Трибунал

— В каком смысле?

— В прямом. Согласно найденным документам, корабль, которым означенный индивид прибыл на «Тсурифу-6», допущен на докование по паспорту, на котором стояла ваша виза. Точнее, оператора третьего ранга Рауля Кабесиньи-второго.

— Мало ли какие паспорта я визировал. Всё происходит в полуавтоматическом режиме.

— Мы тоже так подумали, — кивнул просекьютор, — но вот сам пассажир оказался об этом инциденте несколько иного мнения. Она вас знает лично.

Тут Кабесинья-третий окончательно потерял нить.

— Будьте так любезны, рассказывайте с начала.

Просекьютор благосклонно кивнул.

— В процессе расследования мы обнаружили на борту «Тсурифы-6» некий забытый всеми биосаркофаг. Попытки идентифицировать его содержимое не удавались, да ко всему на нём активизировался обратный отсчёт, так что мы с коллегами поспешили его вывезти со станции от греха.

— Как интересно. Мне одному кажется, что это похоже на похищение? Дайте угадаю, ваш, как его, «пассажир», вылупился ровно из того саркофага?

— Вы же просили по порядку, так и слушайте внимательно, — осклабился просекьютор. — Вылупиться-то он вылупился, однако в похищении он обвиняет почему-то не меня, а вас.

— Меня?

— Ага. Ну, точнее, станцию в целом, но и вас персонально. И я бы на вашем месте отнёсся к его инвективам вполне серьёзно.

Ерунда какая-то. Саркофаг дурацкий. Пассажир непонятный. Вся эта беда уже вызывала у Кабесиньи-третьего стойкую головную боль. И судя по всему, это было только начало.

— Но причём тут вообще я? Это же вы его, по сути, выкрали?

— А мы тут же извинились! — просекьютор кивал при этих словах, как янгуанский болванчик. — Принесли, так, мол, и так, официальные извинения от лица межпланетной журидикатуры, после чего немедленно начали — скажите спасибо! — тщательно уговаривать отказаться от желания немедленно вернуться на «Тсурифу-6», тем более что там ничего интересного уже как бы не происходит, и вообще тишина.

— Какая тишина? Да говорите же вы нормально!

Просекьютор в ответ выдохнул, будто собираясь с духом.

— В общем, история такая, в саркофаге был ирн. Была. Ну, вы поняли.

Час от часу не легче.

— Ирн, которая меня знает? Но я не знаю никаких ирнов! В глаза их не видел!

— Вот в этом вся загвоздка, вам не приходило в голову, что ваш предшественник что-то от вас мог намеренно скрыть?

Кабесинья-третий начал чувствовать некоторую усталость от всего этого разговора. Как с кволом беседы вести. Полное ощущение, что разговариваешь с «китайской комнатой». Вроде и человек с тобой говорит, а вроде и детерминированный процесс без малейших зачатков создания.

— Как вы себе это представляете?

— Что именно?

— Как я, — язык не поднимался называть себя прежнего «предшественником», — мог от себя самого нечто скрыть? Зачем? Да ещё и намеренно.

— Ну вы же не всё помните?

— Разумеется, бэкапы делаются раз в сутки, часть воспоминаний перед инцидентом с «Тэ шесть сотен три» осталась утраченной.

— Ну так вот, с тем же успехом могли быть вычеркнуты и любые иные воспоминания. Вы не беспокойтесь, я консультировался с погонщиками Синапса, существуют и менее экстремальные способы.

— Экстремальные? — не понял Кабесинья-третий.

— Ну, менее связанные с вашей физической гибелью, — вид у просекьютора при этом был виноватый, и это отдельно раздражало.

— Вы мне забыли объяснить, какого космачьего чёрта мне вдруг понадобилось от самого себя что-то скрывать! — рявкнул Кабесинья-третий.

— Да вы не волнуйтесь, бывает. Иногда по утрам такое вспомнишь, что лучше бы и напрочь забыть. Вы мне скажите, вы вообще с ирнами когда-либо пересекались?

— Никоим боком!

— А вот наша случайная гостья откуда-то вас знает. Причём настолько хорошо, что разом норовит в собственном похищении обвинить.

Кабесинья-третий тряхнул головой, словно пытаясь тем самым избавиться от этого наваждения.

— Ерунда какая-то.

— Ага, — закивал в ответ просекьютор, мы ей так и сказали. Кабесинья, говорим, третий. А вам нужен, наверное, второй. Но её это не успокоило. Требовала срочно доставить её на станцию. Мы уж и так уговаривали, и эдак. Ссылались на карантин и блокаду, отправляли к адмиралу Таугвальдеру, всё без толку.

А, ну да. Уговаривали они. Инкогнито проникшие на «Тсурифу-6» и втайне тут шустрящие просекьюторы Тетиса в чине полного генерала выкрадают, пусть и из лучших побуждений, представителя чужой расы, тут уж особо не навоюешь и просто так на все четыре стороны не отправишь.

— И что в итоге? — Кабесинья-третий задал этот вопрос скорее по инерции, нежели из какого-то действительного интереса. И так всё понятно.

— Ну, мы провели с мисс ирн раунд вежливых, но беспокойных переговоров, после чего предоставили ей безопасный и, так сказать, неформальный маршрут на «Тсурифу-6», минуя блокаду адмирала и официальные таможенные посты. Очень далеко минуя.

— То есть контрабандой.

— Ага. Ею.

Кажется, ему вовсе не было при всём этом за себя стыдно.

— А это дело ой какое хлопотное. Так что часов, скажем, восемь у вас ещё есть. И мой вам совет, воспользуйтесь этим гандикапом по полной.

— И как вы это себе видите?

— Ну, я не знаю, — закатил глаза просекьютор, — обдумайте своё положение, согласуйте с коллегами показания. В конце концов, сделайте свежий бэкап, чтобы впредь не беспокоиться об утерянных воспоминаниях.

— Вы это к чему?

— Она же ирн, — просекьютор задумчиво помял собственную челюсть, как будто та вдруг отчаянным образом заныла. — От них чего угодно можно ожидать.

Ясно. Точнее, ни космачьего черта тут не ясно.

— Я могу идти?

— В смысле? — просекьютор на секунду задумался. — А-а, — протянул он, — понял. Да, в общем, я вас больше не задерживаю. Только прошу вас, будьте настороже.

— В каком конкретно смысле?

— В самом прямом. Я бы на вашем месте крепко призадумался, что же на самом деле привело к гибели вашего предшественника.