СССР-2061

– - Эндрю, -- заговорил Нэддон.
– - Мне нужна твоя услуга.

– - Конечно, -- осторожно сказал Андрей. Очень уж просто звучал голос американца.

– - Запомни и передай нашим командир: похоже, на Ганимеде есть жизнь. Слушай меня! Вот она, -- он указал на плечо своего скафандра.
– - Я полагать, она питается энергией, и собирается у тех мест, где много энергии. Пробивается туда, прогрызает путь. Много мыслей, Эндрю: возможно, эти льды тоже последствия этой жизни. Я неправильно говорю, да? Ты всё равно запомни. Станции, "Нога-Один", "-Два" и другие, они притягивают эту жизнь, там очень много энергии, на них стоит Зеркало, квантовые преобразования. Эта большая энергия, на Ганимеде такой энергии не было: кванты, субъядерный синтез. Это для неё как чизкейк. Не думай, просто запомни. Повтори!

– - На Ганимеде жизнь. Питается энергией, -- хмуро повторил Андрей.
– - Субъядерный чизкейк.

Он не отводил взгляда от плеча американца. Поверхность скафандра уже была с мелкими рытвинами, и ему даже показалось, что он заметил, как граница тёмно-рыжей нечисти продвинулась ещё выше. Скоро будет разгерметизация.

Эх, судьба...

– - Субъядерный син-тез. Он даёт ей push, она начинает жрать, -- Нэддон поднял кулак в энергичном жесте.
– - Наша "Нога" провавил.. про-вали-лась под грунт, потому что под станцией снизу эта дрянь всё сожрала. И в той расщелине. Другие тоже могут, и на базе тоже может быть. Поэтому надо быть осторожно! Ты запомни, Эндрю? На всякий случай.

– - Запомнил, -- ответил десантник и отвернулся.
– - Запомнил.

Больше сказать ему было нечего. Да и что тут скажешь.

И тут Нэддон закричал:

– - Вижу! Вижу!

Андрей повернулся сначала к нему, затем в ту сторону, куда указывал американец, подкрутил визор -- и сердце его, наполнившееся надеждой, снова упало: "таблетка" снижалась, но почему-то в трёх километрах от них. Он, ещё не веря, смотрел, как боевая машина плавно снизилась и снова пошла вверх, в очередной прыжок; она достигнет наибольшей высоты как раз над их головами.

– - Они не получал сигнал, -- сказал Нэддон.
– - Хэй! Хэй, мать вашу!

И замахал руками, тяжело подпрыгивая. Какое там! БМП -- она ведь для того, чтобы доставить груз и людей из точки А в точку Б, а вовсе не для обозрения надоевших окрестностей, которые, к слову, не подают никаких признаков жизни в радиоэфире, а даже если бы и подавали, никто бы эти признаки не уловил, ибо буря магнитная жестока весьма есть.

И они махали руками, и подпрыгивали, и кричали на всех частотах -- но "таблетка" ушла ввысь, зависла там и, перескочив через них по огромной дуге, стала снижаться дальше по трассе.

– - Fuck, -- сказал американец раздосадованно. Он сидел на грунте, что инструкцией строго-настрого запрещалось.
– - Эндрю, я ногу повернул.

И тут Андрей увидел, как из-под шлема Нэддона выходит тоненькая-тоненькая струйка газа. Одна. И сразу же рядом -- вторая. Андрей неслышно выдохнул, секунду оценивающе смотрел вслед "таблетке", затем сказал:

– - Эй, Тим. Ну-ка не шевелись.

И снял с плеча автомат.

Первый сеанс прямой связи на субсветовые расстояния с использованием эффекта квантовой телепортации состоялся вовремя. Энергию Зеркалу "Ноги" выдали сколько нужно и когда нужно; эта огромная, размером с Хоккайдо, висящая в вакууме линза из субэлементарных частиц, половина из которых носили самые экзотические названия типа бю-мезона Серебрянникова, а другая ещё даже не была толком открыта -- служила гигантской промежуточной антенной между орбитальной станцией "Мир-59" и "Новым Вояджером", добравшимся-таки до пояса Койпера, откуда, собственно, и велась трансляция. На взгляд Андрея, ничего путного "Вояджер" не показал -- черная пустота, крохотные звезды и одинокий каменный обломок на расстоянии в паре сотен тысяч километров от аппарата. Обломок, тем не менее, произвёл сенсацию, сути которой он не уловил, да и не стремился -- ни тогда, сидя на губе, ни позже, когда уже работал в Новосибирске, в драмтеатре имени Афанасьева. Тима Нэддона наградили отпуском за открытие протожизни на Ганимеде и устранение опасного фактора. Конечно, никуда он со спутника до конца своей службы не улетал, но получил такую солидную компенсацию, что решил уволиться из морской пехоты и поступил в МФТИ; после аспирантуры он принимал участие в освоении Марса и Каменного пояса, а в этом году отправился в первую экспедицию к границам Солнечной системы. Комплекс квантовой телесвязи "Зеркало-Ганимед" по сей день работает в штатном режиме.

Парни, ну теперь вы понимаете, почему хорошо, что наш "скат" стоял в ремонте. Понимаете, нет? Нет? Совсем? А, да. Я забыл, мы же морпехи. (Смех). В общем, если бы Эндрю стрелял в нашу десантную машину, это был бы международный скандал. Мелкий, конечно, но от того ещё более противный! Думаю, полковник Глазков не был бы сейчас полковником, а контр-адмирал Даггич до сих пор бы протирал штаны вместе с нами. А как бы мы жили без вас, сэр? (обращаясь к майору Стэнли; беззвучно, прикрывшись ладонью, выговаривает слово "Прекрасно"; смех в зале). А русская "таблетка" приняла в себя пару пуль, бортовой комп сообщил, "ай-яй-яй, какой-то ганимедский стрелок в нас садит из "калашникова", что делать, командир? Варианты: уничтожить; уничтожить вместе с Ганимедом; простить и сделать вид, что ничего не было... а потом всё равно уничтожить!" (смех). Это же русская машина, она не виновата, её такой создали.

Но пилот оказался умнее, и уже через три прыжка... Ладно, не через три, но задумался: почему это ганимедяне стреляют пулями от "калашникова", задумался он. (Медленно крутя пальцем у головы). Дальше мысль не пошла, но не буду вас мучить -- пилот посадил "таблетку" где надо, принял на борт Нэддона и этого русского парня, и всё закончилось очень, очень печально: Эндрю послали на русскую гауптвахту за то, что не подал сигнал сразу, а Тима Нэддона за его открытие наградили отпуском. А? Что? Ну как "почему печально"? Отпуск, премия, награда -- это всегда печально и отвратительно, ведь награждают-то не тебя! Я так понимаю, ты хороший солдат и ещё не испытал всей любви сослуживцев к твоим достижениям. (Смех).

Проклятую ганимедскую ржу, недолго думая, тупо соскоблили. Примерно вот так (показывает жестами), подкаблучники с детьми меня поймут. "Новый Вояджер" вышел в прямой эфир вовремя, квантовое Зеркало не подвело. Ну это вы всё знаете. В конце смены Тим Нэддон оглянулся и, видимо, решил: что-то уж очень тут стало скучно! Не развернуться душе, не порушить ничего толком! Одни морпехи, а какая с них радость: они и так уже ударенные, причём трижды -- ну скажите, кто в трезвом уме и твёрдой памяти пойдёт служить (загибает пальцы) в морскую пехоту; на Ганимед; да ещё и вместе с русскими?

Поэтому, в этот рождественский вечер (одобрительные выкрики, аплодисменты), я предлагаю выпить за нас. В первую очередь -- за любезно подменивших нас русских, я совершенно искренне им благодарен за это, за русских, которые так сильно хотят быть похожими на американцев, что постоянно делают себе новый фронтир... И за нас, за американцев, что хотят быть похожими на русских, ибо мы понимаем, что жизнь без высокой (указывает пальцем вверх), по-настоящему высокой цели, которую можно достичь только вместе, как-то уж очень скучна и бессмысленна.

Merry Christmas! Cheers! Na zdoroviye!

10.1

Николаев Игорь Игоревич 471: Сны о Марсе

III место

Обычно считается, что Марс - это место где очень-очень холодно. Отчасти это так, но не всегда и не везде. Оптимальное место для закладки марсианской базы - 30-32 градуса южной широты и 297-305 градусов стандартной долготы, в самой низине равнины Эллада. Это дает с одной стороны, летние дневные плюсовые температуры из-за близости к экватору, а с другой стороны - меньший перепад между дневными и ночными температурами. Кроме того, там наибольшее атмосферное давление на поверхности планеты. В плотной куртке и кислородной маске человек способен летним днём бежать без скафандра две-три минуты...

Шаг, вдох... Шаг, выдох... Ноги работают как гидравлические приводы - ровно, в едином ритме, не знающем сбоев. Вдох-выдох, правая нога, левая нога. Если бы не маска и привычная тяжесть баллонов за плечами - можно закрыть глаза и представить, что ты на Земле. Километр до ближайшей метеорологической станции, столько же обратно - два километра быстрого бега, временами переходящего в трусцу. Спорт, тренировка выносливости, мерило собственной силы.

А еще - критически важная процедура, без которой на Землю вернется полубезумный инвалид. Марсианские 0,38 "g" являются околокритическим значением силы тяготения для человека, близ этой точки, в зависимости от индивидуальной физиологии, начинается перестройка организма с вымыванием из костных тканей кальция. Физические нагрузки - первый форпост, защищающий организм от "синдрома мягких костей". Поэтому на Красной Планете бегают все. Говорят, первые марсопроходцы совершали пробежки даже без легких скафандров, в одних масках, надев плотные куртки и хорошо намазав лица гелем - чтобы не растрескалась кожа. Ведь летом на равнине Эллады можно вскипятить воду при плюс десяти по Цельсию, а температура человеческого тела гораздо выше. Наверное, обычные байки. Там где смерть поджидает за каждым углом, прячась даже в самой крошечной неисправности - нет места пижонству и бессмысленным вызовам. Человек и так найдет, где можно рискнуть жизнью с пользой и практической отдачей.