СССР-2061

За валуном внезапно взвизгнули сервомоторы, и прямо на нас вылетел кибер - в высоко поднятом манипуляторе он держал кувалду. Робот с разгона подскочил к Еремину, манипулятор дернулся вниз, но тут же замер. Командир запоздало вжал голову в плечи и закрылся руками.

– Извините...- проскрипел робот.

Станция перепрограммировала кибера, но четыре закона робототехники были "зашиты" в него на уровне железа. Он снова махнул кувалдой и снова замер.

– Извините...

– А ну, пшел отсюда!!!
– заорал Еремин, подхватив с земли булыжник и замахнувшись на несчастного робота.

Тот резво отскочил и покатился обратно к станции.

– Воеводин!
– тем же голосом рявкнул командир - А ты чего молчишь?! Ну?! Есть у тебя какие-нибудь идеи?

Я возмущенно поднял брови - а что я? Мое дело биология и агрономия. В механизмы и электронику я не лезу. Но момент был такой, что нужно было что-то выдать, и я попробовал:

– Э-э... Если внутри станция исправна, то может предположить какое-то внешнее воздействие... которое, э-э-м... нарушает ее восприятие?

– Ну, и какое же?!

– Давайте, прикинем...
– протянул я, пытаясь на ходу сообразить - Излучение? Солнечная активность?

– Так защита такая, что "ого-го"...- инженер-механик махнул рукой.
– Это ж боевая машина была, для участия в ядерных конфликтах.

– Дождь?

– Да что ты!
– поморщился Еремин.
– И пылевой бури даже не было.

– Попадание микрометеорита?

Мы, не сговариваясь выглянули из-за валуна, разглядывая серебристо-белое пузо станционного модуля и алые буквы "СССР" на нем. Кибер что-то толок в гильзе от почвопатрона. Грейдер зарылся в траншею ниже осей и жалобно повизгивал, пытаясь выбраться.

– Да нет, какой к черту метеорит.

– Но с чего-то же она начала войну против нас? Почему она нас перестала слушаться?

– А может..- робко начал Топорков...- Эти...

– Кто?
– не понял я.

– Ну эти, "чужие". Инопланетяне, то есть. Захватили управление станцией. И пытаются нас уничтожить.

– Топорков! Здесь, на Марсе, это мы - инопланетяне! И на сто гигапарсеков в любом направлении, других инопланетян нет, это даже нулеклассникам известно.

– А может мы - это уже и не мы? Может мы мутировали в кого-нибудь, и нам только кажется что мы еще прежние?
– отчаянно понес чушь механик.
– Я вот помню, у Бредбери читал - были они смуглые и золотоглазые... или наоборот?...

– Топорков, одень шлем, а то тебе голову сильно печет.
– печально скомандовал Еремин, видимо потеряв надежду получить от нас хоть какую-то зацепку.

И тут меня осенило!

– Слушай, Топорков, а когда сеанс связи у станции с орбитальной?

– Ежедневно, в двенадцать нуль-нуль.
– с кислой миной сообщил инженер-механик.
– А что?

– И синхронизация баз данных - тогда же?

– Ну да.
– он оживился и выжидающе посмотрел на меня.

– Хе-хе!
– меня начало распирать от гордости за свою догадку.
– Хо-хо!

– Инженер Воеводин!
– рыкнул Еремин - Прекратить "хехекать"! Что надумал? Выкладывай!

Но меня нельзя было так просто остановить.

– А вы еще не поняли?! Посмотрите туда!
– я махнул рукой на станцию.- И сюда!
– я ткнул на новенькую эмблему Советского Марса на наших комбезах.

– Мы и есть для нее - "чужие"!

– Ну!
– с сомнением произнес командир.
– Мы граждане Марса еще с вчерашнего вечера. Если бы...

– Точно!
– перебил я его.
– Но до сегодняшнего полудня мы значились в базе данных станции как Граждане СССР! А в двенадцать часов станция получила с Всеобщего Информатория данные, что теперь Воеводин, Еремин и Топорков - граждане совсем другого государства.

– А-а!
– крикнул Топорков, и забывшись хлопнул перчаткой себя по лбу и засохшие кусочки грязи полетели во все стороны.

Еремин сплюнул и выругался.

– Ну будем считать что с причиной разобрались.
– обрадованно сказал Топорков.
– А вот что дальше будем делать?...

Повисла неловкая пауза.

– Что, что...- наконец проворчал командир.- Сдаваться. Просить политического убежища.

– То есть как?!
– опешил инженер-механик.

– Словами!
– передразнил его Еремин.
– Сообщение она кому передаст? Правильно, в Командный Центр. А Центр у нее кто? Правильно, наш СУП. Ну а там ребята сообразят - что к чему...

– Опять же - согласно конвенции о военнопленных, она нас будет обязана покормить.
– ввернул я. Уж больно жрать хотелось.

– Но может лучше на дрезине, до Вымпела-6 добраться, там самостоятельно связаться с СУПом... Пусть в Информатории запись исправят...
– не унимался возмущенный Топорков.

Еремин скептически посмотрел на него исподлобья и вздохнул.

– Ты что! Всеобщий Информаторий - это святое!
– напомнил я механику - Кто разрешит туда неправду писать?! Даже и не мечтай!

– Тем более представь, как полторы сотни "вымпеловских" над нами ржать будут.
– проворчал наш командир.
– Растрезвонят на весь Ближний Космос! Нет уж, дудки.

– Постойте, как же так! Неудобно получается. Гражданство - это все же... Не так что бы: вчера - сюда, сегодня- туда...

Еремин с иронией посмотрел на него, откашлялся и выдохнул:

– Граждане Марса! Сегодняшнее собрание экипажа биостанции КР-0-НА-93, посвященное вопросу определения суверенитета планеты Марс объявляю открытым.

Стук со стороны станции прекратился. Кибер сыпанул в гильзу удобрений, перемешал и стал делать пыж из пеноплазы.

– Присутствуют - ободренный этим, продолжил командир.
– Инженер-биолог Воеводин, инженер-механик Топорков, командир экипажа Еремин!

Шум в наушниках смолк - станция подслушивала. Еремин объявил:

– Товарищи! Объявляется предложение: от имени присутствующих подать в Союзное Правление заявление, с коллективной просьбой о выдаче гражданства Союза Советских Социалистических Республик. Ставлю вопрос на голосование: кто за?