорит ради красного словца? Чёрный пиар тоже пиар, – размышляла мама.

– Иначе как заставить всех нас встать с дивана, проехать десятки километров через тайгу, чтоб три дня радоваться лету и солнцу? Это ведь даже не рок-фестиваль, это народные промыслы! Тут, Катька, надо не просто любить культуру и традиции нашей страны, но и быть лёгким на подъём и немножко сумасшедшим. Как мы! – она подмигнула в очередной попытке наладить отношения, но Катя не собиралась сдаваться и буркнула что-то нечленораздельное, сделав вид, что её неожиданно заинтересовало меню.

***

Как только они свернули с трассы в лес, прямо на машину вылетело привидение.

Катя чуть не заорала от неожиданности.

Оказалось, что это «клочки тумана, характерные для данной местности». Мама попыталась объяснить как всё устроено с научной точки зрения, и Катя даже что-то поняла, но легче от этого не стало.

Дорога превратилась в сущий ад, ведь, как известно, хуже самого страха может быть только его ожидание.

Они ехали по лесу в полном одиночестве, словно с самого начала повернули не туда. За весь путь Катя не увидела ни одной машины, дорожного указателя или чего-то, что напоминало бы о покинутой цивилизации.

Тойота медленно огибала каждую выбоину на дороге, из которых та в общем-то и состояла.

Мама то съезжала на самый край обочины, и тогда чёрные узловатые ветки наотмашь били по стеклу, то ехала посредине, наплевав на правила.

Вдруг дальний свет фар выхватил из темноты огромное белое пятно.

Оно стояло на дороге рядом с чёрными кустами без движения, а когда они приблизились вплотную, пятно сорвалось с места и набросилось на машину. Всего нескольких секунд внутри этой субстанции хватило для того, чтобы мама, которая знала как всё устроено, потеряла управление и дар речи. От неожиданности она резко дёрнула руль, и машина чуть не улетела в кювет.

Глубокой ночью медленно пробираясь по ухабам, то поднимаясь в горку, то осторожно с неё сползая, они в каждой низине готовы были встретить этого призрака, сотканного из тумана. Но каждый раз, встречая пятно, вздрагивали от испуга. Катя вцеплялась в сиденье, а мама в руль.

По дороге мама сбивчиво рассказывала Кате о верованиях древних славян, связанных с этим явлением. Выяснилось, что туман появляется благодаря усилиям колдуна. Он напускает его, чтобы неугодный ему человек сгинул в лесу или в болоте и не добрался до места.

По другой версии, ведьмы прядут туман и развешивают его вдоль дорог. Так они охотятся на своих жертв, собирая после полуночи кровавую жатву.

– Ты веришь в это? – Катя поёжилась.

– А если я скажу, что да? – мама повернулась к ней и в кромешной тьме Катя увидела, как сверкнули белки её глаз и зубы. Она улыбалась во весь рот.

– Мам… Не пугай меня.

Рассмеявшись, мама отвернулась и сосредоточилась на дороге, искорёженной глубокими колеями.

Ночь была совершенно безлунной. Небо затянули тучи, а с обеих сторон узкой грунтовки машину обступал лес. Катя никогда не видела такой черноты. В городе даже с наглухо задёрнутыми шторами и выключенным светом, ты всё равно рано или поздно увидишь свои руки и ноги. Здесь же, посреди непролазных чащ, тьма была жирная и живая. Казалось её можно потрогать руками и на ощупь она будет обволакивающая, маслянистая.

Смотреть в окно было жутко.

Если случайно увидеть там пару горящих звериных глаз, то можно сойти с ума. И Катя снова начала смотреть на маму.

По ощущениям они ехали уже целую вечность.

– Нам ещё долго?

Мама мельком взглянула на неё.

– Трусиха! – она сама заметно нервничала, но изо всех сил старалась не подавать вида. – Перестань трястись, это обычная дорога. Готова спорить, мы почти приехали.

– Ты можешь сказать сколько нам осталось или нет? Ты сама-то хоть знаешь? Я здесь не видела ни одного дорожного знака. Нет километровых столбов, нет указателей. Тебе не кажется это странным?

– Я тоже ничего не видела. Но может они здесь и не нужны? Для кого их тут ставить. Вряд ли днём дорога превращается в хайвэй. Хотя…– она вдруг прибавила скорость. – Могу себе представить как тракторы обгоняют лесовозы, за ними несутся местные на телеге, а впереди всех туристы на великах. – Мама пыталась заболтать Катю, но резкий окрик остановил её.

– Тормози! – прямо из-под колёс выпрыгнул огромный заяц и сверкнув красным глазом рванул вперёд. Он бежал прямо перед машиной, отталкиваясь мощными лапами и вздымая пыль.

Мама, не останавливаясь ни на секунду, включилась в эту игру и последовала за провожатым.

Петляя, заяц нёсся по дороге до тех пор, пока она не стала вдруг расширяться и не превратилась в большой перекрёсток, на который мама неожиданно вылетела из узкого чёрного лесного туннеля.

Раздался визг тормозов. Заяц в последний раз оттолкнулся, выбросив из-под лап мелкие камушки, выпрыгнул из пятна света и исчез.

Деревья расступились, и тьма начала рассеиваться.

Присмотревшись, Катя увидела крыши домов и покосившееся избы, нестройными рядами торчащие за перекрёстком. Бледный свет луны пробивался сквозь тучи и иногда падал на ощетинившиеся лесистые холмы за селом.

Мама в белой футболке казалась в этом свете прозрачной и синеватой.

– Ура-а-а! Мы приехали! – она радовалась как ребенок, мгновенно оживившись, словно и не было этой жуткой многочасовой тряски. Тут же включив в салоне свет она принялась шумно искать блокнот, куда записала адрес дома.

– Я тебе говорила, что знаю, куда еду? – мама облегчённо рассмеялась и попыталась потрепать Катю по голове. – А ты сомневалась. Тебе надо больше доверять людям, Катька! Перестань вести себя как злобная бука и увидишь, что мир прекрасен и никто не желает тебе зла. Тем более я.

Но Кате почему-то казалось, что, если бы не заяц, они бы вообще никогда не нашли это богом забытое место.

Всё ещё вжавшись в сиденье, она смотрела на мощный горный хребет, внезапно озарившийся лунный светом. Он возвышался над долиной огромной отвесной скалой и на его фоне всё, что было внизу, казалось игрушечным. И холмы, и крыши домов, и они с мамой.

***

Арендованный дом выглядел нежилым. Он был больше похож на декорации к бюджетному ужастику, чем на реальное жильё.

Крыша покосившегося сруба просела и с неё кое-где сползал шифер.

Облезлые ставни кривым глазом смотрели в заросший бурьяном палисадник, откуда корявые неживые ветви тянулись к грязному окну. От пытавшегося проникнуть в дом сухостоя, внутренности избы защищало небольшое рассечённое крестом мутное стекло с отбитым краешком, куда напористо лезла ветка дикой лишаистой яблони.

Природа обступала дом со всех сторон и стремилась поскорей сделать своё дело: поглотить старую избу и обрушить её стены.