Странник

– Здесь какая-то надпись по-итальянски, – сказала она.

– Потом прочитаем, – перебил он ее. – Нужно уходить отсюда.

На улице по-прежнему было жарко и безлюдно, но на всякий случай Андрей снял перепачканную кровью майку и сунул ее в урну. В такую погоду многие греки ходили без рубашек, так что вид мужчины «топлесс» не должен был привлечь внимания. Надо было сесть и подумать, что делать дальше, но ноги сами несли их подальше от этого страшного места. Когда они вышли на оживленную торговую улицу, магазины уже начали открываться после дневного перерыва. Андрей первым делом купил новую футболку в уличной лавке и пластырь в аптеке. Под уличным краном промыл порез и заклеил его. Лена уже почти успокоилась и перестала нервно оглядываться. Можно было сесть и спокойно обсудить сложившуюся ситуацию. Они выбрали кафе, где было побольше народу, чтобы не привлекать внимание, и заняли столик на улице. Официантка-болгарка принесла им кофе с мороженым. Заметив, что у Лены до сих пор трясутся руки, Андрей заказал еще рюмку анисовой водки – узо. Почти насильно заставил ее выпить пахнущую микстурой от кашля жидкость до дна.

– Надо уезжать отсюда, – сказала она, продолжая морщиться после выпитой водки, – и побыстрей.

– Согласен, – ответил Андрей. – Только надо решить, в какую сторону. В одиночку мне границу не перейти, а проводник мой теперь лежит на армянском кладбище…

Заметив, что у Лены при этих словах на глаза навернулись слезы, он взял ее за руку.

– Успокойся. Ты же мне жизнь спасла.

Лена кивнула и убрала слезу со щеки его рукой. Глядя куда-то за его спину, она спросила:

– Что там за парень в Мерседесе так внимательно на нас смотрит?

– Успокойся – нас здесь никто не знает, – сказал Андрей, но на всякий случай обернулся. Из припаркованного на противоположной стороне улицы черного седана на него в упор смотрел Гриша – кавказец, забиравший этим утром сумки у них с полковником. Встретившись взглядом с Андреем, он взял телефон и начал набирать номер. Прижав трубку к уху, снова уставился на Андрея.

– Зайди, пожалуйста, в кафе и узнай у официантки, есть ли у них второй выход, – попросил он Лену. – Скажи, что твой бывший нас выследил. Потом помаши мне рукой оттуда. И улыбайся, улыбайся…

Небрежной походкой Лена прошла между столиков и зашла во внутренний зал. Через некоторое время помахала ему рукой через стекло. Не спеша, Андрей взял обе чашки кофе и направился к ней. Со стороны было понятно, что на улице жарко, и они решили пересесть туда, где работает кондиционер. Оставив на стойке чашки и бумажку десять евро, они прошли вслед за официанткой за стойку и через темный коридор вышли на параллельную улицу, безлюдную и заставленную пластмассовыми мусорными баками. Куда идти дальше было непонятно. Андрей задумался – Мерседес стоял носом направо, движение там одностороннее, следовательно, надо идти налево. Они ускорили шаг и прошли пару кварталов.

– Ты не спросила, где здесь автовокзал?

Лена помотала головой.

– Тогда надо сориентироваться.

Андрей затащил ее в ближайший двор. И вовремя – раздался шум мотора и мимо подворотни проехал знакомый Мерседес. Андрей достал смартфон и включил навигатор. Судя по карте, автобусная остановка находилась совсем рядом – на центральной улице. Убедившись, что Гриши не видно, они покинули двор, прошли до конца квартала, повернули налево и сразу увидели подъезжающий к остановке автобус. На всякий случай поглядев по сторонам, они перебежали через дорогу и вскочили в гостеприимно распахнутую переднюю дверь. Водитель что-то сказал им по-гречески.

– Where is this bus going to? – спросил в ответ Андрей.

– Kavala, – последовал ответ.

Взяв билеты, они плюхнулись на сиденья и пригнулись, чтобы их не было видно с улицы. Так, скрючившись, и ехали, пока автобус не выехал из города.

– Что мы будем делать в Кавале? – спросила Лена.

– Пока не знаю. Ребята наши там где-то отдыхают. Надо им позвонить.

Он набрал номер Гены. Слышимость была ужасная. Судя по шуму ветра и доносящейся музыке, Гена был на пляже. Стараясь перекричать шум автобусного мотора, Андрей, как мог, объяснил, что они с Леной едут в Кавалу. Договорились встретиться через час на конечной остановке возле паромного терминала. Автобус не спеша ехал среди полей. Черного Мерседеса на шоссе не было видно – можно было прийти в себя и собраться с мыслями.

– Слушай, – вспомнил Андрей, – а где табличка с кладбища?

Лена, порывшись в сумке, протянула ему медную пластину. От времени медь покрылась патиной, но гравировка на ее поверхности хорошо читалась:

«Convento San Lazzaro degli armeni.

Venezia.

Deposito lasciato dal Sr. Ter-Arutiunian (Njdeh). №1483.

Novembre 1943.»

* * *

Спать их положили в гостиной на диване. Андрей с облегчением вздохнул, когда все, наконец, разошлись по своим комнатам и прекратились вопросы, на которые он не знал, как отвечать. Про свои приключения они рассказывать не стали. Лена отмалчивалась, а фантазии Андрея хватило только на то, чтобы соврать про то, что они приехали в Драму на денек с болгарской тургруппой и отстали от автобуса. Вооружившись Таниным планшетом, он полез в интернет. Первым делом перевел надпись на медной табличке:

«Армянский монастырь св. Лазаря. Венеция. Депозит, оставленный синьором Тер-Арутюняном (Нжде). №1483. Ноябрь 1943».

Поисковый запрос в Google «San Lazzaro degli armeni» выдал результат:»…небольшой остров в южной части Венецианской лагуны, один из основных мировых центров армянской культуры. С XII века на острове находилась карантинная станция, а позднее – венецианский лепрозорий Св. Лазаря (покровителя прокажённых), который и дал название острову. В 1717 году сюда прибыл армянский католический монах Манук ди Пьетро (Мхитар Севастийский). Основанная им община мхитаристов построила на острове монастырь, церковь, библиотеку (свыше 150 тыс. томов) и превратила остров в один из мировых центров армянской культуры…»

– В Италию, что ли, поехать? – задумчиво произнес Андрей. – В Болгарию я пока не представляю, как вернуться.

– А я никогда не была в Венеции… – мечтательно отозвалась Лена.

– Ты можешь вернуться в Банско. Тебе же на работу надо.

– Ну, уж нет! Я тебя больше одного не отпущу.

Поискав в интернете, они выяснили, что из греческого порта Игуменица четыре раза в неделю ходит паром до Венеции. Порт этот находился на Адриатическом побережье – надо было ехать через всю Грецию. Удобнее всего было туда попасть на автобусе из Салоников. Значит, завтра надо собираться в путь.

Лена пошла в душ, а Андрей налил себе бокал холодной рицины и вышел на террасу. В темноте стрекотала цикада, а за деревьями был виден кусочек моря с лунной дорожкой до горизонта. Неожиданно он почувствовал, как сильно устал. Прошлой ночью он прыгал по камням в темноте и спускался со скалы на границе. Еще этим утром они шли по утреннему шоссе с полковником. С полковником… Он потрогал пластырь на щеке. Как все неожиданно повернулось. Да-а.., по-другому он представлял себе дауншифтинг.

Неожиданно до него донесся запах табачного дыма. Андрей поднял голову – с верхнего балкона на него смотрел Гена. В руке его дымилась сигарета.