Специалист

Селина на миг ослабила хватку. Трактирщик воспользовался случаем и со всех сил рванулся. Рубашка оглушительно треснула. Нога всё ещё отказывалась держать, потеряв равновесие, Селина плюхнулась на кровать.

Почувствовав свободу, рыжий трактирщик рванул к выходу, но там, подперев дверь спиной, стоял монах. Невысокий Милош, не дотягивал даже до его плеча.

— Что вы от меня хотите? — сдался он.

— Ответа ещё на два вопроса.

— Только на два? — недоверчиво уточнил трактирщик.

Монах посчитал вопрос риторическим, сразу перейдя к делу:

— Почему вы после смерти дочери не прибили этого дракона?

Широкая ладонь взъерошила рыжую шевелюру. Трактирщик замялся, но взглянув в глаза брата Йована, признался:

— Слухи о драконе отпугивают чужих, — конец фразы потонул в шумном вздохе.

Селина непонимающе уставилась на мужчин. Но прежде чем она успела задать вопрос, Брат Йован с горькой усмешкой продолжил:

— Ну да, зачем вам другие проводники. Ведь услуги деревенских здорово подскочили в цене, не так ли?

Трактирщик как-то виновато развёл руками и неуверенно кивнул.

Селина потрясённо замерла. Так вот оно что, убийства в первую очередь выгодны местным! Вот откуда странный подбор жертв, не вяжущийся с ни одной версией!

— А может, и нет никакого дракона? — озвучила она свои мысли.

Трактирщик вскинулся. Глаза его полыхнули злым пламенем. Встряхнув перед ней внушительными кулаками, Милош выкрикнул:

— Я собственного ребёнка, вот этими руками хоронил!

Селина струхнула. Он хоть и пониже монаха, но тяжелее раза в два.

Вспышка гнева прошла внезапно. Как-то сдувшись, трактирщик покачнулся, прикрыл глаза и чуть слышно проговорил:

— Кроме Тияны у меня ещё пятеро детей, четыре из них дочери, — вскинув голову, он с непонятным выражением заглянул ей в глаза. — Ради них я пойду на…да, на что угодно!

Селина молчала, похоже, он не врёт, по крайней мере, Милош действительно верит в то, что его дочь погибла в лапах дракона.

Неприятную тишину прервал глухой голос брата Йована:

— Ещё один вопрос: где можно привести себя в порядок перед ужином?

Хозяин встряхнулся, и уже деловым тоном сказал:

— На улице есть чан с водой, — бросив взгляд на Селину, он добавил. — Дочь приготовит всё необходимое.

Брат Йован посторонился, пропуская трактирщика к двери. Селина опомнилась и уже ему в спину крикнула:

— А комнаты с двумя кроватями у вас нет?

Трактирщик ускорился, выплюнув что-то похожее на «обойдётесь».

Тайны

Селина подождала, давая хозяину отойти подальше, и набросилась на монаха:

— Что вам удалось узнать?

— Тсс! Здесь и у стен могут быть уши.

Это было слишком похоже на то, что он опять пытается отвертеться. Протестующе помахав пальцем перед его носом, Селина воинственно прошипела:

— На этот раз я от вас не отстану!

— Веселина, успокойтесь. Сейчас выйдем на улицу, там вы приведёте себя в порядок, а я посторожу. На открытом месте трудно подслушать, можно будет спокойно поговорить.

***

Сумерки плотно окутали горы. Лампа, предусмотрительно захваченная братом Йованом, разбросала золотые блики на тёмную поверхность. Селина осторожно опустила ладонь в чан и зажмурилась от удовольствия. Вода, нагретая солнцем за день, была прекрасна. Сам чан вкруговую был огорожен высоким, ей по макушку, забором. Тут же вёсел ковшик с длинной ручкой.

— Приводите себя в порядок, а я покараулю.

Монах повесил на ограду какие-то вещи и пояснил:

— Здесь полотенце и платье одной из дочерей трактирщика.

Там в горах её престарелая лошадь выжила, но растеряла все вещи, кроме фляги, намертво прикрученной к седлу. Поэтому вещи действительно нужны, не ходить же в обносках? Если только…

— Надеюсь не Тияны? — поинтересовалась Селина, но ответа так и не услышала.

Главное то, что одежда есть, а не чья она, так? Утешаясь этой мыслью, девушка содрала с себя лохмотья и с удовольствием вылила на себя первый ковшик.

— Ммм, — не сдержала она стон блаженства, в ответ за забором послышалось странное покашливание. Смутившись, Селина торопливо добавила, — Жаль, нет мыла.

— Должно быть, Милош говорил, рядом лежит.

Селина осмотрелась. Ничего. Она обошла чан, ведя рукой по ободку, вдруг удастся нащупать.

Удалось, только не рукой, а ногой. Что-то скользкое подвернулось под пятку. Девушка плюхнулась, в этот раз ради разнообразия на здоровое колено.

— …!

— Что-то случилось? — встревожился брат Йован.

— Я мыло… нашла.

Селина услышала его смешок и улыбнулась.

Небольшой кусок мыла белел у самого забора. Хорошо, что дальше не улетел. В деревне ощущалась острая нехватка дерева, как строительного материала поэтому местные умельцы доски прибили так, что они не доставали до земли примерно на полторы ладони.

Селина потянулась за мылом и вдруг увидела чьи-то сапоги. Она уже собиралась высказать этому не очень святому брату всё, что о нём думает, но слова застряли внутри. Это не монах, на его сапоги она успела достаточно налюбоваться, чтобы узнать даже в сумерках, «трудно подслушать», значит?

Селина выпрямилась и потянулась за ковшом.

— Брат Йован, как вы думаете, волосы быстро высохнут? — неестественно громко поинтересовалась она, зачерпывая воды.

— Вообще-то я не знаток, — растерянно буркнул монах. — Вам лучше знать.

— А я не о себе, — мстительно прошипела Селина и перевалила ковш через забор.

Там кто-то сдавленно хрюкнул.

— Держи его! — тут же взвизгнула она.

За дальнейшими событиями девушка могла следить только на слух. Вот скрипнула кожа сапог, зашуршали мелкие камни под подошвами бегущих. Что-то тяжёлое упало на землю, завозилось, тяжело сопя на два голоса. Глухой удар и сдавленный стон, в последнем послышались знакомые нотки. Не в силах ждать в неизвестности, Селина кое-как завернулась в широкое полотенце и выскочила на улицу.

На светлых камнях двора темнело неподвижное пятно. Не раздумывая, девушка бросилась туда. Пятно охнуло и уселось.

— Вы в порядке?

— А вы? — проворчало оно голосом брата Йована, явно имея в виду нефизическое здоровье. — Чего выскочила, вдруг их было бы несколько? Я и сам бы справился…

— Я вижу, — вздохнула Селина, помогая ему встать на ноги.

— Вместо того чтобы ногами сверкать, — полотенце действительно больше открывало, чем прятало, Селина непроизвольно потянула край вниз и чуть не обнажила верх. Поймав ткань в самый последний момент, девушка украдкой глянула на монаха, тот конфуза не заметил, продолжая ворчать, — и вести себя как мужчина… — Селина насупилась, в этот раз сравнение её с мужчиной, почему-то задело сильнее, чем в пещере. — Вам нужно было просто подать мне какой-нибудь знак!