Тень прошлого

– Как видишь, Ри.

– Решила поиграть в благородство?
– хмыкнула Рианнели, снова тряхнув своими длинными волосами.

Эльфийка не ответила. Подойдя ближе, она присела рядом со мной на корточки и повторила, обращаясь уже ко мне:

– Нет. Я не позволю устроить здесь самосуд.

Я натянуто улыбнулась в ответ.

Девушка пристально посмотрела на меня синими как небо глазами и спросила:

– Как тебя зовут?

– Ирис, - ответила я, рассудив, что сейчас-то как раз уместнее будет назвать истинное имя.

Не знаю почему, но с появлением моей новой знакомой, я почувствовала себя надёжнее. Её взгляд не был ни презрительным, ни холодным, и, кажется, она не собиралась меня убивать. Но тут снова заговорила Рианнели.

– Мы уже всё решили без тебя, Виндэйелен. Не нужно думать, что одно твоё слово изменит мнение большинства, только потому, что твой отец - старейшина селения.

Вместо ответа Виндэйелен взглянула на притихшую толпу.

– Как она попала сюда?

– Я нашёл её в лесу, - заговорил Феаннэл, - у валуна. Она была без сознания, и я принёс её в деревню.

– Хорошо. Нужно узнать мнение моего отца и Айзерса.

– Айзерс сейчас за сотни миль отсюда, - заговорила Рианнели с плохо скрываемым раздражением, - а ты, Винди, неужели забыла, сколько мы страдали из-за людей? Сколько люди причинили зла эльфийскому народу?

– Не забывай, Рианнели, - голос Виндэйелен по-прежнему оставался спокойным и уверенным, - мой брат - человек.

При упоминании о брате Рианнели чуть заметно вздрогнула.

– Твой брат наполовину эльф, Виндэйелен, помни об этом, - проговорила она чуть слышно, отвернулась и пошла прочь.

II

Тем временем я заметила, что со стороны леса, по тропинке, спускающейся по каменистому склону, к месту спора приближались двое мужчин. Издалека я не могла разглядеть их, но отметила, что один был гораздо выше другого, (что значило, что он, скорее всего, из людей), и был одет в длинную чёрную мантию, наподобие колдунов из книжек с картинками.

Заметив мой пристальный взгляд, Виндэйелен посмотрела в ту же сторону, и, резво вскочив, побежала к ним навстречу. Мужчины, увидев девушку, остановились, тот, что был ниже ростом, вытянул руки вперёд, и Виндэйелен бросилась к нему на шею.

Последний шёпот в толпе улёгся, воцарилась тишина, и взоры всех устремились к подошедшим.

Мужчина, который так радостно встретил Виндэйелен и теперь шёл с ней в обнимку, был эльфом. Невысокий и очень худой, он гордо и властно смотрел на толпу, и взгляд его синих глаз напоминал взгляд Виндэйелен - такой же смелый и независимый. Седые волосы падали ему на плечи, лицо было изрезано глубокими морщинами, так что на вид ему было около шестидесяти лет. Он был одет в простую белую рубаху с длинными свободными рукавами, жилет, видимо, сшитый из кож каких-то мелких животных, чёрные узкие штаны и высокие кожаные сапоги со шнуровкой. В руке он держал длинный деревянный посох с украшением в виде двух перевившихся в танце змей.

– Отец, - обратилась к эльфу Виндэйелен, указывая на меня, - эта леди попала в нашу долину, и теперь её хотят убить. Рассуди же!

Я невольно улыбнулась, наблюдая за эльфийкой. Такая твёрдость - а на вид не больше восемнадцати лет.

Старый эльф довольно долго смотрел на меня, а потом снова повернулся к дочери.

– Я не знаю наверняка, безопасно ли присутствие этой леди здесь, - проговорил он, - но я не ощущаю тьмы. Я не вижу лжи в её глазах, яда в её улыбке и движениях, но я не в силах узреть мысль. Каково твоё мнение, Айзерс?
– обратился он к мужчине в чёрной мантии.
– Закрепишь ли ты на этот раз слово старейшины?

Человек в мантии молчал. Казалось, он смотрел сквозь меня и совсем не замечал, что я внимательно его разглядываю.

Я дала бы ему не более тридцати лет, но взгляд его чёрных глаз был едва ли не столь же глубок и внимателен, как у его товарища - старого эльфа. Густые смоляные волосы неровными прядями спадали на лицо, доходили до плеч и сливались с причудливой мантией. Тонкие губы его были сжаты, а глаза чуть сужены - видимо, у него плохо получалось скрывать душевную тревогу, а может быть, он и не старался этого делать.

– Ты не слышишь меня, Айзерс, - окликнул его старый эльф. Это вывело человека из оцепенения.

– Прости, Ленеллард. Ты знаешь, что мысль моя сейчас далека отсюда.

Он повернулся ко мне и его глубокий взгляд встретился с моим, растерянным. Сердце глухо стукнуло, я хотела отвести глаза и почему-то не смогла. Странно, ведь сперва мне подумалось, что его взгляд непременно окажется колючим и неласковым, а на самом деле он был таким тёплым...

Оцепенение продолжалось с минуту, а может, ею мне показалась пара секунд. Я тряхнула головой и сделала вид, что увлечена разглядыванием своей левой руки, а он вновь повернулся к старому эльфу.

– Леди не маг, это наверняка, - услышала я, хотя он старательно принижал голос.
– Я чувствую, что она не опасна. Я уверен в этом.

Я потёрла лоб, явно ощущая, как от напряжения начинает закипать содержимое моей черепной коробки. "Не маг" - это ещё что значит? Какие, о небо, маги, о чём он? То, что волшебников не бывает, я усекла ещё во времена безвозвратно ушедшего детства. Хотя, с другой стороны, в существование эльфов я тоже доселе не верила...

– Так "чувствуешь" или "уверен"?
– мягко переспросил старый эльф.

– Ты знаешь, какой смысл я обычно вкладываю в слово "чувствовать", - улыбнулся тот.

– Хорошо, Айзерс. Я всегда доверял и буду доверять тебе, не сомневаюсь, ты не допустишь, чтобы Долине был причинён даже ничтожный вред. Да будет этот человек оправдан.

Лицо Виндэйелен осветилось радостной улыбкой, она с благодарностью взглянула на отца, подбежала ко мне и протянула руку:

– Вставай.

Я приняла её помощь и поднялась на ноги. Столь лёгкое спасение чрезвычайно меня радовало, ибо я не рассчитывала, что всё закончится так быстро. Однако я ровным счётом ничего не понимала. Ещё несколько минут назад почти единодушно было решено лишить меня жизни, а уже теперь я, кажется, полностью оправдана и буду жить. Один из моих спасителей, как я успела понять, был старейшина селения. Это говорило, по крайней мере, о том, что после оправдания, произнесённого его устами, я могла не тревожиться за свою жизнь. Кем был темноглазый мужчина, я понятия не имела, и, надо заметить, он точно также видел меня впервые. Так с чего бы эти двое столь быстро уверились в моей добросердечности, даже не задав мне пары вопросов? И чем больше я старалась что-то понять, тем туманнее казалась мне реальность.

– Пойдём, я отведу тебя в наш дом и дам тебе еды, - донеслись до меня сквозь пелену раздумий слова эльфийки.
– Только умоляю, называй меня Винди - "Виндэйелен" звучит так, будто я почтенная дама преклонного возраста...

Пока мы шли, я разглядывала эльфийскую деревню. Маленькие белые мазанки, крытые соломой, ухоженные палисадники. Около домиков на траве играли дети, а две женщины разговаривали друг с другом через изгородь. Совсем как у людей, подумалось мне. Селение находилось в низине, и было со всех сторон окружено лесистыми горами, вершины которых уже укутались в вечерний туман.