Стальное Сердце

Позади нас, из ниши, которую мы только что проехали, выступили из тени две фигуры в полном обмундировании Силовиков. Края ниши были освещены маленькими тусклыми светильниками. В их свете я смог разглядеть, что солдаты выглядели расслабленными. Я был готов поклясться, что расслышал легкий смешок из-под шлема, когда один из них сказал что-то по рации своему товарищу. Они решили, что мы с Меган должны были погибнуть или, по крайней мере, быть не в состоянии драться после такой аварии.

«Забери их Напасть!» — подумал я с наливающимся гневом лицом. Не успев как следует сообразить, я вытащил из кобуры под мышкой пистолет — тот самый, из которого был убит мой отец — и практически в упор сделал четыре выстрела. Я не целился солдатам в грудь, там была броня. Мне нужна была шея.

Оба упали. Я судорожно глубоко вздохнул, рука с пистолетом дрожала. Я несколько раз моргнул, шокированный тем, что смог застрелить их. Может быть, Меган была права насчет пистолетов.

Я застонал, потом попытался сесть. Реконерская куртка превратилась в лохмотья, многие диоды в подкладке — те, что создавали защитное поле — дымились или полностью отвалились. Нога с одной стороны оказалась сильно ободранной. Хотя она очень болела, раны были не слишком глубокие. Я был в состоянии подняться на ноги и идти. Почти.

Боль была… достаточно неприятной.

«Меган!» — пробилась сквозь оцепенение мысль и, хоть это и было неумно, я даже не проверил, мертвы ли солдаты. Я захромал к тому месту, где упавший мотоцикл проскользил по стене. Единственным источником света был мой мобильный. Я оттащил обломки и обнаружил под ними распростертую Меган, ее куртка была в еще худшем состоянии, чем моя.

Она плохо выглядела и не двигалась, глаза были закрыты, а шлем раскололся, и на голове оставалась только половина. Кровь стекала по щеке. Она была такого же цвета, как губы. Рука была вывернута под неестественным углом, весь бок, от ноги до торса, был залит кровью. Я в ужасе опустился на колени, спокойный холодный свет моего мобильника открывал ужасные раны всюду, куда я его направлял.

— Дэвид? — голос Тиа тихо донесся из мобильника, который был прикреплен в обычном месте на куртке. Было чудом, что он все еще работал, хотя я и потерял наушник.

— Дэвид? Я не могу связаться с Меган. Что происходит?

— Меган без сознания, — вяло ответил я. — Ее мобильника не вижу. Разбился, наверное. — Он был закреплен на ее куртке, от которой тоже практически ничего не осталось.

«Дыхание. Надо посмотреть, дышит ли она». Я наклонился, пытаясь использовать экран мобильника, чтобы уловить ее дыхание. Потом мне пришло в голову проверить пульс. Я был в шоке. Мысли путались. Можно ли что-то соображать, когда путаются мысли?

Я прижал пальцы к шее Меган. Кожа была липкой.

— Дэвид! — настойчиво сказала Тиа. — Дэвид, переговоры по каналам Силовиков. Они знают, где вы. К вам направляется несколько подразделений. Пешие и бронированные. Уходите!

Я уловил пульс. Поверхностный, слабый, но он был.

— Она жива, — промолвил я. — Тиа, она жива!

— Ты должен выбираться оттуда, Дэвид!

Перемещение могло ухудшить состояние Меган, но, оставь я ее там, и ее состояние ухудшится наверняка. Если они найдут ее здесь, то будут пытать и убьют. Я снял свою разорванную куртку и перевязал ею ногу. Во время перевязки я что-то нащупал в кармане. Вытащив, обнаружил, что это ручка-детонатор и взрывчатые колпачки.

В момент прояснения я прикрепил один из взрывчатых детонаторов к топливному элементу мотоцикла. Я слышал, что их можно дестабилизировать и взорвать, если знать, как это делается, а я не знал. Но все равно это казалось хорошей идеей. Единственной идеей. Я взял свой мобильный и закрепил его на запястье. Затем, сделав глубокий вдох, оттащил сломанный мотоцикл — переднее колесо совсем отвалилось — и поднял Меган.

Ее сломанный шлем соскользнул и раскололся, упав на землю. От этого волосы каскадом заструились по моему плечу. Она была тяжелее, чем казалась. С людьми всегда так. Хотя она и была маленькой, но плотного телосложения. Я решил, что ей бы, наверное, не понравилось, услышь она мое описание.

Я взвалил ее себе на плечо и нетвердой походкой двинулся вглубь туннеля. Крошечные желтые лампочки, периодически встречавшиеся под потолком, давали свет, едва позволявший что-то разглядеть даже такому подземному жителю, как я.

Скоро плечи и спина заныли. Я продолжал идти, переставляя одну ногу за другой. Двигался я не очень быстро. И так же не очень хорошо соображал.

— Дэвид, — голос Профа. Тихий, настойчивый.

— Я не брошу ее, — ответил я сквозь сжатые зубы.

— Я не стал бы предлагать ничего подобного, — сказал Проф. — Скорее, заставил бы тебя удерживать позицию и позволил Силовикам расстрелять вас обоих.

Не особо утешительно.

— До этого не дойдет, сынок, — продолжил Проф. — Помощь уже в пути.

— Кажется, я их слышу, — сказал я. К этому времени я уже добрался до конца туннеля, он выходил на узкие перекрестки подземных улиц. Здесь не было зданий, только стальные коридоры. Я не очень хорошо знал эту часть города.

Потолок был сплошным, без ведущих наверх вентиляционных отверстий, какие были в районе, где я вырос. Я точно слышал крики, отдающиеся эхом справа. Я слышал звяканье сзади, стальные подошвы по стальному полу. Еще крики. Они нашли мотоцикл.

Я оперся о стену, перемещая вес Меган, затем нажал кнопку на ручке-детонаторе и с облегчением услышал донесшийся сзади хлопок, когда взорвался топливный элемент мотоцикла. Крики усиливались. Наверное, кого-то задело взрывом. Если мне совсем повезет, они решат, что я спрятался где-то недалеко от обломков и кинул гранату или что-то в этом роде.

Я поправил на плече Меган и на перекрестке свернул налево. Ее кровь пропитала мою одежду. Возможно, она уже была мертва…

Нет. Я не должен думать об этом. Один шаг за другим. Помощь в пути. Проф сказал, что помощь уже в пути. Она придет. Проф не солгал. Джонатан Федрус, основатель Реконеров, человек, которого я каким-то образом понимал. Если и было в этом мире что-то, во что я мог верить, это был он.

Я шел добрых пять минут, прежде чем был вынужден остановиться. Туннель передо мной закончился плоской стальной стеной. Тупик. Я оглянулся на вспышки и тени, двигающиеся за моей спиной. Этим путем не выбраться.

Коридор вокруг меня был широким — шагов двадцать в поперечнике — и высоким. На земле валялся какой-то старый строительный хлам, хотя большую его часть, как видно, уже растащили предприимчивые жители катакомб. Там были груды битого кирпича и шлакоблока. Кто-то недавно пристраивал здесь внизу комнаты. Что ж, хоть какое-то прикрытие.

Я, спотыкаясь, перебрался туда и положил Меган возле самой большой кучи, затем перевел мобильный на ручной режим. Проф и остальные не услышат меня, пока я не дотронусь до экрана, но это также значило, что они не выдадут мою позицию, пытаясь со мной связаться.