Святой

Он до сих пор завораживал ее, хотя и по другим причинам. Она больше не видела в двухэтажном коттедже нечто сказочное. Появилось более убедительное значение. В этом доме жил Сорен. Он в нем ел, пил, одевался, принимал ванную и спал там. Однажды она поймет, каково просыпаться там.

Она постучала в дверь.

Сорен открыл ее, не проронив ни слова. Он не говорил с ней, потому что к его уху был прижат телефон.

– Уезжаем сейчас, - ответил он в трубку.
– Это все бряцание саблей. Они пытаются запугать тебя. Я знаю этот трюк. Не ведись на него.

Затем последовала пауза, и в эту паузу Сорен снял с ее плеча сумку и поставил ту на кухонный стол. Она успокоилась от того, как привычно он поприветствовал ее в своем доме, словно она была тут уже тысячу раз. Она осмотрела кухню, пока ждала, когда он закончит говорить по телефону. Милая кухня, чистая, необычная и уютная, словно из фильмов о конце века с Новой Англии. Однажды они будут трахаться на этой кухне. На этом самом столе.

– Ты говорила с Клэр?
– спросил он человека на другом конце. Другой человек замешкался, и затем...
– Ты знаешь о девочках-подростках гораздо больше меня, - сказал он и подмигнул Элеонор, которая прикрыла ладонью улыбку.
– Все хорошо. Я поговорю с ней. У тебя голова и так полна заботами.

Намек на улыбку сполз с его лица.

– Мужайся, - сказал Сорен.
– Завтра поговорим

Сорен повесил трубку.

– Девушка?
– спросила она.

– Это моя сестра Элизабет. Сводная. На выходных ты в некотором роде познакомишься с ней.

– Сколько у вас братьев и сестер? И почему вы так одеты?

– У меня три сестры, - ответил он, присаживаясь на кухонный стол.
– И это костюм. Ты не одобряешь?

– Вы потрясающе выглядите. Я не ожидала увидеть вас в деловом костюме.
– Она обхватила лацканы его пиджака и притворилась, будто проверяет его шею.
– Без колоратки. Странно. Без галстука. Еще страннее.

– У меня есть галстук. Еще не надел его.

– Оставьте так. Вы хорошо смотритесь в обычной одежде.

– Спасибо. Пытаюсь оставаться инкогнито на этих выходных. Священник на похоронах, и все захотят поговорить о Боге и загробной жизни.

– Не понимаю, почему они думают, что священник захочет говорить о Боге.

– Нелепо, согласись?
– Он улыбнулся ей.
– Машина уже едет. Хочешь осмотреть дом?

– Нет.

– Нет?

– Ну, да. Хочу. Но не буду.

– Почему?

– Не готова осознать, что мои фантазии о вашей спальне расходятся с реальностью. Думаю, там нет джакузи.

Она ждала, что Сорен рассмеется, но вместо этого он схватил ее за запястье и притянул ближе к себе. Он прижал обе ладони к ее шее и скользил большими пальцами вдоль линии ее челюсти.

– Малышка, ты должна понять одно. Твои фантазии о нас и реальность не совпадают.

Она подняла подбородок.

– Вы не знаете, о чем я фантазирую. Откуда вам знать?

Он поцеловал ее в лоб, и она закрыла глаза, наслаждаясь прикосновением его губ к коже.

– Справедливое замечание, - ответил он, смахивая ее волосы с плеча. Она услышала звук двигателя снаружи дома.
– Колесница ждет нас.

Элеонор услышала, как открылась и закрылась дверь машины. Сорен ушел в соседнюю комнату и вернулся с маленьким чемоданом и черным чехлом для костюмов, перекинутым через плечо. В то время как у нее был вещмешок цвета хаки с большой желтой нашивкой «Иисус любит тебя. Все остальные – придурки».

Сорен потянулся забрать ее сумку, но она забрала ее первой. На этих выходных ему предстоит много перенести. И свой чертов багаж она могла понести сама.

Снаружи за домом стоял черный BMW M3.

– Мило, - заметила она, проведя пальцами по все еще теплому капоту. С водительской стороны вышла женщина и закрыла за собой дверь.

– Сэм?
– спросил Сорен, вопросительно поднимая бровь на водителя - потрясающе красивую женщину с рваной пикси-стрижкой, в черном кожаном жакете и черных джинсах.

– Здесь такое же преуменьшение, как и в случае с Кинглси, и вы знаете об этом.

– Элеонор, это Сэм - правая рука Кинглси.

– Ой, простите, - сказала Элеонор.

– Ты и я - мы обе красивые, - произнесла Сэм и подмигнула. Она протянула ключи Сорену.

– Она поведет, - сообщил Сорен.

Сэм посмотрела на Элеонор.

– Там механическая коробка.

– Люблю механику.

– Тогда держи, - ответила Сэм и бросила Элеонор ключи.

Элеонор поймала их в воздухе.

– Вы не шутите? Я поведу?

– Конечно.
– Сорен открыл багажник и положил сумки.
– Моей первой машиной был мотоцикл.

– Вы не знаете, как управлять машиной?
– Она удивилась бы больше, только если бы он признался, что не умеет читать.

– Так и не выпал случай научиться, - объяснил он, не извиняясь.
– Ты безопасно водишь?

– Безусловно. Моим первым байком была машина.

– Хорошо, - сказал он и открыл пассажирскую дверь.

– Не хорошо. А общественные работы? Испытательный срок? Без водительских прав, пока не исполнится восемнадцать? Помните это?

– Об этом уже позаботились.
– Сэм достала из кармана жакета конверт из оберточной бумаги и протянула ей.

Элеонор открыла конверт и нашла водительские права со своей фотографией, студенческий какого-то колледжа на Лонг-Айленде и страховку на BMW.

– Какого черта?
– поинтересовалась Элеонор.

– На случай, если тебя остановят, - объяснила Сэм.
– Но постарайся этого не допустить.

– Кто такая Клэр Хейвуд?
– Элеонор посмотрела на водительские права и заметила имя и год рождения.
– И почему Кингсли сделал меня на год моложе?

– Потому что он сделал тебя моей сестрой, - ответил Сорен с тонким намеком на отвращение.

– Что?
– Она посмотрела на Сорена, затем снова на Сэм.

– Кинг говорил, что вы придете в бешенство, - обратилась Сэм к Сорену с широкой улыбкой на лице.
– Он попросил напомнить вам, что Клэр единственная девушка-подросток, с который вы можете находиться в машине без любопытных взглядов.

– Возможно, он прав. Но это не значит, что мне это по душе, - ответил Сорен, почти улыбаясь, но не совсем.
– Передай ему, что я понял шутку. И передай, что я не нахожу ее забавной.

– Передам слово в слово, Падре, - пообещала Сэм.

– Мне все равно, кто она такая, черт возьми. У меня есть фальшивые водительские права. Если вы оба не уйдете с дороги, я поеду одна.

– Уже ухожу.
– Сэм по-арабски поклонилась перед ними. – Повеселитесь, детишки, на похоронах.

– Ключи в замке, - сказал он, и Сэм подошла к его Дукати.