ТОРРЕЗ. Книга 3

— Строго говоря, я надеялся, что в очередном Храме Пиздеца смогу немного… подтолкнуть вас к небесным вратам. Но вы оказались на удивление живучие сволочи. Но ничего, от нас вы никуда не уйдёте. Однако я ведь весьма великодушный капитан. Поэтому, Дизз…

Англхорн убрал карту в карман и протянул волчице руку, затянутую в кожаную перчатку.

— Дорогая Дизз, у тебя есть прекрасный шанс остаться в живых и продолжить путь вместе со мной. Либо ты можешь умереть вместе с твоей надоедливой командой. Знай, это предложение я прямо таки от сердца отрываю! Ведь моему экипажу все вы уже порядком осточертели. Но тебе, моей любимой волчице, я дам ша…

Не успел он договорить, как в лицо прилетел всё тот же резкий, как пуля, харчок.

— Прав был Тедди, тебе нельзя доверять! — сморщив нос, прорычала волчица.

Волк смахнул слюну с лица, злобно оскалившись. Экипаж только и ждал разрешения открыть огонь, когда бойцы Артеля достали из ножен клинки и пистолеты, готовясь к неравному сражению. Все, кроме Дизз…

— Умоляю, миледи. Разреши нам сразиться с ними! Хоть мы и слабы, но, клянусь богом, я смогу любому из них кишки выпустить! — процедил Лео сквозь сомкнутые клыки.

Дизз бегло насчитала на палубе около двадцати человек. Полных сил и ярости, держащих оружие наготове. Сколь умелы ни были бы её ребята, этот бой им не выиграть. И похоже, она единственная, кто это понимал…

— Генри Англхорн. Мы с тобой заключили честную сделку, как один капитан с другим. По пиратскому кодексу расторгнуть её можно лишь по обоюдному согласию или по достижению цели. Отпусти нас по хорошему, и никто не погибнет.

Волк вновь рассмеялся.

— Похоже, вы меня не поняли. Я не позволю червям из Артеля заполучить артефакт, ровно как и золото. Оно будет моим и только моим!

— А искать ты его как будешь, гений? — съязвил Лео.

— По-твоему, почему щенок ещё жив? — злобно ответил Англхорн, покрепче сжав горло Коты. — Он мне ещё пригодится. А затем пойдёт ко дну вслед за вами.

— Ты посмел тронуть моего брата, подонок. Знай, я никогда не прощу тебе этого! — прорычал Лео.

— Очень страшно! Но сейчас ты даже взмахнуть своей шпажкой не сможешь, герой ты наш рыжий. А раз и ты, Дизз, выбрала смерть, то, стало быть…

— Наконец-то! — радостно прохрипел Бернард, взводя курок двуствольного пистолета.

— Стой! "Самые страшные преступления для настоящего пирата — это предательство и трусость." Седьмой пункт Пиратского Кодекса Чести, написанного Генри Морганом, Джорджем Лаутером, Бартоломео Португальским и Бартоломью Робертсом.

— Я знаю кодекс, и что? — спокойно ответил волк.

— По закону этого кодекса, как полноправный член Пиратского Братства Северной Европы и действующий капитан корабля под именем Диззер, не носящим флаг Его Величества, я имею право вызвать тебя на дуэль, которая рассудит условия расторжения нашей сделки! — шустро проговорила Дизз.

— Я, конечно, чту кодекс и всё такое. Но ты хочешь сражаться со мной? Один на один? Да у тебя нет шансов!

— В нынешнем состоянии возможно. В иной ситуации я порублю тебя на куски, прежде чем ты успеешь обосраться. Но у данного правила есть подпункт, по которому я имею право выбрать иной способ поединка, который определит правоту в нашем конфликте. И если выиграю, ты всех нас отпустишь с миром.

Англхорн откинул Коту в руки Бернарда, подойдя ближе к волчице.

— И что предложишь? Сыграем в карты? Или, может, состязание: кто быстрее кончит в постели? — игриво спросил волк, под радостный гогот экипажа.

— Перудо.

Данное слово в секунду заставило всех замолчать, а затем по экипажу прошёлся гул суетливого шёпота. Англхорн несколько раз прикусил губу, обдумывая предложение.

— Ладно. Я с тобой сыграю…

Не прошло и минуты, как матросы притащили в центр палубы большую бочку с площадкой для игры и два табурета для игроков.

— Бернард будет вести счёт, как квартирмейстер корабля. Возражения? — спросил волк, усаживаясь на табурет.

— Не имею, — сухо ответила волчица, садясь на против него.

Один из матросов поставил на стол два деревянных бочонка с костяными кубами, а Бернард объявил старт игры, оттолкнув Коту в руки пиратов.

— Что происходит? — тихо спросил Лео, наблюдая за происходящим.

Бойцы Артеля встали позади Дизз, а экипаж Англхорна большой толпой собрался вокруг стола, наблюдая за ходом игры. Дизз и Генри подняли бочонки и, заслонив рукой отверстие, несколько раз звонко протрясли.

— Они будут играть в кости. Старая пиратская игра. По сути это аналог "Верю — не верю", но с учётом количества и номинала всех костей, находящихся на столе, — объяснил Кову, не раз видевший моряков за этим занятием.

Наконец, ударив бочонками по столу, волки начали партию.

— Пусть будут три четвёрки… — сказала Дизз, украдкой заглянув под собственный стакан.

— Пять четвёрок, — сразу поднял количество номинала Генри.

Его уверенность заставила волчицу подумать, что у него самого есть четвёрки. Возможно, даже две-три… или он блефует? Дизз вновь заглянула под бочонок. Под ним было шесть кубиков, смотрящих вверх номерными гранями: "111124".

— Три пятёрки, — сказала Дизз, сменив номинал, проверяя, как поступит Генри.

— Пять пятёрок, — более нервно ответил волк, понимающий, что волчица может догадаться о его костях.

"Он дважды поднял количество с трёх до пяти в двух разных номиналах. У него там четвёрки и пятёрки? Или, возможно, две единицы. Проверим?" — пронеслось в голове Дизз.

— Шесть пятёрок, — уверенно сказала волчица.

Количество было довольно большим, и бывалый игрок Англхорн тоже заподозрил Дизз в наличии коварных единиц, считающихся за любой названный номинал.

— Тут семь пятёрок. Как думаешь, Дизз? Я вру?

— Постоянно. Но не в этот раз. Тогда может…

Дизз глянула на бумагу со счётом количества и номинала, которую вёл Бернард.

— Шесть четвёрок, — сказала волчица, на время обезоружив Англхорна, который надеялся на повышение номинала пятёрок.

— Семь четвёрок.

Не успел Бернард записать ставку, как Дизз перебила.

— Восемь четвёрок. Или я лгу? — язвительно прошипела волчица, склонив голову набок.

— Пожалуй, что так. Я не верю тебе! — ответил волк, тем самым объявив конец раунда и подняв собственный бочонок.