Судьба

— Они же должны понимать, что это вызовет только панику, — сказал я.

Тристан вздохнул.

— Я указал им на это, как и на тот факт, что из-за этого нам сложнее станет работать. Потребовалось немного убеждения, но думаю, я смог на время заставить их позабыть об этой идее.

Николас откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди.

— Они знают, что Лилин скоро соберёт нужное количество девушек, если уже не собрал?

— Да, но это мало утихомирило их, особенно, когда я сказал им, что ни одна из пропавших девушек не оправится, если мы не найдём Лилина пока не будет слишком поздно. Серия нераскрытых случаев пропавших людей плохо отразится на достижениях мэра, когда наступит время баллотироваться на второй срок.

Я покачал головой. Я никогда не понимал, как люди могли ставить политику превыше жизней. В Совете поднимались вопросы политики, но в конце наш орган управления всегда работал над достижением одной цели — защитить наших людей и человечество.

Кресло Тристана заскрипело, и я понял, что он поднялся и стал выхаживать по кабинету. Он так делал когда был обеспокоен.

— Я убедил губернатора, что наши лучшие люди работают над этой проблемой, и мы высылаем всех свободных воинов в Калифорнию. Хотя в данный момент, я не уверен, что можно сделать в этой ситуации.

Мы с Николасом обменялись взглядом, потому что Тристан был прав. Лилин, должно быть, приближался к размножению, а это означало, что у нас мало времени, как и у схваченных им девушек. Как только он начнёт процесс размножения, он не покинет своё логово, пока не родятся его отпрыски. С каждым прожитым днём наши шансы найти его становились всё меньше.

Кто-то резко постучал в дверь кабинета, а потом она распахнулась и внутрь влетела Бет, её лицо было взволнованным. Я мгновенно вскочил на ноги.

— Он собрал не всех, — воскликнула она, размахивая газетой.

— Кого не всех? — спросил я.

Бет едва сдерживала своё возбуждение.

— Девушек. Прошлой ночью он схватил пятерых, но он планировал взять шестерых. Одна смогла сбежать.

Николас встал.

— Откуда ты знаешь?

Бет зачитала новость из газеты:

— Вчера ночью студентка Калифорнийского Университета подверглась нападению по пути в общежитие. Она ударила электрошокером парня и смогла убежать.

Улыбка Бет стала шире.

— Полиции кампуса она рассказала, что у нападавшего была татуировка в виде пламени на запястье.

Я посмотрел на Николаса.

— Если Лилин хочет её, он вернётся за ней, как вернулся за Мей Лин.

— Да.

Тристан прочистил горло.

— Тогда я оставляю вас заниматься этим.

Бет перепуганными глазами посмотрела на телефон на столе, а потом на меня.

— Ой, простите. Я вломилась, не подумав.

— У тебя была веская причина, — сказал Тристан. Я расслышал в его голосе улыбку.

— Бет, мне кажется, ты не знакома с Тристаном.

Её глаза распахнулись, и она, молча помотала головой, а потом словно осознав, что он не может видеть её, она выпалила:

— Нет.

Она прелестно смутилась. Сомневаюсь, что в моих интересах было рассмеяться, поэтому я скрыл улыбку.

— Рад познакомится с тобой, Бет, — радушно сказал Тристан. — Надеюсь, в следующий раз мы встретимся лично.

— С радостью, — умудрилась вымолвить она.

Тристан попрощался, и Бет расслабилась, когда в кабинете остались мы втроём. Она в основном молчала, пока мы с Николасом обсуждали лучший способ справиться с нападением в университете.

— Нам надо, чтобы к ней был кто-то приставлен, на случай, если он снова решит схватить её, — сказал я.

Николас кивнул.

— Я организую круглосуточную охрану. И один из нас должен поговорить с ней.

— Мы с Бет навестим её.

Бет повернула голову в мою сторону.

— Мы?

— Это твоя зацепка. Я посчитал, что ты хотела бы быть вовлечена в работу.

Её улыбка озарила кабинет.

— Хочу.

Я махнул рукой на дверь.

— Хорошо. Поехали.

БЕТ

— Я пробыла в библиотеке со своей учебной группой до девяти вечера, и оттуда сразу пошла домой. Я всё время хожу по этому маршруту, и ничего никогда раньше не происходило. Я до сих пор не могу в это поверить.

Я изучила стройную брюнетку, сидящую рядом со мной в гостиной комнате её общежития. Пейдж Коллинс была невероятно собранной для того, на кого напали меньше суток назад. За исключением синяка на щеке, никогда и не узнаешь, что она пережила ужасное испытание.

— Расскажи нам о нападении, — мягко потребовал Крис, проигнорировав группу девушек, шепчущихся и таращащихся на него из кухни. И так было с первой же секунды как мы приехали сюда десять минут назад, выдав себя за полицейских.

Я отмахнулась от вспышки раздражения на девушек и переключила всё своё внимание на Пейдж.

— Я была всего в сотни метров от дома, когда он схватил меня сзади. Для такого большого парня он оказался очень тихим, и я даже не услышала его приближения. Он обхватил рукой моё горло раньше, чем я успела закричать.

Пейдж содрогнулась и продолжила:

— Папа взял с меня обещание всегда носить с собой электрошокер, когда я иду куда-то одна. Слава Богу, я вспомнила о нём. Тот парень был очень сильным, мне пришлось ударить его три раза, прежде чем он отпустил меня. Мне кажется, он был накачан наркотиками или сидел на стероидах.

— Как только я вырвалась, я закричала и побежала в здание общежития. Из дома напротив на улицу выбежали парни, посмотреть что случилось, и тот парень сбежал. Они вызвали полицию кампуса, но парня уже и след простыл.

— Ты видела его лицо? — поинтересовалась я у неё.

— Нет. Я видела только его руку. Как только я вырвалась, я тут же побежала.

Крис склонился вперёд, положив руки на колени.

— Ты сказала полиции кампуса, что видела татуировку на запястье парня. Не можешь описать нам её?

— Она напоминала пламя. Думаю, там было ещё три слова, но всё так быстро случилось, что я не прочитала их. Простите.

Я улыбнулась, чтобы успокоить её.

— Ты вырвалась, и только это имеет значение.

— Ты не заметила никого, кто ошивался близ кампуса в последнее время, кто явно выбивался из толпы?

Пейдж побледнела.

— Думаете, он следил за мной на кампусе?

— Насколько нам известно, это было случайное нападение, но мы должны рассмотреть все варианты. Такова процедура.