Темные числа
Шрифт:
На этом предварительная перепалка закончилась, Полковник отодвинул папку Дюпона.
– Сядьте уже наконец!
Как только Дюпон пожертвовал устойчивым положением и уселся на плексигласовый стул, Полковник заговорил о ценном источнике, известном под фамилией Барсуков:
– У него есть доступ к сердцу советского оборонного сектора, более того, он открыл новый способ незаметно передавать нам посылки.
Барсуков, как объяснил Полковник, разработал систему шифрования, которая одновременно пишет компьютерную программу с хорошими функциональными возможностями. Полковник разглагольствовал, Дюпон же недоумевал, почему тот описывает дуплексный метод с такими ошибками.
– Криптокод выглядит как обычный программный код и запускает какую-то компьютерную игру, – рискнул предположить Дюпон.
Пока он затруднялся определить, насколько сомнительна эта легенда. С оперативной точки зрения здесь не было ничего необычного – возможно, снова утечка в бассейне, в результате которой он, родившийся за железным занавесом, неизбежно попадал в поле зрения.
– Так и есть! Это простейшая игрушка: можно развлекаться, проходя пограничный контроль. Ловишь то, что появляется в тени, а то, что на свету, не видишь, – сказал Полковник с дрожью в голосе и перебросил Дюпону через плексигласовый стол портативную микропроцессорную игру.
– Такие штучки уже в восемьдесят четвертом были в большой моде в Москве. Слегка модифицированный клон «Нинтендо», – вспомнил Дюпон. – Но как носитель сведений, составляющих государственную тайну, добавит информацию в видеоигру? Его жена по счастливой случайности работает в индустрии игрушек?
– Вы делаете недопустимые выводы, Дюпон. Кто сказал, что Барсуков мужчина? Вы же не купились на криптоним? Барсуков работает на производстве, которое выпускает и гражданскую, и военную продукцию.
Кажется, помещение качнулось еще на несколько миллиметров влево? На всякий случай Дюпон сдвинулся к краю стула. Как в таких обстоятельствах можно контролировать ситуацию? Если дуплексный метод вообще существует, разве не эффективнее было бы купить такую микропроцессорную игру и перезаписать программу, а не проводить все через серийное производство? Впрочем, мелькнуло в голове Дюпона, заманчивая идея, если тысячи ни о чем не подозревающих перевозчиков будут контрабандой доставлять через границу государственные тайны. Но сначала нужно разрешить серьезное противоречие:
– Тем не менее в сдвоенном секторе есть строго автономные сферы.
– При этом кадры, судя по всему, обладают практически неограниченной возможностью проникать в гражданский сектор. Добросовестность источника уже проверена, а пробная поставка стала в высшей степени… многообещающей. Следующую модифицированную видеоигру уже готовят к серийному производству! Это может занять какое-то время, но когда мы соберем все посылки, Чебриков останется без штанов!
– С нетерпением жду, в чем же подвох, Полковник.
Полковник усмехнулся; за хорошее чутье полагались дополнительные очки.
– Мы потеряли связь с Барсуковым. Он не запросил вознаграждение за вторую поставку, а передача конвертерного кода сорвалась. Без него мы не узнаем код в коде. Мы только выяснили, как заставить волка поймать яйцо.
– А вы не выяснили, что будет, если набрать больше девятисот девяноста девяти очков?
– Поберегите ваши шуточки, Дюпон!
– Да что вы, среди игроков эта информация на вес золота.
– Спросите у Фигнольера из отдела электронной обработки данных и дайте мне спокойно договорить, черт побери! – пропыхтел Полковник. – Есть основания предполагать, что С. пронюхал о дуплексном методе. Один из его людей недавно выкупил у русских эту программу с кирпичиками. Да вы знаете, игрушка, на ваших IBM сейчас тоже такая есть. Да, «Тетрис», точно.
Совершенно безобидна. Слава богу! Пока они, видимо, не знают, в какой продукции содержится дуплексный код, но когда выбор ограничен, даже слепой бульдог нападет на след.– Во всяком случае, без конвертера находка не имеет ценности, – подытожил Дюпон. – Может, Барсукова завербовала МИ-6, и код теперь в других играх?
– А зачем Барсукову упускать наше вознаграждение, когда он мог положить в карман вдвое больше? Нет, на наш взгляд, вероятнее, что Чебриков почуял неладное. Ваше задание…
– Снять с этого украинца штаны, понятно.
Дюпон считал, что, в сущности, это задание не для него, в последние годы он уделял внимание совсем другим сферам. Но уже, видимо, поздно давать задний ход. Впрочем, слабая попытка обойдется не больше чем в два штрафных очка.
– С моей стороны возможна небольшая задержка. Зубы мудрости, Полковник.
– Боже, Дюпон, мне что, отвести вас к врачу? Убедитесь, что под пломбы вам не поставят «жучки»! После процедуры как можно быстрее отправляйтесь в Москву. Ваше задание – добыть второй код. Толстой даст вам в руки конец нити. От него же получите все необходимое для работы на месте. И не забудьте, когда вернетесь, подать формуляр DOS. А то эти крохоборы развяжут восстание.
Полковник захлопнул папку и снова закурил. Дюпон осторожно поднялся. Он держался за ручку двери, пока звуконепроницаемый контейнер не опустился на землю и автоматические замки не разблокировались. Сжатый воздух вышел, как последний выдох после контрольного выстрела.
Москва, 1987 год
Дюпон слишком зависел от «бельевого мешка» Толстого – оставалось только импровизировать и стараться больше не терять очки. Он набросил халат и аккуратно разложил на кровати только что снятую одежду. Теплые ботинки поставил у изножья кровати, охнул.
Прижав к щеке пузырь со льдом, Дюпону удалось на время заглушить пульсирующую боль в верхней челюсти. Через широкие окна в люкс падал искусственный свет. Дюпон ступил на освещенный четырехугольник на ковре, прислонился лбом к холодному стеклу. Почти все, что он видел в окно, освещалось уличными фонарями или мощными прожекторами:
• Большой Москворецкий мост, где в мае приземлился полоумный немец на «Цессне»;
• кремлевская стена и башни (рубиновые звезды светились изнутри);
• луковичные главы и кресты соборов Кремля;
• фронтон 14-го корпуса, где трепетало красное знамя;
• часы на Спасской башне: стрелки практически сформировали угол тридцать девять градусов справа;
• пестрый храм Василия Блаженного; маленький светло-розовый храм Спасителя на Варварке.
Куда ни посмотри, советская власть и электроэнергия побеждали ночь. Именно поэтому Дюпон решил остановиться в гостинице «Россия».
Тем не менее миссия началась отвратительно: Толстой не явился ни на встречу в туалете аэропорта, ни на дополнительную встречу у памятника Пушкину. У Дюпона не было отправной точки. Слишком много нитей перепуталось в этом лабиринте. Для начала сгодились бы настоящее имя или адрес Барсукова. Из-за информационной стратегии Полковника задание напоминало дом, построенный на песке. Но что, если неудачная первая попытка – часть игры?
В придачу ко всему одежду Дюпона никак нельзя было назвать непримечательной. Или у советских граждан и правда в глазах рентгеновские лучи, и они видят бирки с именами брюссельских портных сквозь замшу и шерсть? Как бы то ни было, уже произошло следующее: