Стань моим парнем

– Как сегодня измерить свою самооценку? Количеством полученных лайков, числом друзей или накопленных твитов в социальных сетях? Знаем ли мы, что на самом деле думаем, до того, как обнародуем наши мысли онлайн и позволим остальным сказать нам, стоящие ли они? Камера медленно двигалась по коридору. Мое лицо онемело, потому что я знала, куда он идет. Я вспомнила, что в прошлом году во время его визитов домой он везде ходил с камерой.

– Джи, что делаешь? – спросил он.

Я сидела на диване со смартфоном в руках. Брат снова спросил, что я делаю. То, что я ответила на его вопрос только после того, как он задал его в четвертый раз, не попало в фильм. Дрю показывал тот отрезок, когда я его игнорировала, потому что он официально перешел границы моего терпения.

– Джи, что делаешь?

Наконец на экране я подняла голову:

– Я выложила нашу фотографию в «Инстаграм».

– Сколько у нее лайков?

Экранная Джиа улыбнулась, а я настоящая опустила голову.

– Только пятнадцать. Если больше не будет, то я ее удалю.

Дрю засмеялся:

– Эй, я сниму это для моего занятия, ладно?

– В «Вайне» [17] или где?

– Нет, просто для проекта.

– Это будет самое скучное видео на свете.

17

«Вайн» (англ. Vine) – мобильное приложение, позволяющее создавать короткие (длительностью 6 секунд) видеоролики и обмениваться ими.

Зрители засмеялись.

Бек рядом со мной заворчала:

– Я становлюсь обладателем незрелого мозга.

– Я тоже, – сказал Хейден и сжал мою руку.

– Я в порядке, – прошептала я, пытаясь сделать так, чтобы это было правдой.

Показ фрагмента фильма продолжался, хотя мне очень хотелось, чтобы его прервали. Дрю снова шел по коридору и был один, что было к лучшему.

– Если бы я выставил фотографию дерева, которое на моих глазах упало в лесу и никто бы ее не лайкнул, начал бы я задаваться вопросом, произошло ли это на самом деле?

– Очень оригинально, – пробормотала Бек.

Следующий кадр: Дрю находится в кухне, где мама сидит перед компьютером – скорее всего, она оформляет недвижимость, – а у папы в руках смартфон – вероятно, он играет в игру, чтобы расслабиться. Затем Дрю поднял свой смартфон перед камерой и показал сообщение от мамы: «Спускайся на ужин».

– Ты писала мне насчет ужина, мама?

Она подняла голову и неловко улыбнулась в камеру:

– Да, он готов. Сходи за сестрой.

Мне не хотелось, чтобы он шел за мной, потому что я знала, что будет дальше. Я надеялась, что в этот момент, как во всех фрагментах фильмов, которые мы смотрели сегодня, он прервет сцену на середине. Но мне не повезло. Теперь я экранная находилась в своей комнате.

– Ужин, Джи, – сказал Дрю. В этот раз я сидела с ноутбуком, делая домашнюю работу, но он этого не показал. – Сколько теперь лайков?

– Сорок лайков, пять ретвитов.

– Так, значит, все хорошо.

– Ага. – Я закрыла ноутбук и встала, улыбаясь ему и камере. – Думаю, у тебя привлекательное лицо. Кто бы знал?

– Хорошо, что твои друзья нам об этом сказали, иначе мы бы никогда этого не узнали.

Я знала, что в тот день он шутил, и я пошутила в ответ, сказав:

– Верно.

Но это только подтвердило основной посыл фильма.

Экран потемнел. Дрю встал и поднялся на подиум. На лице его играла уверенная улыбка.

– Спасибо вам за такую высокую честь, – сказал он, поднимая вверх небольшой почетный знак, который ему вручил преподаватель. – И я надеюсь, что мои друзья отметили это в «Твиттере», иначе как мы поверим, что это произошло? – Он показал на несколько парней в переднем ряду, и зрители засмеялись. – Как бы мне хотелось, чтобы сегодня продемонстрировали весь фильм, потому что к концу я показываю темную сторону этой потребности в одобрении. Хотя во многих случаях люди, от которых мы ждем одобрения, нам не знакомы. Нам не важно, кто ставит нам лайки. Нас интересует только количество. – Он поднял награду. – Поэтому если за это получу в «Инстаграме» сотню лайков – я тогда пойму, что сделал нечто особенное. А если получу всего два, то это не должно иметь для меня значения. Что создает эту зависимость? Ведь от нее никогда не поздно избавиться?..

Я опустилась ниже на стуле, явно не собираясь быть ярким примером его сатирической трактовки общества. Я могла чувствовать на себе взгляды Хейдена и Бек, но была сосредоточена на спинке обтянутого красным вельветом кресла перед собой.

Профессор Дрю вернулся на сцену:

– Спасибо, Дрю. И хорошие новости: если хотите посмотреть эту или любую другую картину сегодняшнего вечера, пожалуйста, посетите этот сайт. – Адрес сайта появился на большом экране. Мне не хотелось смотреть фильм Дрю целиком, но я все равно запомнила адрес.

Когда свет в театре включился, я подпрыгнула.

Хейден положил руку мне на плечо:

– Что ты хочешь сделать? Хочешь с ним поговорить?

– Я хочу побить его, – сказала Бек.

– Бек, это не твое дело, – заметил Хейден.

Нейт поднял руку:

– Я тоже хочу его побить.

– Он многое смонтировал.

– Ты не должна объясняться, Джиа.

Вот почему Дрю не хотел, чтобы мы приезжали, и мне следовало послушаться.

– Я в порядке. – Я встала и посмотрела на Дрю, которого окружали друзья и его профессор.

– Эй, это ты была в фильме. И ты всю церемонию сидела со смартфоном. Такая ирония, – произнесла девушка у меня за спиной.

Я отшатнулась, и Бек одарила девушку испепеляющим взглядом.

Выдавив из себя улыбку, я сказала:

– Мне просто хочется поехать домой. Поговорю с ним завтра, когда он не будет так занят.

– Может, мне поговорить с ним сейчас, когда он окружен людьми, чье мнение ценит?

Бек подтолкнула брата:

– Да, иди.

– Нет, мне просто хочется домой, – повторила я.

После того как мы пробрались через заполненный людьми театр и вышли на улицу, я глубоко вдохнула. Молчание Хейдена, Бек и Нейта было пугающим. Мне хотелось, чтобы они говорили и вели себя как обычно. Если бы сейчас мы притворялись, что ничего не произошло, то мне было бы намного легче.

Когда мы уселись в машину, первой моей мыслью было достать смартфон и отвлечься от реальности только что случившегося, вот только сейчас я не могла этого сделать, поскольку перед внутренним взором еще стояла отчетливая картинка: я со смартфоном.

Хейден завел мотор и выехал с парковки:

– Не знаю, утешит тебя это или нет, но не думаю, что он нарочно на тебе сделал акцент. Просто использовал тебя в качестве примера, чтобы пояснить свою точку зрения. Он говорил, что это проблема поколения. Не конкретно твоя.

Я кивнула.

Бек ударила его по руке:

– Это не утешит. Он ее брат. Он не должен был этого делать. Точка.

– Я знаю, – согласился Хейден.

– Все равно не в этом проблема, – произнесла я так, что засомневалась, смогли ли они услышать.