СССР-2061
Шрифт:
– Я пришел... Я пришел, ребята... Я пришел!!!
А со стены падает конец веревки. Последней веревки, которую осталось пройти основной группе...
Тёмка отдыхивается, а я вдруг понимаю, что ухожу обратно в небытие. То ли пришло время, то ли выполнил свою задачу, то ли... мысль обжигает...
'Тёма, ты как?'
'Нормально'.
'Без героизма. Ощущения?'
'Отдышался уже. Вы разве не чувствуете, дядя Сережа?'
Что ж, если за этот переход должна быть заплачена жизнь, то пусть она будет моей. Одной могилой меньше...
'Ухожу, Тёма'.
'Как?'
'Совсем. Наверное,
Последнее, что слышу - надрывный Тёмкин крик.
– Не-е-е-ет!!!
– Темыч, с тобой всё в порядке?
Спустившийся со стены Скворец подбежал к истошно кричащему мальчишке. Тёмка посмотрел мутным взором и хрипло выдавил:
– Всё нормально.
– Идти сможешь? До Базы?
– Да. И на акье работать смогу. Не бывает уважительных причин...
– Тёма... Извини, что спрашиваю...
– Он ушел... Совсем... Там, у вертушки...
– Это, действительно был он? Викторыч?
– Он... Четыре года вместе... Ушел... Почему?..
– Откуда ж... Жаль... Если б ты знал, какой это был человек... О чем я, кому же, как не тебе, знать...
– Анатолий Павлович, я смогу стать спасателем? Сам, без него?
– Как кончишь школу - жду. Через год?
– Через год...
На плацу Базы Службы, обнявшись, вытирали слезы два человека: начспас и практикант, старик и мальчишка, прошлое и будущее...
Мужчины не плачут? Кто вам сказал эту глупость?
14
Финалисты
16
Валентин_Ус
079: Граждане Марса
Топорков с опаской выглянул из-за валуна, потом наклонился ко мне и что-то прокричал сквозь стекло шлема.
– Что? Ничего не слышу!
– в ответ проорал я и постучал по своему шлему в районе наушников, которые сейчас изрыгали треск и вой.
Инженер-механик отщелкнул застежки и откинул шлем. В этот момент со стороны станции грохотнуло и мы синхронно пригнулись. Еще через пару секунд на нас сверху обрушился черный ливень.
Я немного переждал, потом вспомнил что почвопатрон у нас был только один, и тоже откинул шлем.
Топорков перчаткой утер с лица черную жижу, заморгал глазами и начал отплевываться.
– Что?
– переспросил я.
Топорков еще раз вытер губы и ответил:
– В гидрораспылитель, говорю, она заряд с почвой зарядила... Тьфу, чтоб ее...
Послышалась близкая возня и к нам за валун по-пластунски вылез командир. Оказавшись за нашим укрытием, Еремин присел,
удивленно посмотрел на черное лицо Топоркова, потом на меня, и нехотя тоже снял шлем.– Ну, что будем делать, товарищи колонисты? Какие будут предложения?- спросил Еремин и сам же ответил.
– Вариантов масса: можно сесть на электродрезину и рвануть на "Вымпел-6" (всего-то четыреста кэмэ, к утру будем там); можно попробовать вырубить у кибера приемо-передатчик и голосовым управлением приказать ему вырезать шлюзовую дверь станции (но это уже порча казенного имущества, Иваненко из бухгалтерии будет рвать и метать)...
– Можно еще пеноплазой выложить на грунте большие буквы SOS, метров по пятьдесят...- нетерпеливо подсказал я.- Через двое, максимум через трое суток заметят с орбитальной.
– Можно еще перестать острить, и проникнуться серьезностью ситуации.
– строго сказал Еремин и повернулся к Топоркову - Сколько еще таких станций? как наша, на Марсе? И - вообще?
– он поднял указательный палец вверх, к глубинам космоса.
– На Марсе - девять. Вообще же .... м-м-м... сотни две.
– Во-от...- значительно протянул командир, - Вполне может быть что ровно сейчас или ближайшее время двести экипажей окажутся в такой же ситуации, как мы. А может и намного хуже. Поэтому для начала надо попробовать разобраться, что произошло. Или как хотя бы - собрать максимально больше информации.
На этих словах Еремин снова выразительно посмотрел на Топоркова.
Тот пожал плечами и устало процитировал:
– ПАССАТ-2, Планетарная Автономная Станция Сопровождения Аграрного Типа, вторая модель. Производится с 2051 года на базе боевой машин, по конверсионной программе. Конверсия включает: демонтаж вооружения и ходовой части...
Да, с демонтажем вооружения - это нам здорово повезло, подумал я. Хотя даже будь она только с колесами - укатала бы нас в грунт давно. В рыжий песочек - его еще тут навалом.
– ...за весь срок эксплуатации парка машин сбоев выявлено не было...
– Это я и без тебя знаю.- нетерпеливо оборвал его командир.- Ты лучше скажи, что у нее с мозгами стало!
– С мозгами у нее должно быть все в порядке. Там старая добрая электроника, а не эти,- инженер-механик покрутил пальцем у виска, - нейрокристаллы. Тройное резервирование, по мажоритарному принципу. Если что "не так", то она просто отключится. А раз она работает, то станция исправна.
– Так какого же черта она такие фортели тут выдает?!
– Еремин яростно мотнул головой в сторону станции.
Топорков вздохнул и снова пожал плечами.
Я воспользовался паузой и выглянул из-за укрытия: грейдер возводил вокруг станции что-то вроде редута, электродрезина подвозила материалы, кибера что-то не было видно. В животе недовольно заурчало - утром поленился как следует позавтракать и перехватил лишь пару галет с чаем; а обед не состоялся, и ужина ожидать не приходилось. Невольно окинул взглядом пустой стол рядом с флагштоком- не завалялось ли на нем хотя б бутербродика от вчерашнего банкета- но, увы, стол был протерт до блеска, а одноразовая посуда и остатки еды уже переварились в утилизаторе. Вспомнив про банкет, посвященный нам, как первым гражданам Советского Марса, я еще больше загрустил. После вчерашних торжественных событий, сегодняшнее происшествие совсем некстати.