Термит

– Иногда они возвращаются, - пробормотал Термит, открывая канистру.

Он плеснул бензином на "мебель", на стену, в которую отлетели мозги Тройки, на пол. Резкий едкий запах смешался с влажным, чуть отдающим плесенью, воздухом.

Термит зашвырнул пустую канистру в угол и закурил сигарету.

Он стоял перед разбитым окном и смотрел, как капли дождя на мгновение отражают свет рекламы и падают вниз, в черную пустоту. Сизый дым клубами застывал в воздухе, напоминая спящее привидение.

А потом загудело, зарокотало коптящее пламя, облизывая оранжевым шершавым языком стены и потолок. Стул, на котором Тройка сидел в последний раз, расплавился и растекся по полу бесформенной лужей.

Закрыв рукавом рот и нос, Термит спустился по лестнице. Взял зонт и побежал к остановке, ни разу не оглянувшись на высотку, на одиннадцатом этаже которой пылал огонь.

Дождь барабанил по подоконнику, и подсвеченные фонарем струи воды стекали по оконным стеклам. Термит лежал в кровати. Он выпил остатки водки и таблетку аспирина. Его знобило. Во рту было горько, от брошенной посреди комнаты одежды воняло бензином.

Находясь между явью и сном, Термит слушал стук капель. И струящиеся по стеклу потоки казались ему прозрачными руками, которые налегают упруго и сильно на стены человеческих жилищ, чтобы однажды обрушить их, и тогда вода прорвется внутрь и будет дождь, только дождь и ничего кроме дождя.

11. Хвост

Тройка ему так и не приснился.

Тем не менее наутро Термит проснулся совершенно разбитым. Промахнулся по кнопке будильника и зарычал на проклятый прибор как зверь. Кое-как отрубил навязчивые трели.

Голова болела, глаза будто всю ночь терли наждаком.

Подумав, Термит позвонил на работу и сказал, что не придет. Выслушал ответный выговор. Швырнул телефон на пол и снова зарылся в подушки.

Второй раз он проснулся к полудню и чувствовал себя уже куда лучше. Заварил крепкого кофе, пожарил яичницу-глазунью. Поел, просматривая новости об Охотнике в Интернете. Сейчас они уже не вызвали восторга и гордости. Появились целые сайты, где люди давали неведомому хакеру душ советы, кого и как исправить. Начиная от президента и заканчивая соседской собакой.

Позевывая, Термит вышел из дому и отправился к киоску поблизости. Небо было белесо-серым, как рыбье брюхо, но пролиться дождем не торопилось. Асфальт еще не просох после недавнего ливня, в лужах отражались зыбкие очертания людей и зданий.

Термит купил пачку сигарет. В тот момент когда он ссыпал в карман сдачу, возникло странное, неприятное ощущение пристального взгляда в спину. Будто кто-то сверлит дрелью между лопаток.

Термит осторожно огляделся. Никаких подозрительных людей поблизости не было. Однако ощущение взгляда сделалось лишь сильнее.

Улицы спального района в это время дня были почти безлюдными. Возле киосков и у остановки монопоезда еще толклись какие-то подвыпившие граждане, ну а дальше начинался пустынный лабиринт. Высотки, общежития, все похожие друг на друга, только с разными граффити на серых стенах. Дворики, где скрипели, раскачиваясь, мокрые качели и блестели втоптанные в землю крышки от пивных бутылок. Термит то брел, то почти бежал. Неведомый наблюдатель не отступал.

Пройдя зигзагами два квартала, Термит заскочил в супермаркет. В раздумьях завис в отделе, где продавался алкоголь. Ощупывая взглядом бурбон и бакарди, прошел вдоль стеллажей. Перед окном были составлены пирамидкой бутылки дешевого вина. Термит посмотрел на просвет. Перед магазином напряженно застыла темная фигура в плаще и с зонтом. Лица человека не было видно, но Термит мог поспорить, что тот пристально наблюдает за алкогольным отделом.

На горлышках бутылок жарко горела золотая фольга. Даже дешевое пойло - спирт плюс компот - выглядело презентабельно. Термит рассеянно посмотрелся в зеркало. В свете специальных лампочек его невыспавшаяся рожа выглядела вполне свежо. Что поделаешь, бизнес: в супермаркетах освещение всегда розоватое или слегка оранжевое, как правило, немного искажающее реальность в лучшую сторону.

Термит нахмурился и взъерошил волосы. Он решительно взял бутылку водки и пошел к кассе.

Когда перед ним услужливо раскрылись стеклянные двери, человек перед магазином уже исчез. Не утруждая себя его поисками, Термит свернул в проулок. Ощущение сверлящего взгляда вернулось. Стена справа принадлежала магазину, слева - общежитию. Обе они были глухие. Пустынное, очень укромное место.

Термит дошел до середины проулка. Встал, облокотившись о стену. Закрыл глаза. Было тихо, только со стороны общежития доносились невнятные обрывки музыки. Ничего не происходило. Соглядатай не спешил приступать к активным действиям.

Демонстративно открыв бутылку, Термит выдохнул и глотнул из горла. Пить особо не хотелось, поэтому он преспокойно расплескал большую часть. Холодный ручеек потек по подбородку. Утершись, Термит с хриплым ругательством швырнул полупустую бутылку в противоположную стену. Брызнули осколки и остатки жидкости.

Прижав ладони к лицу, Термит сполз спиной по кирпичам, усевшись на корточки. Резко пахло спиртом и недавним дождем.

"Ну что хватит тебе? Или продолжим шоу?"

Поднявшись, Термит побрел дальше. Он был почти уверен, что на выходе из проулка его остановят - но этого не случилось.

"Ладно. Черт с вами".

Продолжая играть роль человека нервного и чем-то удрученного, Термит сел на поезд и добрался до центра. Там он полчаса послонялся по магазинам, а потом, устав, купил билет в кино.

Показывали военный фильм. Динамики завывали, кресла тряслись. В какой-то момент невыспавшегося и слегка пьяного Термита даже немного укачало. Прикрыв глаза, он смотрел сквозь ресницы на вспышки взрывов. В его голове каждая из них отдавалась всплеском боли.

"И почему считается, что нано-фильмы хуже?"

В фойе после сеанса, вроде бы, опять мелькнула известная фигура. Термит умылся холодной водой в туалете и вышел на улицу. Там его подхватила вечерняя толпа.

Бесконечный поток людей двигался от офисов к остановкам, от супермаркетов к бутикам, от баров к клубам. Будто невидимые стенки исполинского кишечника проталкивают пищу-толпу все дальше и дальше. Необходимые остановки в полостях, чтобы смешаться и пропитаться кислотой и желчью, а потом, все быстрее, зигзагами вперед. И когда, наконец, все эти заведения по дороге выпьют из тебя им причитающееся - ты, как и положено, превращаешься в дерьмо.

Витрины блистали огнями, сияли фары роскошных автомобилей. В воде луж догоняли друг друга золотые и пурпурные блики. У клуба девочки в корсетах и кружевном белье безуспешно щелкали пустой зажигалкой. Термит дал им прикурить и, не говоря ни слова, побрел дальше, увлекаемый толпой. Под бигбродом играл на саксофоне оборванный музыкант. Какой-то парень двигался, удерживая на голове футбольный мяч, его приятель снимал это на телефон. Пахло дорогими духами и табачным дымом.

Термиту уже не нужно было играть нервозность. Теперь он на самом деле чувствовал себя здесь чужим, одиноким и неприкаянным. Он уже повернул к остановке монопоезда, собираясь ехать домой, как перед ним остановилась замызганная "фортуна". Из машины вылезли двое мужчин в строгих костюмах и при галстуках. Нежно взяв Термита в "клещи", они повели его к автомобилю.