Сон океана

Через луну после отъезда Дильдабека в Феерию умер Нарат.

Иринарху казалось, что земля скоро сойдется с небом и наступит пустота. Он не мог остановить события и чувствовал, как его душа разрывается. Он не мог рыдать, он не мог кричать, говорить, есть и спать. Он не понимал, как такое могло произойти, как мог наступить тот миг, когда грань между все хорошо и все потеряно стерлась.

Иринарх сидел в Зале и смотрел на пустой трон сына, как вдруг он почувствовал, что оцепенел, все было как во сне, а он наблюдал со стороны и не мог поверить в происходящее. На погребение приехали Синклар и Гутлеиф, царь отметил про себя, что они прекрасно выглядят. «Это хорошо», – подумал он. – «Их объединило горе и возможно это будет удачный для всех союз». Соломея была как в тумане, он видел ее бледную и нахмуренную, но не слышал, не ощущал, она как тень появлялась и исчезала. Прошли все ритуалы, но Иринарх их не заметил. Он очнулся, когда увидел, что догорают последние угли скорбного костра. Потом заметил, что остался один, стража держалась вдалеке, не беспокоя его своим присутствием. Постояв еще немного, царь тихо побрел к себе в башню. Он чувствовал, что постарел и очень устал, что его душа где-то глубоко в колодце и возможно он хочет туда же, подальше от произошедшего.

Поднявшись в свои покои, Иринарх подошел к окну и замер, наблюдая за беседой звезд. Они то загорались ярче, то слегка мутнели, луна мягко светила, погруженная в свои мысли, легкий ветерок обещал прохладу утра, стрекот ночи говорил о бесконечном течении жизни – все было также как всегда, но уже где-то рядом не было Равшана и утром он уже не увидит Нарата. Его сердце замерло, в груди застыл безмолвный крик, и он закрыл глаза. Иринарх простоял так некоторое время и вдруг почувствовал, что в комнате кто-то есть, оглянулся и увидел Соломею, она сидела в кресле и наблюдала за ним. Их глаза встретились, ее взгляд был глубок как небо за окном. И в этот момент в голове Иринарха все перемешалось, в миг проскочили воспоминания об их первой встрече, о прекрасной невесте у алтаря, о завершении строительства Башни Дев, о там, как он увидел Соломею и Нарата, приближающихся к дворцу после своего долгого отсутствия, промелькнули мертвые лица принцев и прогорающие угольки костра. Иринарх решительно, как в те годы, когда он с мечом завоевывал этот край, подошел к принцессе, поднял ее на руки, положил на кровать и поцеловал. В этот момент все его горести и печали покинули его.

Альвильда

Алан наблюдал за горящим вдалеке островом. Он несколько раз оплыл вокруг, но не заметил удаляющихся с острова кораблей. Он сильно волновался и ругал себя за то, что оставил там Альвильду. Когда смотрящий ему сообщил, что остров горит, Алан удовлетворенно подумал, что все, Альвильда исполнила свое желание и скоро подойдет к нему на одном из кораблей, возможно даже на корабле Локира. Но ее не было, а остров пылал уже третьи сутки и никто от него не удалялся и не приближался к нему.

Алан задумчиво смотрел на факел в ночи, окруженный океаном. Он всегда злился из-за упрямства и своенравности Альвильды, сколько раз он хотел оставить ее в море или где-нибудь на необитаемом острове, чтобы она наконец-то изменилась. И вот этот момент настал, и чаша терпения была переполнена. Сейчас он понимал, как это было глупо, но в тот миг, когда она не послушалась его в присутствии Фаррела, внутри его все вскипело, и он ушел.

Иногда они ругались и не разговаривали неделями, но затем всегда мерились и дарили друг другу подарки. Он дарил ей кинжалы, мечи, ножи и шпаги для ее коллекции, у него всегда в запасе лежало оружие, на случай если они поругаются, а затем простят друг друга. Она же всегда дарила ему сюрпризы, и почти всегда себя, как самый ценный подарок. Но Альвильда никогда не менялась, и он знал, что она не измениться. Знал это с самого первого взгляда в ее постоянно меняющие оттенок глаза. Он смотрел вдаль, и перед ним вновь и вновь проходила их первая встреча…

Как-то раз отец попросил его забрать из поселения Мадхав, что на берегу Индийского океана, дошу по имени Вильда.

– Она будет ждать тебя там, через шесть полных лун, привези ее ко мне, но если не сможешь расстаться, оставь себе, – попросил он сына, улыбнувшись на второй части фразы.

– Бодуен, у тебя есть Хэлл, зачем тебе кто-то еще нужен? – спросил Алан.

– Она не мне нужна, а тебе…

– Отец, мне нужны только свобода и море! Я еще не созрел, чтобы иметь рядом спутницу, и, думаю, что никогда мне такая идея не придет в голову. Да и кто согласится жить со мной в море? Кто согласится на постоянные путешествия и опасность бурь?

– Ты забыл, у дош нет выбора.

– Я помню, но полюбить-то я смогу только лучшую из женщин – живую, красивую, сильную. Понимаешь, сначала полюбить…. Но она будет абсолютно ненормальной если последует за мной в море, а вот ненормальная мне не подойдет, потому что я предпочитаю умных.

– Я уже слышал эту историю, – перебил рассуждения сына Бодуен. – Я тебя только прошу, забери ее из этого заброшенного богом места, за ней будет погоня. Если вы не сойдетесь характером, привези ее мне. Никто тебя не заставляет в нее влюбляться. И не задирайся – она великолепно обращается с кинжалом.

– Не смеши! Еще не появилась доша способная победить меня.

– Думаешь?

– Отец перестань! Я привезу ее к тебе и постараюсь быть обходительнее, раз ты просишь, но не более.

Алан отправился к берегам Бхарат, но до Мадхав так и не дошел.

Когда до точки назначения оставалось десяток дней, ему повстречался небольшой торговый корабль. Была ясная погода и смотровой его заметил издалека. Капитан с командой уже было собрался взять галеру на абордаж, но судно само остановилось, спустив флаг и подняв весла из воды.

Когда Алан зашел на палубу, команда галеры приклонила перед ним колени. Стоять осталась только она…

Длинные тяжелые и прямые коричневые волосы обрамляли красивое с кожей цвета белого песка лицо. Синие глаза смотрели прямо и решительно, но при этом мягко и с иронией. Но больше всего его поразила, ни красота и стройность незнакомки, а количество оружия «одетого» на ней. На обеих руках, чуть ниже локтей располагались два акинака, на ногах в кожаные ножны на икрах было вставлено по кинжалу, из-за спины выглядывал меч, как потом оказалось тальвар 4 . Одетая в кожаные доспехи она выглядела как богиня Афина, случайно сошедшая с небес.

4

Индийская сабля, прим. автора.

Алан некоторое время пораженно рассматривал незнакомку, затем нашелся и с иронией произнес:

– Прекраснейшая, а вы уверены, что вы случайно не порежетесь? Все-таки вещичка у вас за спиной остренькая.

– Я уже давно вас жду капитан, – проигнорировав его тон, сказала «богиня».

– Зачем?

– Ваш корабль удобнее, больше и быстрее моего.

– Вот как?

– Да, он мне понравился, и я предлагаю пари. Выигрываете вы – забираете меня и мою галеру, но если выиграю я, то я забираю вашего «дракончика».

Алан от неожиданности потерял дар речи, незнакомка, воспользовавшись этим, продолжила: – Ну же капитан, что вы теряете? Пара минут времени, я же навряд ли умею лучше вас обращаться с моей остренькой вещичкой. Тем более по закону свободных людей вы обязаны ответить на мой вызов.

– Черт, красавица, ты даже не представляешь, что я с тобой сделаю! – Алан резко вынул из ножен меч и первым начал поединок.

Он не собирался ее щадить, и удары наносил со всей силой и приобретенным годами умением. У него не было желания убить или поранить ее, но он хотел победить, хотел как никогда в жизни завоевать и подчинить. Он представлял, как подставит клинок к ее нежной шее и слегка надавит, а затем скажет, что-то типа «ну что доигралась» и поцелует ее. А затем… затем он сожжет ее корабль, а она будет исполнять все его фантазии, а потом, в полнее возможно и такое, он бросит ее за борт…

Пока Алан пребывал в своих грезах, нанося удар за ударом, незнакомка легко, как мотылек в танце, вертелась вокруг его меча и словно железный рыцарь наносила ответные и на удивление сильные удары.

«Вечность, откуда в ней столько силы», – подумал Алан и, отвлекшись на свои мысли, не заметил как незнакомка, крутанувшись вокруг него, ударила ногой его под коленки, и когда он начал терять равновесие толкнула его в прыжке в спину. Алан упал на колени, и она, вдруг очутившись перед ним, со всей силой ударила его в грудь, так что Алан опрокинулся навзничь. Затем, один прыжок и она расположилась на нем, сжимая его грудь коленями, и прижала острие акинака к его горлу. Он лежал на спине и не понимал, как такое могло произойти.

Конец ознакомительного фрагмента.