Стихи

3. четверг пять утра…

четверг пять утра бесшумно ступая она вышла из спальни и тихонько прикрыла за собой дверь положила на стол записку и чтоб она не слетела придавила пустым стаканом спустилась вниз взяла носовой платок потом вышла в сад через боковую дверь и оказалась на свободе она (все на свете деньгами измерено) ушла (и мы дали ей все что деньгами измерено) из дому (мы ведь дали ей все что могли) отец еще спал когда мать накинула халат и вышла на лестницу прочла записку и схватившись за перила чтоб не упасть проснись крикнула наша крошка ушла! Она (быть не может чтоб она это сделала) Ушла (неужели она это сделала) Пятница девять утра Она уже далеко Она уже не думает о доме В котором была одинока целых 17 лет Она (может мы допустили ошибку?) Теперь (в чем же мы допустили ошибку?) Счастлива (деньги счастье не купят Наверно в этом ошибка) Ушла Прощай Прощай

4. потом мы с ним долго говорили…

потом мы с ним долго говорили о космических безднах не тех которые разделяют галактики а тех которые разделяют людей еще мы с ним говорили о пресловутой стене непонимания которую люди сами строят из кирпичной лжи и о любви которую ищем но боимся найти жить можно по разному сказал он да сказал я но от нас не чего не зависит жизнь течет своим чередом есть мы или же нас нет

5. учителя из интерната…

учителя из интерната не уставали повторять что в Англии не отыскать как я второго психопата искали на меня управу а я не мог себя сдержать когда пытались мне внушать всю непреложность подлых правил когда я стал взрослей значительно (но не спокойней и умней!) меня к компании причислили «сердитых молодых людей» и я стоял как перед дулом но о пощаде не молил и говорил лишь то что думал и делал то что говорил не прятал голову в песок и не жалел свой голос собственный из всех орущих голосов мой самый хриплый был и сорванный а женщина моя в слезах кусала по ночам подушки я был тиран в ее глазах причем жестокий и бездушный когда я не желал платить за шмотки модные по счету визжала что не хочет жить а я ей вкатывал пощечины теперь я думаю пора мне заканчивать игру с огнем все изменилось все в порядке и будет лучше с каждым днем

6. ах Рита милая билетерша…

ах Рита милая билетерша стоит в беретке и с сумкой через плечо смахивая на солдатика Рита милая Я все не решаюсь подойти к тебе и Спросить Ты свободна сегодня вечером? Нет? А завтра? Давай пообедаем вместе (только у меня совсем нет денег заплати пожалуйста сама) а потом мы можем пойти ко мне посидим на диване и я познакомлю тебя с моими сестренками их у меня две стою на остановке глазею как ты продаешь свои билетики и все не решаюсь подойти ты бы хоть улыбнулась мне что ли

7. мистер Кайт объявляет свой бенефис…

мистер Кайт объявляет свой бенефис на развалинах старой часовни приглашает без всяких билетов и виз и сбивает с ворот засовы мистер Кайт объявляет свой бенефис торопись! Выступают Сумасшедший Пабло с горящими пальцами Генри Хорз танцует вальс Миссис К и мистер Аш творят Головокружительные сальто (к чертям Батут!) Прямо на голых камнях Наш оркестр играет с семи часов И пока не свалился замертво А потом мистер КАЙТ пролетит в кольцо Десяти миллиметров диаметра!

8. ах что бы там ни говорили…

ах чтобы там не говорили календари прошелестят и вот мне стукнет шестьдесят четыре будешь любить меня когда будешь кормить меня когда мне стукнет шестьдесят четыре? Будешь любить меня? Я смогу Старые пробки менять по воскресеньям возиться в саду Будешь любить меня? Будет компания наших внучат Чудит как и мы чудили Будешь любить меня в шестьдесят Четыре? Ты не заметишь годы пролетят Так что скорей черкни мне Будешь любить меня в шестьдесят Четыре?

9. в это утро он снова прочувствовал себя мальчишкой

в это утро он снова почувствовал себя мальчишкой жена еще спала доброе утро! Все было в порядке Не надо было идти на работу Ставни были закрыты Жена еще спала Все было в порядке Он оделся и вышел на улицу Было прохладно Он поднял воротник и улыбнулся Доброе утро! Сказал он соседям Потом он пошел прогуляться возле Старой школы Она не чуть не изменилась с тех пор Когда он был мальчишкой и Все было в порядке Да собственно и сейчас все в порядке И он снова сказал Доброе утро! Он гулял до вечера пока Не начало темнеть А потом смешался с толпой людей Которые спешили со своими женами На файф-о клок ему Некуда было спешить кто-то Спросил его который час Потом он пошел в кино надеясь что она Тоже прейдет туда Все было в порядке И он повторил про себя Доброе утро!

Сержант (реприза)

Очень жаль что нам пора кончать концерт И позвольте нам спросить у вас в конце Мы смеяться вам и плакать помогли? Если да то вы не зря сюда пришли И теперь когда уходите домой Заберите наши песни все с собой Вспоминайте их хотя бы иногда! Мы Вам за это будем очень благодарны Ведь не зря уже 20 лет тому назад Научился ноту к ноте привязать Оркестр клуба Одиноких Сердец Под Управлением Сержанта Пеппера

Финал

Расчел волосы гребенкой Спустился вниз и за чашкой кофе прочел газету Одному парню чертовски повезло он Брал поворот и не заметил красный свет Бац! — и собственная машина Вышибла ему мозги А кругом толпа и глядела толпа Никто не заметил лица счастливчика И они не были уверены что он Не был членом Палаты Лордов

1969–1970

ФОТО С КОММЕНТАРИЯМИ

Однажды Боря шагал по ростовской слякоти и старался втиснуть свои длинные руки в рукава пальто. Ничего не получалось: рукава были короче, чем надо, сантиметров на 10. За этим занятием его и застал вездесущий И. Керч. А надо сказать, Иссаак всегда мог уговорить сфотографироваться кого угодно и в любом состоянии. Ветер входил и выходил из бориного пальтеца беспрепятственно. Я был, как всегда немым, свидетелем этой сцены: Керч бегал вокруг Бориса, выбирая ракурс. Боря ёжился, но пересилил себя. И, вот, что получилось.

На фото Боря написал: А. Абрамовичу от Б. Габриловича — 20.3.70 XX, а на обороте: Тебе, как моему сопернику в любви. Ты тоже влюблен в слово. И подпись с сердечком.

Фотография мне не понравилась. Я её засунул в конверт, а на конверте написал: здесь лежит Борис Габрилович. Имя и фамилию обвел траурной рамочкой (пошутил). Показал Боре. Он приписал рядом: да, я тут правда лежу.

Борис Габрилович и Игорь Керч. Ростов-на-Дону, 1970

30 августа 1970. Александр Абрамович и Борис Габрилович, ул. Пушкинская, Ростов-на-Дону (напротив дома моего и наискосок от Бориного — А. Абрамович). Габрилович пишет в блокнот Абрамовичу: «Мы на скамеечке сидели, не замечая, что седеем…».

Фото случайно проходившего мимо Игоря Керча.

Из архива Алекса Абрамовича. Опубликовано на его блоге.