ТОРРЕЗ. Книга 3

В это же время Дизз и Кову нервно обтаптывали капитанский мостик, обсуждая и корректируя путь через море, обговаривая свои выводы с капитаном. Но если лев и раньше был настроен скептично, то теперь и волчица смотрела на Англхорна с некоторой долей неоднозначности и недоверия. Ведь она лично видела, как он вцепился в карту, несмотря на то, что она для него не должна являть особой ценности.

Но титул чемпиона по паранойе давно был заслужен юным львом, сидящем в трюме. Кота старательно конспектировал все свои мысли в дневник, заодно сделав несколько копий карты с отличием лишь в языке надписей вокруг рисунка территории. Во-первых, таким образом он хотел перестраховаться на случай потери оригинала. Во-вторых, путь до Гвинеи был совсем не близким, а время убить как-то нужно. Но не одной паранойей отличился рыжий лев. На второй день пути он наконец-то закончил в дневнике итоговую таблицу расшифровки тех текстов, что майя оставили на своих картах, служащих своеобразным пазлом в общей головоломке поиска сокровищ. Теперь Кота мог переводить целые предложения за считанные минуты. Это, несомненно, было большим научным достижением, ведь его метод был универсальным для нескольких едва различимых наречий, чего ранее не встречалось ни в одном другом переводчике. И пока все думали о Львиной Маске и горах золота, Кота грезил о научных работах и исторических исследованиях, которые он посветит сию приключению. Он искренне мечтал о том, как вернувшись домой напишет целую книгу о своих приключениях, надеясь получить таки мировое признание в сфере истории. К тому же он уже понемногу делал наброски для парочки работ о культурном наследии майя и их биологических открытиях. И сверху, конечно же, не помешало бы написать и толстенную историческую монографию в трёх томах. А ещё автобиографию! И мемуары! И гримуары! И вообще!

Внезапно от мыслей о будущих свершениях Коту отвлекли отчётливые звуки шагов по коридору где-то над трюмом. Казалось бы, обычное дело, но его больше заинтересовали отчётливые голоса, один из которых был весьма знакомым. Кота, конечно, не любитель подслушивать, но последние события заставили сильно усомниться в лояльности и совести некоторых людей, окружавших льва. В частности, капитана Англхорна и его помощника кока Бернарда, чей хриплый голос он легко распознал сквозь толщу скрипучих досок. В тонких щелях между скрипучих половиц Кота различил два силуэта, вставших прямо над его головой. В том месте, где располагалась дверь в каюту капитана. И с такого положения он не мог разобрать, о чём они говорят. Но он точно слышал имена своих друзей…

Решившись на отчаянный шаг, Кота осторожно прильнул к люку, ведущему наверх, и слегка приоткрыл деревянную дверцу, высунув глаза и уши в коридор, разделяющий два ряда кают. В конце слабо освещённого коридора он увидел льва Бернарда и волка в тёмно-буром наряде с белоснежно-белой шерстью, контрастирующей с чёрной швелюрой. Кота уже видел этого парня раньше. Кажется, он был кем-то вроде старпома капитана. И по совместительству его рулевым. Если Бернарда можно было назвать правой рукой Англхорна, то этот волк, несомненно, был левой.

— И долго нам ждать? Я устал терпеть их постоянные команды и указания! Да кто они вообще, блять, такие?! — шипел волк.

— Послушай меня, Редж. У нашего капитана всё на мази, понял? Потерпи ещё немного. Всего. Пару. Дней… — разделил по словам хриплый голос льва, что старался говорить как можно тише.

— У Генри есть какой-то план, так? Знаешь, не мешало бы посвятить в него и меня, — тон волка становился всё более раздражённым.

Он скрестил на груди жилистые руки, покрытые угольно-чёрными татуировками.

— Ещё рано. Ты узнаешь всё, когда… — вновь начал хрипеть кок, когда повернул голову в сторону люка, откуда еле заметно высовывался Кота.

Пытаться спрятаться не было смысла, поэтому рыжий лев громко откинул дверцу люка, словно как раз собирался выходить и вообще не в курсе происходящего. Затем Кота вылез наверх по небольшой лестнице, прихватив с собой сумку и глядя на пиратов с искренним удивлением.

— Доброе утро! Не знал, что вы здесь, — чуть заикаясь, сказал Кота, всем своим видом крича о том, что не слышал предыдущего разговора.

— Доброе… — сухо ответил Бернард, натянув подобие улыбки.

Они поняли, что он подслушивал? Они успели его заметить? А о чём они вообще говорили? Какой ещё план? Все эти вопросы настойчиво вертелись в голове Коты, пока он бесцельно бродил по палубе, имитируя занятость. Но тренированный глаз Лео он обмануть не смог. Уж больно хорошо старший брат помнил это поведение. И это явное неумение Коты скрывать беспокойство.

— В чём дело, братец? Ты чем-то обеспокоен? — спросил Лео, на всякий случай перейдя на французский.

Кота едва не подпрыгнул, услышав голос за спиной, но всё же смог сдержать себя в руках.

— Я… нет. То есть… то есть да. Не знаю. Как-то подозрительно все себя ведут, не находишь? Что происходит среди экипажа?

— Трудно сказать. Они все стали очень… отстранёнными. То ли поняли, что их капитан ведёт всех на смерть. То ли злы на нас, что вместо обычной охоты придётся рисковать жизнями в куда более опасной среде. Будто бы это наша вина.

— Плохо дело. Но ты будь на чеку, ладно? И Вольфу передай, чтоб никому не доверял, — сказал Кота, строго пригрозив пальцем.

— А мы с ним и так никому не доверяем. Так меньше шанс разочароваться в людях. Ты бы за своих беспокоился… — сказал Лео, кивнув в сторону Дизз и Кову, беседующих с Англхорном.

Тем временем на капитанском мостике разразился очередной спор.

— Здесь же нет порта! — возмутился Генри.

— Есть! Просто на карты его ещё не нанесли. Он свежепостроенный и… — говорила Дизз, когда её за руку дёрнул Кота.

— О, а вот и наш пенькообразный историк. Ну что, разобрался с письменами? — ехидно спросил Англхорн, однако лев даже ухом не повёл в его сторону.

Вместо ответа он подошёл к Дизз и вручил одну из копий карты.

— Нам в город Конакри. По идее, он должен быть где-то на юге страны.

— Постой-постой. И пары дней пути не прошло, а ты уже всё перевёл? — удивлённо спросил Кову.

— Я закончил собственно-разработанную таблицу дешифровки. Теперь мне достаточно пары часов, чтобы перевести иероглифы. Так что… — Кота наконец-то обернулся к капитану. — Мы плывём на Конакри.

Волк еле заметно скривился в лице, когда лев к нему обратился.

— Как скажешь… — ядовито прошипел Англхорн, проворачивая штурвал.

До нужного порта Ловец добирался ещё несколько часов. Солнце давно сияло в зените, когда Англхорн завёл судно в порт Конакри. Этот прибрежный город представлял собой типичный тропический курорт, в котором не было ни величественных зданий, какие они видели в Касабланке, ни интересной архитектуры, как в Прайа-Гранди. Лишь небольшие двухэтажные домики из камня и известняка, таверны, пабы, бары, маленькая церквушка и пляж, усеянный торговцами и туристами. А за пляжем возвышались уже привычные горы, покрытые зеленью, и густые тропические джунгли. Однако издалека казалось, что непроходимый лес на сей раз был куда больше и плотнее, чем в Португалии.

Бросив якорь в порту, усеянном торговыми и пассажирскими кораблями, Англхорн первым сошёл на сушу, взяв с собой лишь одного единственного помощника. Последовав за капитаном, Кота узнал белого волка, шедшего рядом с Генри. Это был тот подозрительный старпом, обсуждавший с Бернардом что-то таинственное. Хоть это и насторожило льва, дополнительное беспокойство в команду он сеять не стал. Лишь сделал для себя пометку: быть внимательнее к этим двоим. Вместе с Котой на свежеочищенные доски порта сошла и остальная команда, гружёная сумками с последними запасами оружия и провианта.