Странник

– Наверное, эти документы должны представлять большую научную ценность, – задумчиво произнес Андрей. – Кому бы я мог их передать? Вашему музею они могли быть интересны?

– Мы были бы весьма признательны вам за такой дар нашему скромному музею, но в письме, которое написал синьор Деведжян, написано, что это «по праву принадлежит свободной Армении». Армения теперь независима, и я думаю, что ереванские ученые были бы рады получить этот бесценный материал.

– А что же в другом сундуке, – Андрей начал поднимать вторую крышку. Такой же холст, как и в первом ящике, покрывал содержимое. Под тканью показались плотно уложенные жестяные коробки. Судя по картинкам – из под чая и табака. Он взял в руки одну из коробок с надписью «Табачная фабрика Энфiаджанцъ. Тифлисъ». Внутри было что-то тяжелое. Поддев крышку ногтями, Андрей с усилием открыл ее. Монеты! Почти полная жестянка! Он взял одну из монет и хотел ее рассмотреть, но неожиданно за ней потянулась золотая цепочка, к которой оказались прицеплены остальные золотые кружочки.

– Что это? – удивился Андрей.

Отец Манук взял в руку цепочку с монетами.

– Это – оски, налобное украшение замужних армянок. Наверное, такое носила ваша бабушка.

– А эти украшения представляют исторический интерес?

– То, что я держу в руках, изготовлено из 5-рублевых монет 1904 года. Все они просверлены в верхней части и вряд ли представляют даже нумизматический интерес. Это – всего лишь золото.

– А что в других коробках?

– Давайте посмотрим.

Пока мужчины проверяли содержимое остальных коробок, Лена взяла украшение и, подойдя к зеркалу, стала пристраивать его у себя на голове. Цепочка оказалась велика – видимо, ее носили поверх головного убора или платка. Придерживая оски рукой, она повертелась, глядя в отражение, и, похоже, осталась довольна результатом.

Через полчаса все содержимое коробок было разложено на столе. Практически все монеты оказались царскими пятирублевками с 1887 по 1911 год. Было небольшое количество серебряных 25-копеечных того же периода, но несколько украшений включали в себя золотые персидские дарики – их отложили отдельно.

– Что же мне со всем этим делать? – озадаченно спросил Андрей.

– Мы ваше наследство сохранили – теперь решение за вами.

– Наверное, нужно передать архив Марра в Ереван, но даже не знаю, как и кому.

– Я бы рекомендовал переслать все в Национальный исторический музей Армении. Если вы напишете распоряжение, то мы можем заняться этим.

Андрей с облегчением кивнул. Отец Манук сел за компьютер и довольно быстро набросал текст на двух языках – армянском и итальянском, о том, что «гражданин Российской Федерации Андраник Мелконян безвозмездно передает принадлежащее ему имущество Национальному историческому музею Армении и уполномочивает гражданина Итальянской Республики Вазгена Хачатряна (отца Манука) совершать все необходимые для осуществления этого акта дарения действия». К тексту прилагалась ксерокопия «Упаковочной ведомости» из первого ящика. «Интересно, – подумал Андрей, – здесь тоже будут искать переводчика и заверять все его подписью?» Обошлись без формальностей – монах вслух перевел текст на английский с экрана, распечатал его в двух экземплярах, показал Андрею, где нужно расписаться и заверил каждый лист печатью обители. Один экземпляр Лена спрятала в свою сумку. Опасения, что придется обращаться в официальные структуры и предъявлять там паспорт с аннулированной визой, отпали.

Теперь надо было что-то решать со вторым ящиком. Отец Манук с благодарностью принял в дар украшения с персидскими монетами, но на просьбу Андрея оставить остальное золото на хранение, ответил категорическим отказом:

– Наш монастырь – не банк. Для хранения такого количества золотых монет вам необходимо арендовать банковскую ячейку.

– Как же мы понесем такую тяжесть? – испугался Андрей. – Венеция – пешеходный город. Здесь даже такси не взять.

– Мы отвезем вас на нашем катере до Сан-Марко, – предложил монах, – и дадим тележку для чемодана.

Лена с испугом посмотрела на Андрея, но он лишь пожал плечами. Оказаться среди шумной толпы туристов с чемоданом золота – такого поворота событий он не ожидал. Тем временем, отец Манук напечатал еще один документ, удостоверяющий, что содержимое железного ящика, хранившегося в монастыре Сан-Лазаро, передано предъявителю реквизитов хранения Андранику Мелконяну. Распечатав также список отделений банков в Венеции, отец Манук вызвал послушника, который помог привязать ящик к тележке и проводил гостей до пристани. Погрузив сундук на катер, Андрей сел на него и стал лихорадочно соображать, что делать дальше. На часах был пятый час – наверняка все банки уже закрывались. Значит, надо будет тащить ящик в хостел через весь город. А завтра? Банк наверняка заинтересуется и содержимым сундука, и легальностью нахождения подозрительного иностранца в Италии.

Показалась пристань Сан-Марко. Группы туристов, проведя день в Венеции, садились на катера, чтобы отправиться к месту ночлега в Лидо ди Эзоло. Андрей усмехнулся невесело:

– Как будем пробиваться? Дать тебе парабеллум?

Лена неожиданно хлопнула себя по лбу и, порывшись в рюкзаке, достала наручники, купленные в секс-шопе. Оторвав ценник, защелкнула один браслет на его левой руке, а другой – на ручке тележки.

– Так надежнее будет.

Выбираясь на пристань, Андрей чуть не свалился в воду вместе с пристегнутым к нему грузом. На счастье проходивший мимо турист успел ухватить его за брючный ремень и оттащил от края набережной. Лена вцепилась в ручку тележки, и они вдвоем покатили ее через толпу.

– Давай отойдем в сторону от Сан-Марко и посидим в кафе. Думаю, через час основная масса туристов уедет и можно будет спокойно добраться до хостела, – предложил Андрей.

Так и сделали. С трудом перетащив ящик через горбатый мостик, они заняли столик в уличном кафе на перекрестке двух каналов. Там Лена освободила своего спутника от наручников, но, подумав, пристегнула тележку к ножке тяжелого металлического стола. Только сейчас Андрей почувствовал, как проголодался.

– Монахи даже кофе не предложили, – проворчал он и углубился в изучение меню. – Что будешь есть?

– Что угодно, только побольше! – ответила Лена.

– Могу посоветовать спагетти Frutti di mare, сказал он, скосив глаза на соседний столик, где седобородый турист, по виду американец, расправлялся с огромной порцией макарон. Видимо, также, как и они, проголодавшись за день, он наматывал спагетти на вилку и, наклонив голову набок над тарелкой, загружал их в рот.

Лена тоже посмотрела на эту раблезианскую картинку и, сглотнув слюну, интенсивно закивала головой.

– Только скажи, чтобы побыстрее!

– Ну, здравствуй, Андрюша, – раздался вдруг голос с кавказским акцентом.

Ребята одновременно повернули головы на звук. За их столиком, спиной к каналу сидел Гриша. Откуда он появился?

– Долго я тебя искал, – кавказец, в упор смотря на Андрея, жестом отослал подошедшего официанта. – Погуляй пока, дорогой.

– А зачем ты меня искал?

– Да вот, понимаешь, партнер твой, Володя, пропал. А очень уважаемые люди спрашивают, когда вторая часть товара поступит. Задаток он еще месяц назад получил.

– А я здесь причем?

– Ты причем? А кто с Володей к нам пришел? Ты – партнер его, значит, ответишь.

– Я через границу по своим делам шел, Владимир Александрович – по своим. Не партнер он мне!

– Ты по своим делам в Драму поехал? А Володя – за тобой следом. Попросил меня подождать в центре и ноги сделал. Через день смотрим – билет на паром в Италию купил. Только билет тот твоей кредиткой оплачен. Опять скажешь, что вы не партнеры?

– Еще раз повторяю – я его дел не знаю! – Андрей встал из-за стола, резко отодвинув стул. – Лена, пойдем отсюда.