Суть Руми

Ведь всей реки в кувшин не перелить.

А жадных глаз транжиры и скупца

Ничем нельзя наполнить до конца.

Лишь раб любви, что рвет одежды в клочья,

Чужд и корысти, и пороков прочих.

Любовь честна, и потому она

Для исцеления души дана.

Вернее Эфлатуна** и Лукмана***

Она врачует дух и лечит раны.

Ее дыхание земную плоть

Возносит в небо, где царит Господь.

Любовью движим, Моисей с Синая

Принес и даровал ключи от рая.

Любовь способна даровать нам речь,

Заставить петь и немоте обречь.

Коль Господу поют твои уста,

Старайся, чтобы песнь была чиста.

Кого на веки покидает друг,

Тот, как ни голосист, умолкнет вдруг.

Хотя напевов знает он немало,

Нем соловей в саду, где роз не стало.

Влюбленный - труп, но словно небо днём,

Горит душа его невидимым огнём.

И всякий, светом тем не озаренный,

Как бедный сокол, крыл своих лишенный.

Темно вокруг и холодно в груди.

Как знать, что позади, что впереди?

Для истины иного нет зерцала -

Лишь сердце, что любовью воспылало.

Коль нет в нём отраженья - поспеши

Очистить зеркало своей души.

И то постигни, что свирель пропела,

Чтоб твой отринул дух оковы тела.

________________________

* Перевод Наума Гребнева.
– Прим. перев. на русск.

** Эфлатун - арабская форма имени греческого философа Платона.
– Прим. перев. на русск.

*** Лукман - легендарный арабский мудрец, аналог Эзопа.
– Прим. перев. на русск.

Меснави (1, 0001 - 0018)

РЫБА ЖАЖДЕТ

Устал от меня водонос,

Ушёл и кувшины унёс!

Разбилась посуда моя,

Не знаю, как пить буду я!

К Тебе устремляю мольбы,

Молю исправленья судьбы!

Ведь рыба живая во мне

Страдает от жажды вдвойне!

Открой к океану мне путь,

В песках мне не дай утонуть!

Сломай стены этой тюрьмы,

Мираж, что смущает умы!

Пусть дом мой утонет в волне,

Что ночью прихлынет ко мне,

Из моря, что в сердце моём,

Создав во дворе водоём!

Иосиф, подобно луне,

Пусть рухнет в колодец ко мне!

Пусть смоет волна урожай,

Что целую жизнь я стяжал!

Пожар под надгробьем чалмы,

Жгу муть, что слепила умы!

Не нужно достоинства мне,

Всю честь утоплю я в волне!

Хочу лишь музЫку, зарю,

Тебя, с кем сейчас говорю!

Пусть множатся толпы скорбЕй,

Не будет там скорби моей!

* * *

Всегда так - лишь кончу я стих,

Молчу … как ягненок я тих.

Дрожу в исступленье немом,

Дивясь, что молол языком.

Диван Шамса Тебризи, # 1823

ХВАТИТ СЛОВ!

Как может быть не мокрою вода?

Как может тело выпасть из Вселенной?

Кто моет раны кровью, господа?

Как потушить пожар трухою сенной?

Зря не старайся тени убежать,

К тебе она привязана навечно.

И сколько ни плутай, ни бегай вспять,

Тебе от тени не удрать, конечно.

И только солнце днём над головой

Способно приуменьшить наши тени ...

И совесть, как тюремный часовой,

Нас мучит, но хранит от преступлений.

Свечой ума махая пред собой,

Ты освещаешь только стены ночи.

Поверь, никто не борется с тобой,

Из тьмы на свет ты сам уйти не хочешь.

* * *

Я мог бы объяснить всё это, но

Боюсь стеклянную разбить я вазу -

То сердце нежное твоё. Оно,

Разбившись, не сберётся по заказу.

В твоей душе есть всё - и свет и тень.

Пойми же это, наконец, и внемли!

Неси главу свою под Древа сень,

Чей ствол - Копьё, пронзающее землю!

Когда под Древом этим ты сидишь,

Душа твоя отращивает крылья!

Но надо научиться слушать тишь!

Замолкни! Сделай над собой усилье!

Пока лягушка плавает в воде,

Змея её схватить не в состоянье.

Квакушка не окажется в беде,

Пока не квакнет громко, на прощанье.

Но если и научится шипеть,

То даже это не спасёт квакушу,

Змее не важно, КАК кто будет петь,

Не голос нужен ей, а нужно душу!

Вот если квакша вовсе не орёт,

А спит иль тихо ловит насекомых,

Змея впадает в мёртвый сон и ждёт,

Пока не квакнет кто, судьбой влекомый.

Душа растёт в священной тишине.

Ей, как ячменному зерну, необходимы

Покой и влага в тёплой глубине ...

Что ж, ученик, ты смотришь нелюдимо,

И удивлённо поднимаешь бровь?

Неужто я не выразил идею?

Иль, может быть ты хочешь, чтобы вновь

Я повторил всё, время не жалея?

Боюсь, ты ошибаешься во мне,

Пора мне помолиться в тишине ...

Диван Шамса Тебризи, # 2155

ГИМН ПУСТОТЕ

Пою я гимн во славу Пустоте!

B неё погружено Существованье,

Рождённое любовью к Красоте,

Что пробудила в Хаосе желанье!

Болтают эпигоны темноты -

Бытует суеверие в народе,

Что будто бы от ветра Пустоты,

Существованье навсегда уходит.

Как мудрецам забавны иногда

Пустые страхи тёмного народа

И мнимых знатоков белиберда!

И я пою величие ухода!

Своё Существование я сам

Из Пустоты вымучивал годами ...

Теперь я благодарен небесам -

Зажёг меня Любови вечной пламень!

Я стал свободен от всего, чем был!

Свободен от надежды, боли, страха.

Свободен от превратностей судьбы.

Гора моих желаний стала прахом!

Всю эту гору пыльной суеты,

Засохших грёз, затрёпанных мечтаний

В небытиё сдул ветер Пустоты,

Развеявший мираж моих страданий!

* * *

И все слова, что я вам тут болтал,