Трель соловья

Еще спустя два часа его окончательно доконала повальная пьянка под отбиваемый на столешнице задорный ритм и похабные стишки за авторством то ли Маркуса, то ли Алекса, и, проникнувшись глубоким сочувствием к убежденным трезвенникам, по тени скрылся на втором этаже, где его хреновое настроение не пытались улучшить слишком развеселившиеся друзья.

Бесцельно ходить кругами по короткому коридору ему быстро наскучило, и Карстен толкнул первую попавшуюся дверь, абсолютно убежденный в том, что малышка Джо не будет иметь ничего против, если он проспит до утра где-нибудь в доме.

И совершенно при этом не учел, что за последние полгода кое-что поменялось, и теперь вместе с ней жила еще толпа — относительно размеров дома — народу.

Шарики-светлячки, бьющиеся о стеклянные стенки банки, освещали царивший вокруг нее творческий бардак — разбросанные записки, письменные принадлежности и книги. Мужчина поднял одну из них, раскрыл где-то на середине и с большим удивлением обнаружил собственный портрет — неумело нарисованный, но все-таки узнаваемый набросок — в качестве закладки. Обуздать любопытство оказалось сложно, и он, приподняв рисунок, пробежался взглядом по тексту, представляющему собой набор цитат из какого-то учебника магических искусств и личных домыслов владельца дневника. Написанное Карстену очень не понравилось: речь шла о «соловьином» проклятье, а внизу страницы было крупно выведено его имя и большой знак вопроса. Мужчина нахмурился и перевернул страницу. На следующей оказалась единственная кривая надпись: «Знает? Возможно. Но не подлец, не сделает».

За спиной едва слышно зашуршали шаги, и мужчина, отложив дневник, резко обернулся, нос к носу встретившись с подкравшимся Гленом.

Подойти он умудрился почти незаметно, и с одной стороны Карстена — как наставника молодого непутевого вора — не могло не радовать, что хотя бы на восьмой год Глен изволил взять себя в руки и освоить этот в высшей степени полезный навык. Однако как больному человеку, застигнутому врасплох пьяным, агрессивно настроенным парнем, явно — пусть и временно — превосходящим его в физических возможностях, мужчине это очень не понравилось.

— Если ты собирался следить за мной, то это у тебя не получилось, — иронично упрекнул он. — Возможно, тебе стоило попробовать из тени, хотя сомневаюсь, что у тебя получилось бы.

— Что ты здесь делаешь? — прямо спросил Глен, на всякий случай упираясь рукой в стену. Его взгляд был полон подозрительности, а на лице читалось неприкрытое недоверие.

— Почувствовал себя нехорошо и искал место, где можно прилечь, о чем, кажется, я предупредил остальных. Думаю, хозяйки дома не будут возражать, если я займу до утра одну из кроватей.

— Против того, чтобы кто-то шарился в их вещах, тоже не будут?

— Слушай, парень, даже не пытайся, — поморщился Карстен. — Лезть с претензиями у тебя получается плохо, а терпения выслушивать мутные намеки у меня может и не хватить.

С ответом Глен не нашелся и как-то странно дернулся. Весь его вид выражал желание подраться, но с этим мужчина помочь ему сейчас никак не мог.

— Возвращался бы ты к Джоанне, пока она не загрустила из-за твоего отсутствия.

— Она больше страдает из-за твоего отсутствия, — зло бросил он.

— И тебя это огорчает?

«Конечно, огорчает. — Карстен с вызовом посмотрел на него. — Хренов собственник, который не хочет ни с кем делить Джо. К отцу или брату бы он тоже так ревновал? Не совсем то, но близко… Твою ж!..»

Простое желание врезать давно опостылевшему сопернику переросло в настоятельную потребность, и сдерживать себя Глен больше не смог — хотя и до этого вряд ли особо старался. Его удар оказался неудачным и пришелся в стену — неправильно оценивший сперва силы Карстен успел увернуться. Пусть и не был этот самонадеянный вор худшим бойцом, что несомненно было заслугой его учителя, пусть его движения не были ограничены — мужчина был трезв и спокоен, а на его стороне все еще оставались опыт и способность оценивать ситуацию. Дожидаться, когда Глен очухается и снова замахнется, он не стал и, заломив парню руку, ткнул носом в стену.

— Что у вас здесь происходит?

Карстен выдохнул сквозь зубы, разжал пальцы и обернулся к слишком тихо подошедшей сзади Лирен. Она успела выпить — судя по неуверенной походке и лихорадочно блестящим глазам, даже напиться — и потому пребывала в состоянии обычно не свойственного ей благодушия.

— Ты же не собирался никого бить, пока мы все отвлеклись, правда?

— Что ты, — улыбнулся мужчина, с показной любезностью пропуская к выходу Глена.

Сказать ей правду было делом еще более опасным, чем отказаться от приглашения Малышки Джо. Особенно когда Лирен не могла контролировать ни себя, ни свое самое опасное оружие — язык.

Спасенный ее появлением парень злобно сверкнул глазами и нахохлился, напомнив намокшего воробья, но нарываться больше не стал, молча прошел мимо. «Наверняка пойдет жаловаться Джоанне, какие у нее плохие опекуны», — подумал мужчина и тут же об этом забыл — в конце концов, с Гленом можно разобраться и позже. Пожалуй, можно будет даже привлечь к этому делу Тень… хотя лучше разок все-таки дать ему по морде, а не пытаться вразумить, давно напрашивается.

— И зачем ты так напилась?

— Они все такие в себя ушедшие сидели, ску-у-учные. А сегодня же праздник, сегодня нельзя быть такими скучными. Я подумала, что смогу убедить их не думать о делах, но для этого мне самой надо было как-нибудь отвлечься, — поделилась девушка, обхватывая его шею руками. — Но тебя так не могу, знаешь? Твоя глупая невосприимчивость мешает, а тебе бы не помешало.

— Меня это почему-то не расстраивает. К слову, не ты ли пугала меня Джо, которая кинется обниматься?

— Я же осторожно и не висну… Тебе больно?

— Нет, — заверил Карстен, обнимая встревожившуюся девушку за талию. — Не очень, во всяком случае.

— Хорошо, — сонно пробормотала Лирен, укладывая голову ему на плечо.

— Тебе не кажется, что спать удобней на кровати?

— Правда? А мне и так нравится…

— Ты мне сейчас напомнила Джо пару лет назад. Может быть, тебя тоже, как маленькую, отвести в комнату и уложить в постель?

— Интересная идея, но не получится, — с большим сожалением сказала она. — В платье спать неудобно. И помнется.

— Тогда иди переоденься — это тебе придется сделать самой, уж извини — и ложись.

— А ты куда?

— Спущусь к остальным, а потом… — Карстен ненадолго задумался и пожал плечами. — Когда все разойдутся, пойду домой.

Лирен вздохнула и, неохотно отстранившись, зашла в комнату. Мужчина какое-то время понаблюдал за тем, как она спотыкается о разбросанные книги и пытается ногами распихать их в разные углы, чтобы расчистить себе хоть сколько-нибудь места, пожелал ей спокойной ночи и неторопливо пошел вниз.

Глава 11

Этой ночью не горели фонари почти на всех улицах, где они были — такое решение принял градоправитель, пойдя на уступку и дав горожанам возможность сполна насладиться цветными вспышками взрывающихся на фоне темно-синего неба магических шутих. Их привез в город проезжавший мимо ученик мага, для которого зачаровать такую игрушку было минутным делом. Людям это пришлось по душе, и они завалили опешившего в первый момент парня заказами. Правда, очухался и сообразил, что к чему, он быстро и из города уезжал изрядно обогатившийся.