Стая

Как возможно к месту будет сказано, нравилась она сильно технику Александру, который, при первом же удобном случае, так и норовил поближе пристроиться к Надежде, кружась над ней, словно коршун над добычей. Та всячески пыталась от него отбиться, как в переносном, так собственно и в буквальном смысле этого слова, хотя все описанные действия, конечно, происходили крайне несерьезно и наиграно. Порою было очень даже смешно наблюдать за такою интересной парочкой.

Так и сейчас Александр подошел к ней, особо никого не стесняясь, со своими нескромными, рвущимися наружу, чувствами, видимо слишком переполнявшие его в тот момент, с намерениями в очередной раз ущипнуть Надежду за какое-нибудь подвернувшееся мягкое место. Надежда, предвидя данный оборот событий, прямо так и отпрыгнула от него в сторону, будто показывая всем своим видом, что такое отношение ей казалось крайне неприятным, хотя это, конечно же, было не так.

– Да отстань ты, наконец, - проговорила она с нескрываемым возмущением.
– Отвяжись от меня. Володя, ты хоть ему скажи, что ли.

Владимир заулыбался, несколько сбросив с себя накрученное напряжение, присел за белоснежный обеденный столик, облокотившись на него всем телом так, что тот неумолимо крякнул, подавшись всей хрупкой конструкцией вперед к своему притеснителю. Благо капитан предварительно отодвинул стоявшие приборы с едой поближе к центру, а то они, без всякого сомнения, слетели бы ему прямо на брюки.

– Потом будете миловаться. Давайте лучше завтракать поскорее, то нам предстоит еще общение с консулом, - сказал он, доставая часы, одновременно укоризненно посматривая в сторону этого соблазняющего любвиохотца.
– Если быть точнее, то уже минут через сорок он выйдет на связь непосредственно в зале совещаний.

Владимир заглянул внутрь большой комплексной тарелки, содержимое которой совершенно не хотел есть, буквально через силу заставляя себя отправлять в рот часть оной непонятной субстанции, захватывая ее немного вилкой для должного приличия, которая на удивление предстала перед ним в виде некого капустного салата. Попробовав данную смесь, он даже растерялся от неожиданности, до такой степени она сейчас показалась ему отвратительной.

– Кушай, Володя, кушай. Чего морщишься?
– крикнула ему Надежда, выглядывая из-за витрины кабинки заказов напротив.
– Ничего другого и не будет. Настоящих продуктов, захотелось? Так откуда же они тут возьмутся, скажи, пожалуйста?

– Это уж точно. Давно пора свой самогон гнать. А то от здешней выпивки одна изжога, - резко выговорив так, подключился к разговору вошедший Илья, выглядевший на этот раз совершенно по-другому, нежели ранее. Солидный деловой костюм, полностью отглаженный, с иголочки сидевший на нем, белоснежная рубашка, выглядывающая наружу стильным воротничком с острыми полями, новенькие лакированные туфли на каблуках, чтобы вероятно, тем не менее, казаться чуточку повыше - все демонстрировало его желание принять участие в разговоре. Наверное, он все-таки проглотил пару восстановительных таблеток, как положено, принял освежающий холодный душ, чтобы предстать перед экипажем как всегда в надлежащей форме. Владимир чуть было не подавился от неожиданности, запивая застрявшую в горле пищу компотом из сухофруктов. Развернувшись к нему всем корпусом, он с явным недоумением посмотрел тому в глаза.

– Вот же вырядился. Ведь можешь, когда захочешь. Что ты там насчет спиртного говорил?

– Да пошутил я. Где я возьму необходимые ингредиенты? Ты лучше скажи, по какому поводу собрание?
– тут он поправил указательным пальцем, сползающие с переносицы квадратные очки, явно придававшие ему больше солидности.
– Что сказал консул? Опять насчет какого-нибудь утепления стен и оборудования каюты дополнительными обогревателями? Он никого к себе не вызывает без особой на то необходимости.

– Ничего хорошего не сказал. Это по поводу нашего возвращения на Землю, - отвечал Владимир, тщательно подбирая слова.
– Как бы это мягче передать. Короче говоря, пропал телепорт, ведущий в нашу родную Солнечную систему, как будто его вовсе и не бывало. Придется прыгать через Солнце, что меня очень беспокоит. Алексею нужно точно рассчитать и проложить курс. Я с ним вчера уже переговорил на эту тему.

– То-то он мне не ответил на вызов, - возмутилась Надежда, подпирая руками бока для пущей уверенности.
– Где же наш научный работник сейчас прохлаждается?

– Он подойдет непосредственно в зал совещаний, - продолжал Владимир.
– Послушает обращение, и обратно вернется к работе. Ты, Илья, тоже незамедлительно подключайся, уже со своей стороны. И отнесись к этому, пожалуйста, с полной ответственностью.

Программист буквально присвистнул от данного неожиданного поворота событий, приседая на стул, стоявший напротив.

– Ничего себе, - проговорил он, немного испуганно и ошарашено в то же время.
– Такого экстравагантного мероприятия до нас никто еще никогда не проделывал. Ни одна команда. Вы можете представить всю серьезность данного маневра? Одна малейшая ошибка в расчетах и мы уже ни за что не выберемся из гиперпространства, погибнем окончательно, мгновенно испарившись при проявлении.

– Знаю, но другого выхода нет. И связь с Землей оказалась потерянной крайне некстати. Консул уверяет, что данный прыжок не представляет никакой сложности. Инопланетные гости всегда делали такие переходы ранее, еще до создания устойчивых тоннелей. Только земная цивилизация была в то время совершенно не готова к их необъявленным визитам. Чего еще наш служитель поведает, определенно остается загадкой. Ему там наверно из резиденции в инородной системе виднее представляется, вся существующая обстановка дел.

– Это что такое нужно осуществить?
– проговорил Александр, слушая всех крайне внимательно, пытаясь хоть немного уловить смысл сказанного.

– От тебя, Саша, ничего сверхъестественного не требуется. Просто проведешь небольшую проверку технических систем на наличие неисправностей. Малейшая поломка, сам понимаешь, может нам дорогого обойтись. Так что тоже, немедленно приступай к работе. Я верю, что ты все правильно сделаешь.

Надежда, до сознания которой бывало трудно достучаться нужными словами, осматривала всех с присущими только ей, явно проступившим напряжением и некоторой необоснованной паникой, видимо интуитивно понимая, что что-то здесь проходит не так гладко, как могло показаться на первый взгляд. Наблюдая в процессе разговора, как изменялись лица собеседников, она сделала уже свои выводы относительно истинного их положения, схватилась руками за голову и запричитала:

– Ах, какая неприятность, какая неприятность. Не вернуться нам назад, чует мое сердце. Пойду Оле скажу, то она и не знает. Что будет со всеми нами?

– Совершенно не нужно так расстраиваться. Оля уже находится в курсе событий. Сейчас ее уж точно не стоит беспокоить по пустякам. Как раз сегодня она должна подготовить анабиотические камеры к эксплуатации. Давненько мы их не использовали, надо отметить, - проинформировал Владимир, опасаясь, что смятение Надежды может передаться также и их впечатлительному работнику здравоохранения.
– Кстати, где же она, почему я ее здесь совсем не наблюдаю?

– Она отпрашивалась, еще с ужина. Сказала, что ей много лабораторных опытов предстоит сделать, и что подойдет несколько попозже.

– У кого отпрашивалась? У тебя?
– изумленно спросил тот, явно ощущая себя не в своей тарелке.

Надежда сконфузившись, молча кивнула головой.

– Ну, понятно. О каком тогда надлежании может идти речь?
– возмущенно высказался Владимир.
– Еще считаемся одним из образцовых кораблей во всем флоте. Что уж тогда на других твориться, страшно представить. Ладно, пойду сам ее попроведую. Действительно, может чего случилось, а я нахожусь абсолютно не в курсе. На совещании же, однако, нужно всем присутствовать в обязательном порядке, за исключением, разве что, только нашего инопланетного друга.