Старая роща

К раненым «духам» ползли свои на помощь. Ползли, несмотря на интенсивный смертоносный обстрел. Их основные силы стали отступать к кишлаку.

– Сейчас будут пытаться прорваться с другой стороны, – обратился майор Седов к группе. – Первое и второе отделения за мной! Остальные остаются на прежних позициях. Быть готовыми к тому, что они снова пойдут сюда – удобный проход по долине. За меня остается сержант Петров.

К сержанту Петрову Игорь уже успел проникнуться симпатией, именно он толкнул его, спасая от выстрела душмана с карабином. Сержант донимал солдат в части, придирался по каждому мелкому поводу, изводил «шагистикой»: «Чтоб по Красной площади не стыдно было пройти!», по пять раз приказывал перешивать подворотнички: «Чтоб были белоснежными, как на балу у Золушки!», по десять – перезаправлять постели: «Кантики должны быть идеально ровными, а у вас – горные хребты!» Он их изводил в казарме, на плацу, а здесь, в бою, все его придирки показались ничтожной мелочью. Он был опытным бойцом, надежным, прошел огонь и воду – это видно было с первых минут боя. Его уверенность и спокойствие передавались другим: «Пули – не мухи, от них не отмахнешься, но увернуться можно», «Автомат должен стать частью вашего молодого тела», «Прижимайся к камням, сливайся со скалой, вползай змеей в расщелины», «Хочешь выжить, вернуться к девушке, воюй головой, но не подставляй ее, не каменная. Каску не снимай», «Духи» хитры и коварны – не стесняйся учиться у них, но помни: для них смерть – дорога в рай, для нас – сомнительно».

Уверенность сержанта пригодилась еще раз в этом бою, когда группа моджахедов, не сумев прорваться с другой стороны, – у Седова тоже не вырвешься просто так! – снова пошла на них. Сержант перераспределил позиции. Игорю приказал вместе с опытным бойцом рядовым Николаем Потаповым, который был вооружен гранатометом, переместиться на левый фланг, где меж камней уходила вверх горная тропа. На них должен был прийтись первый удар, если «духи» свернут на тропу:

– Ваша задача – придержать «духов», не лезьте на рожон, уложите их на землю, а там мы подоспеем с основными силами с тыла.

Игорь понял: несмотря на оплошность, сержант верит в него, и он сделает все возможное, чтобы оправдать доверие.

Из укрытия они наблюдали за действиями моджахедов. Случилось так, как и предполагал сержант. Сделав вид, что они будут прорываться всеми силами через прикрытый скалой низ долины – там их и ждал сержант Петров с основными силами, – вдруг резко развернулись и стремительно поползли, оставив группу прикрытия, вправо прямо навстречу Игорю с напарником. Теперь несколько минут они хозяева положения, надо это время использовать бережно.

«Духи» выползли из-за камней на тропу. Двигались осторожно, но уверенно. По очереди привставали и, пригибаясь, перебегали открытые места и снова прижимались к каменистой земле. Осматривались и ползли дальше вперед. Но вот на какое-то время они скрылись из виду.

– Оставайся здесь, я проведу разведку, – приказал Потапов. – Не могли же они провалиться сквозь землю.

Игорь остался один. Куда они делись?

Перестрелка на другом конце долины прекратилась, и на короткое время установилась тревожная тишина. Игорь до рези в глазах всматривался в тропу. Никого. Вдруг внизу, за огромными валунами раздался взрыв гранаты. Началась беспорядочная стрельба. Из-за камней выскочили «духи» и, пригибаясь, колонной двинулись вверх по тропе, прямо навстречу затаившемуся за камнем Игорю. Он выждал, когда они выйдут на широкую площадку перед ним, и только тогда дал полную очередь из автомата. «Духи» от неожиданности попадали на землю, замерли. У Игоря мелькнула шальная мысль: он уложил всю группу душманов, не меньше десятка. Но те, поняв, что впереди малая группа, а с другого фланга спешат основные силы советских, поднялись и пошли вперед на прорыв. Только один из них остался лежать на месте.

Камни вокруг Игоря вспарывали пули. Одна, с жужжанием, задела ему правое плечо. Он не испугался – совсем неожиданно для себя. Пуля напомнила ему безжалостную лесную осу, вонзившую в плечо до самой кости. Он выбросил из своего укрытия гранату, ощутив тут же резкую боль в плече. Но можно было терпеть. Из-за камней справа пальнул из гранатомета Коля Потапов. Верный расчет! Выстрел со стороны создавал видимость нахождения здесь немалых сил. Моджахеды стали отползать вниз. А там их поджидал сержант Петров с группой. Душманы понесли большие потери. Только нескольким из них удалось уйти в горы, проползли где-то через расщелины.

Пленные выглядели жалкими, но это было обманчивое впечатление. Игорь знал теперь: дай им в руки оружие, и они преобразятся!

– Ну, как ты, ранен? Давай перевяжу! – подскочил к Игорю Толик Васин, находившийся во время боя в основной группе. – Грамотно вы их остановили. Там, на тропе, трое убитых «духов». Это ты их уложил? А я только ранил одного. Далековато были.

К ним подошел сержант Петров:

– Не надо было их близко подпускать. Вы здорово рисковали. Но в общем молодцы! Доложу командиру.

Игорь испытывал сложные чувства. Пока шла горячка боя, он стремился уничтожить как можно больше «духов», они вызывали в нем какую-то звериную злобу. Действительно, «духи» – как привидения, появляются и исчезают внезапно. Каждый камень, каждая трещина в скале им знакома. Они неуловимы. Уничтожить хоть одного – удача, тем более для молодого бойца.

Но стих бой – и все воспринималось уже по-другому. Убитый бородач мог оказаться сыном старика – дехканина. Он воевал против чужих, пришедших на его родную землю. Ведь не секрет, что моджахедов многие местные жители поддерживают, дают им приют в кишлаках, помогают укрываться, иначе сопротивление оппозиции давно было бы сломлено. Вон, даже мальчишки высматривают передвижения советских групп и каким-то образом докладывают курбаши.

Горы для наших солдат чужие. Жуткое ощущение: каждый камень таит в себе опасность. Послышатся выстрелы в горах, и не поймешь: откуда стреляют?

Иногда, когда Игорь прислушивался к перекатам в горах гулкого эха от выстрелов, смятение вкрадывалось в его душу: зачем они здесь?

На вечерней поверке майор Седов объявил благодарность отличившимся бойцам. В список включили и Игоря с Толиком. После отбоя кто-то из бывалых бойцов раздобыл в пищеблоке немного спирта. Игорь пробовал его впервые в жизни. Голова сразу закружилась, и под смех «стариков» он повалился на койку. Но прежде чем он провалился в забытье, ему привиделось, как он танцует вальс с одетой в белоснежное свадебное платье Ингой. Вокруг них мелькали знакомые лица – из той прошлой мирной жизни и этой боевой, пока не слились в одну белую вертящуюся карусель…

…Через три месяца Игорь с Толиком попали на сторожевую заставу, которая занимала одну из господствующих высот в горах вдоль дороги Кушка – Кадагар.

Дорога та, зачастую узкая, пролегала среди скал над пропастями. На труднодоступных участках дороги, на подходах и подъездах к водоисточникам, объездах, бродах через реки, в брошенных кишлаках были заложены мины и фугасы. При проводке колонны наших войск требовалось проведение крупных операций по разминированию дорог, взятие под контроль господствующих высот: в горах тот хозяин, кто выше. Часть высот была взята советскими войсками под постоянный контроль.

Служба на сторожевой заставе была не из легких. Такие заставы выставлялись и для охраны аэродромов, электростанций, гарнизонов. Небольшая группа солдат, около десяти человек, многие месяцы находилась на высоте, где кроме оборудованного укрытия для отдыха, возводимого своими силами из подручного материала, техники и вооружения ничего не было. Запасы продуктов, воды, боеприпасов, дров и угля доставлялись вертолетом на месяц. До другой заставы было далеко, а вокруг – вражеское окружение и затаившиеся грозные горы. В любую минуту надо быть готовыми к обстрелам и нападениям. И так продолжалось многие недели, порой месяцы.

Командиром заставы, где служили Игорь с Толиком, был старший лейтенант Кислюк. Это была его третья «командировка» в Афганистан. В предыдущей он командовал дежурным подразделением, которое, передвигаясь на вертолетах, проводило досмотр караванов, обнаруженных разведкой. Ракетами, через мегафон, стрельбой солдаты принуждали караван остановиться и проверяли его.

Однажды группа Кислюка спешила на помощь разведчикам, нарвавшимся на караван с оружием из Пакистана. Противнику, который значительно превосходил их по силе, удалось окружить разведчиков. А вертолет, пытавшийся оказать им помощь с воздуха, был сбит новейшим «стингером». Когда боеприпасы были на исходе и создалась неизбежная угроза попасть в плен, трое воинов во главе с офицером подорвали себя и душманов последними гранатами. Подразделение Кислюка не успело на выручку, им не хватило полчаса. Потом караван тот был захвачен, «духов» разделали в пух и прах, никого в живых не оставили. Но осталась боль. Она застыла в глазах старшего лейтенанта.