Танос

Лео запнулся, и Парис знал почему. Как и Лео, он прекрасно помнил историю. И уже понял, почему вместо солнечной вспышки из него вырвался густой чёрный туман. В этой сказке остался только один бог — вызывающий ужас ублюдок.

— Аид, — проговорил Парис, не в состоянии произнести ничего больше из-за охватившего его страха.

Но у Лео, похоже, подобной проблемы не было, потому что он прошептал:

— Бог подземного царства.

ГЛАВА 5

Василиос первым оказался у камеры, обрёл телесную форму и напрягся от охватившего его чувства тревоги. Тяжёлая железная дверь была распахнута, ни единого намека на присутствие другого живого существа. Появившись рядом, Диомед замер, тоже ощутив эту мрачную пустоту, будто бы предупреждавшую об угрозе.

— Ничего хорошего, брат. — начал он, шагнув вперёд, и Василиос, дотянувшись, крепко сжал его руку. Старейшина не знал, что кроется за порогом, но впервые за свою долгую жизнь… опасался.

Не сводя глаз с двери и по-прежнему начеку, он поравнялся с оглянувшимся Диомедом:

— Поберегись. Здесь побывала смерть.

Василиос в течение долгих веков стоял на вершине пищевой цепочки, и немногое могло встревожить его. Но то, что сейчас висело в воздухе, превосходило зверства Итона. Вампир выпустил клыки и приготовился защищаться.

— Я тоже чую, — произнёс Диомед, продолжая идти к камере рядом с ним.

Василиос наклонил голову и посмотрел на брата, который тоже был на пределе. Вместе они шагнули в зияющую черноту за порогом и, оглядевшись кругом, резко остановились.

Цепь и кандалы, прежде сковывавшие руки третьего человека, валялись сломанными на каменном полу рядом с останками стража, одного из обращённых Василиосом. Старейшина прожил достаточно, чтобы всё понять без дополнительных разъяснений. Но причиной подобной смерти могло стать только одно из двух: кол в сердце или что-то гораздо более зловещее, нечто, лишающее души.

Но как? Пленённый молодой мужчина, который теперь находился в покоях Василиоса с обоими его спутниками и Таносом, был неопасен. И точно не имел при себе оружия.

Угрозу представлял тот самоуверенный придурок, которого Диомед держит подле себя. Этот же парень валялся на суде без сознания. Шарахался от собственной тени в покоях. Что же за чертовщина случилась здесь?

Василиос изо всех сил сдерживал бегущую по венам ярость и пытался отыскать логическое объяснение. Ему надоело быть на шаг позади, и хотелось узнать, что творится на самом деле.

— Василиос?

Голос Диомеда прорвался через поток нарастающего гнева. Старейшина поднял взгляд, встречаясь с чёрными глазами напротив.

— Третий, — прорычал он. — Он принадлежит Аиду… Только это имеет какой-то смысл. Леонид — от Аполлона. Твой же — небывалый для человека охотник и боец.

— Да. Думаю, ты прав. Я узнал Элиаса в своём недавнем видении. Он был там, в 250 году до нашей эры, в ту ночь, когда мы с тобой убили принца.

— Конечно был, — выплюнул Василиос. — Боги осторожно привели их, позволили увидеть и забыть до сегодняшних дней то, что нужно. То, что поможет им установить связь. Леонид появился в храме со мной и моим Аласдэром. — Он ненадолго замолчал, перебирая факты, которые теперь подходили друг к другу, как замысловатые кусочки мозаики. — А эта камера заполнена смертью. Сбежавший отсюда Парис — третий, и когда-то видел нашего брата. Потому что я чувствовал подобное зло только в…

— Итоне.

— Определённо.

ГЛАВА 6

— Ты, должно быть, умираешь с голоду после прошлой ночи, — произнесла Айседора, наблюдая, как Элиас выбирается из постели. — Давай выйдем и поищем для тебя завтрак?

— Должен признаться, аппетит я нагулял нешуточный. А у вас разве есть здесь еда? Где бы это здесь ни было.

Иса улыбнулась, опуская ноги с края матраса. Ей понравилось, что, как только она встала, Элиас отвлёкся от её лица и осмотрел каждый дюйм обнажённого тела. Вампиресса почувствовала, как между ног всё пульсирует из-за разгорячённого взгляда. Когда мужчина, наконец, поднял глаза, она провела языком по губам и подошла ближе.

— Конечно, холодильник полностью забит. Помни, нам нужно кормить добычу, чтобы…

— Вы могли питаться, — перебил Элиас и медленно покачал головой. — Я постоянно забываю, что вы из себя представляете, пока не всплывает какой-нибудь подобный факт.

Он отвернулся, собираясь подобрать мятую одежду с пола, но Айседора, дотронувшись до руки Элиаса, остановила его. Понимая, что мужчина до сих пор пытается смириться с её сутью, она всё же не собиралась позволить ему забыть, почему он согласился оставить в стороне своё возмездие с убийствами и разрушением. По его же собственным словам, Элиас любил Ису и поклялся не причинять ей зла, и она сделает всё возможное, чтобы он не забывал об этих чувствах.

— Оставь. Диомед позаботился об одежде для тебя. Она на краю постели. Он хотел, чтобы ты чувствовал себя…

— Как дома? — в глубоком голосе послышался раскатистый смех. — Этого не произойдёт, Иса. Кстати, что у него за история? Кажется, я кое-что видел. Он позволил мне посмотреть фрагменты, думаю, мести. Он, на пару с тем Василиосом, убил стражника и принца. Но я не понял, за что. А ещё не понимаю, как он может лежать в постели с тобой и не желать тебя как мужчина.

— Он показал тебе прошлое? Это так на него не похоже. Но Диомед — сложная натура. — Айседора обошла Элиаса и направилась к ванной. — Если он показал тебе именно момент мести, то по двум причинам. Первая — позёрство. Он хотел тебя впечатлить. А вторая — чтобы показать тебе, чего он стоит, прежде чем ты окажешься вместе с ним в постели и поймёшь, на что он не способен.

— Так он пытался доказать свою мужественность? Это совершенно очевидно с первого взгляда.

Айседора оглядела тело Элиаса и с любопытством отметила его эрекцию.

— Это всего лишь моё предположение, однако, я согласна с тобой. Диомед внушает страх своим ростом, силой и врождённой способностью иногда проявлять доброту. Он — мужчина в полном смысле слова, и, возможно, однажды объяснит тебе, почему не использует тот орган, который так явно выдаёт сейчас твой интерес.

— Что? — уточнил Элиас, а Иса тем временем вернулась к нему и обхватила пальцами его напрягшийся пенис.