Стирающие грани

Пока она еще не совсем забыла, что это такое…

В блаженной лени минул день.

А вечер преподнес подарок в виде лукавой улыбки Элона, который бесшумно возник в дверном проеме – хотя Ая точно помнила, что запирала дверь.

Он снова неспешно ее разглядывал, не переставая улыбаться и не спуская с девушки радостного взгляда.

– Я слышала, что ты вор. Но не думала, что и взломщик тоже, - вместо приветствия сказала Ая.

– К вашим услугам, госпожа, - он деланно - вежливо раскланялся. – Я вор искусный – бойся, я могу украсть и твое сердце.

– Зачем красть то, что лежит на видном месте без присмотра? – засмеялась Ая. – Я могу отдать тебе его и даром.

– Все-таки ты странная, - подвел черту их разговору Элон, садясь рядом. – Никогда не встречал такой девушки.

– Только не говори, что их у тебя было мало…

– А я и не говорю, - пожал плечами молодой вор. – Просто ты не такая.

– И поэтому ты решил заглянуть ко мне еще разок? И даже – подкормить? – улыбнулась Ая, кивнув на узелок с едой, который все еще держал в руках Элон.

– А ты глазастая, - рассмеялся он, уже касаясь ее шеи поцелуем.

… О еде они вспомнили гораздо позже, уже порядком устав. В комнате нашлась только одна глиняная кружка, потому они пили из нее вино по очереди, заедая его душистым былым хлебом – он показался Ае невиданным лакомством.

На пузатой бутылке с вином была какая-то надпись.

– Погреб Лу-сон, - прочитала Ая, подняв бутылку с надписью.

Молодой вор присвистнул:

– Ты умеешь читать?

– Умею. Мой муж научил меня, - спокойно ответила Ая.

– Ты была замужем?

– Можно сказать, что я и сейчас замужем, - развела руками она. Мой муж жив, и я тоже, а брак, как известно, может разорвать только смерть…

– Ты что, сбежала от своего мужа? – в уже полупьяных глазах Элона вспыхнул неподдельный интерес.

– Сбежала… Только не от него. А от всех остальных, что хотели меня судить…

– За что? За воровство?

– За колдовство, - вдруг неожиданно для себя самой выпалила Ая, глядя просто в глаза Элону. Он неожиданности молодой человек едва не слетел с кровати.

– Так ты и вправду умеешь колдовать? – он навис над нею, как грозовая туча.

– Немного, - пожала плечами девушка.

– И так спокойно говоришь мне об этом? Первому встречному?

– Не первому. Я с тобой… Ну… Ты – не совсем – первый встречный, - Ая выдавила на лицо улыбку.

Но он просто пропустил ее слова мимо ушей.

– Ну ничего себе! Грамотная колдунья, сбежавшая от взбесившейся родни… Может, ты еще и Книгу Судьбы прочитала? - спросил он с плохо скрытой насмешкой.

– А что – если прочитала? – спросила вдруг Ая с вызовом.

– Это что-нибудь меняет?

– Ну, тогда ты постигла высшую мудрость, - неуверенно закончил Элон, растеряв свои колючки от неожиданного выпада Аи.

– Не постигла, - грустно покачала головой девушка. – Ее там нет.

– Да ну! Так я должен поверить, что ты прочитала Книгу Судьбы? Великую книгу? – снова стремительно возвращая себе самоуверенность, глумливо протянул Элон, отхлебнув вина из кружки.

– И ты прочитала…

– Прочитала, - в тон ему ответила Ая, - забирая кружку из его рук и делая тоже большой глоток. – От корки до корки.

Вино развязало ей язык; и сбрасывать теперь покровы молчания перед этим человеком для нее было не менее волнительно, чем несколько часов назад – одежду. И слова, очерчивая мысли, столь надолго затаенные, вдруг понеслись рекою, словно прорвалась невидимая плотина, что отгораживала ее от нее самой, и эта – пускай даже смертельная правдивость – больше не могла быть остановлена…

– Я читала ее, чтобы найти там ту мудрость, о которой все говорят, но нашла только ворох всем и так известных наставлений и охапку рассказов о царях из Земель Великой Пустыни, которые тоже не менее известны, и еще – немало ритуалов, из которых построены все богослужения. И все - как показалось мне на первый взгляд. Я долго не могла в это поверить, но так оно и было… И когда я смогла смириться с этим, то поняла другое: это все неспроста.

– Что – неспроста? – не понял Элон.

– А то, что Книга Судьбы говорит о других царях и о другой земле. Наш край – с плодородными равнинами и лесами, где хватит пропитания для всех, в ней даже не упоминается. Зато клочок земли с труднопроизносимым названием – кусок пустыни, окруженный задыхающимся морем, воспевается как предел мечтания, и за него чужие короли с чужими именами проливают кровь других народов, а иногда – и свою собственную. Я долго думала – почему? – и не могла понять, пока вдруг меня не осенило – эта книга написана Другими людьми и для Других людей, и к нам она не имеет никакого отношения! Может быть, даже все написанное в ней – правда, но это чужая правда! Как я могу любить воспетый там напиток из розовой колючки, если я никогда его не пробовала? Да и не попробую – потому что у нас она просто не растет! Но почему тогда я должна мечтать попробовать хотя бы глоточек этого напитка, который сразу якобы наполнит меня мудростью, если мне все равно не достать его?

Почему я должна следовать чужой мудрости, изучать войны чужих королей и называть своих детей чужими именами только потому, что все это есть в Книге? И почему нет другой книги, где говорилось бы о нашей стране и о наших людях? Почему наша собственная история темна и туманна?

Ответ не скрыт глубоко, но правда так неприглядна и жестока, что в нее просто не хочется верить – нам умышленно навязывают чужое, чтобы отвратить от своего, запрятать его еще глубже, если это возможно. А как это сделать? Проще всего – с помощью презрения! Что такое наше какое-то Залесье или Озерцово по сравнению с Великой Землей Пустыни, где творились дела великие! И непонятные. И поэтому мудрость книги скрыта между строк, чтобы не каждый смертный мог ее понять… Поэтому и не понимает никто. Только никто не признается, - Ая пожала плечами.
– Чтоб не прослыть дураком.

Элон едва повторно не упал с кровати. В его глазах перемешалось восхищение и легкое недоумение.

– Если бы я не видел тебя перед собою, я бы не поверил, что такое может сказать женщина, - честно признался он. – И, видя тебя сейчас, с трудом верю, что это только что сказала ты, - добавил он после паузы. – Откуда у тебя такие мысли? Надеюсь, ты не рассказываешь их всем, кто… Кому попало?

– Всем, с кем сплю, ты хотел сказать? – на этот раз почти весело спросила Ая. – Наверное, да. Но спала я в этом паршивом городе только с тобой. – Так что если услышишь подобное от кого-то другого, я тут – не при чем.

– Такое не услышишь. За такое здесь казнят и подвергают пыткам, - тихо сказал Элон, пододвигаясь к девушке поближе. – А что, если бы я был шпионом, и тотчас бы донес в Церковный совет? – вкрадчиво спросил он.

На мгновение в глазах Аи мелькнул страх – но только на мгновение.

– Тогда, значит, такова моя судьба, и все церковники – правы. Я решила поспорить с судьбой, когда пришла в этот город. Но, как и все остальные, попала в лапы страха… Но больше не хочу терпеть его надругательств. И если я умру – то лучше умереть свободной, чем жить, как крыса…