Трясина

— Луну. Я ищу Луну.

Только сейчас, чуть успокоившись, я поняла, что привычного ночного светила на небе нет. Даже тонкий месяц ниоткуда не выглядывал. В первое мгновение это показалось мне довольно необычным, но прежде, чем я успела понять, на сколько странно могли прозвучать мои слова, юноша уже ответил:

— В этом мире нет Луны.

— А, вот оно как.

«Что…»

— Что?!

Я вздрогнула, в голове мгновенно пронеслись сотни самых разных предположений. Как ни крути, а есть простая истина — нельзя сказать, что чего-то не существует, не имея представления о чём идёт речь. В моём мире нет магии, но я знаю, что это, поэтому и могу быть уверена в её отсутствии. В этом мире уж точно нет компьютеров, но если спросить об этом местных, они только почешут затылок, пытаясь понять, что за незнакомое слово услышали. Но юнец ответил так спокойно, будто точно знает, о чём говорит.

— Была когда-то давно, но… Больше нет. — заметив, что я чуть склонила голову на бок, он пояснил: — Один знакомый демон рассказал.

— Вот как. — я незаметно выдохнула, в душе радуясь, что не создала новых подозрений на свой счёт: — А ты много знаешь.

— Не так много, как должен. — кажется, мгновение назад он о чём-то серьёзно задумался, но подняв на меня взгляд снова улыбнулся своей бесконечно фальшивой, но такой профессиональной улыбкой: — Захочешь что-нибудь узнать, спрашивай. Если я знаю ответ, обязательно тебе расскажу.

— А если не знаешь? — мне вдруг сделалось любопытно, от чего же Вивьен могла бояться кого-то настолько…

«На столько что? Мальчишка, который притворяется на столько плохо, будто желает, чтобы его раскрыли. Личность доверия не вызывающая по умолчанию. Но… Быть может, я просто хочу ему верить. Верить хоть кому-то в этом мире».

— Если сможешь придумать вопрос, на которой я не знаю ответ… Хмм… Я выполню одно твоё желание.

— Так уверен в том, что знаешь всё на свете? — я едва не рассмеялась. Не имеет значения, любит ли мальчишка Вивьен или ждал её по какой-то другой причине, у меня в этом мире, похоже, теперь есть собственная наглая и самоуверенная «Википедия».

— Хочешь проверить? — теперь он и в самом деле смеялся. — Задавай вопрос.

Чуть поразмыслив, я кивнула. В конце концов, ничего не теряю. Если малец ответит, то я узнаю об этом мире что-то новое. Если не ответит, смогу загадать желание. Определённо, хоть условия он установил сам, в плюсе, почему-то, я. Но на удачу грех жаловаться.

«Осталось только задать вопрос так, чтобы не вызвать подозрений».

Глава 9

Слишком простые вещи о мире спрашивать нельзя. Вивьен пусть и не получила должного образования, а всё же долгое время жила в поместье Виллар. Выходит, что-то то она точно знать должна. Будет крайне странно задавать вопросы о территориальном и государственном устройстве.

О том, почему моя магия отличается от любой, описанной в книгах, тоже не спросишь. Во-первых, мальчишка вряд ли знает, во-вторых, вот так просто раскрывать наличие странных способностей практически незнакомому человеку весьма опрометчивый поступок. В таких обстоятельствах лучше всего спрашивать о людях. Но о ком?

«Неизвестно, какие отношения связывали этих двоих. Хотелось бы, конечно, спросить об императрице, но если мальчишка окажется кем-то вроде её соглядатая, получится неловко».

За всю карьеру журналиста я поняла много интересных вещей о людях. И, пожалуй, самая очевидная из них — определить, как человек к тебе относится можно по тому, как он рассказывает о себе.

«Вполне очевидно, что Вивьен его боится. Но как он сам относится к девушке не менее важная информация. Сложность лишь в том, что если они знакомы слишком близко, расспросы о фактах из жизни могут быть восприняты настороженно. А значит для начала стоит узнать о том, что Вивьен точно не могло быть известно».

— Чем ты занимался, пока ждал меня? — я спросила с лёгкой улыбкой, не вкладывая в вопрос особого смысла, но мой собеседник неожиданно напрягся:

— Ничем. Просто ждал.

— Сидел на камне и смотрел в пустоту? — я хмыкнула. Очевидно же, что он не мог оставаться здесь постоянно. Не удовлетворившись ответом, я задала следующий вопрос: — Если меня долго не было, от чего же сам не пошёл навстречу?

— Разве бы я смог? Когда ты сама сказала просто ждать, разве мог я не послушать?

Мальчишка печально улыбнулся. Запрокинув голову, он смотрел в ночное небо. Залюбовавшись этой сказочной картиной, я затаила дыхание. Глаза у моего собеседника оказались вовсе не карие, как я подумала вначале. Они были тёмно-красными, как дорогое вино. И сейчас в этих глазах отражались сотни молчаливо зависших над нами звёзд. Отвернувшись, я чуть нахмурилась. Вивьен с её вздорным характером могла крикнуть что-то такое в сердцах. Но и в самом деле остаться ждать её в таком месте…

Ночь постепенно вступала в свои права. Луг заволокло плотной стеной тумана. Холодный сырой воздух мазнул по коже и я слегка передёрнула плечами, плотнее кутаясь в длинную рубаху. Юноша, заметив это, шевельнул пальцами и над нами зажглась арка из голубоватых огоньков. Сразу стало теплее. Я тихо ахнула. Вот так просто колдовать в присутствии посторонних в этом мире было не принято. И единственное объяснение, которое мне удалось найти: это далеко не первое подобное проявление заботы.

«Что же, или юнец водит меня за нос, прикидываясь добряком, или их отношения с Вивьен друг к другу несколько невзаимные».

Задумавшись о том, как два таких разных человека могли встретиться и начать общаться, я неосознанно задала следующий вопрос:

— Я и правда так сказала? Велела тебе ждать?

— Не думай об этом так. Ты всего лишь не хотела, чтобы я последовал за тобой. И только я сам решил дождаться. Я знал, что однажды ты вернёшься.

— И что же ты намерен делать теперь?

— А чего бы тебе хотелось?

Я вскинула брови. Смутные догадки о том, что неправильных ответов с этим человеком не существует уже посещали меня. И теперь они переросли в твёрдую уверенность. Что бы я ни сказала, он, похоже, просто принимает это как данность. И даже если мои слова кажутся ему подозрительными, виду не подаёт.

— Я пока и сама не знаю. Всё сразу так навалилось. Кажется, всем вокруг что-то известно, а я осталась в стороне. — чуть улыбнувшись, я откинулась на покрытые мягким мхом камни. Огоньки в воздухе качнулись, подлетая ближе: — Чего бы мне хотелось? Наверное, ответов.

— Но разве я здесь не для этого? — юноша расплылся в улыбке и, последовав моему примеру, развалился на валуне, согнув одну ногу в колене: — Продолжай спрашивать. И я продолжу отвечать, пока тебе не надоест.

Что-то в его взгляде, направленном на меня, подсказало: он говорит серьёзно. Мальчишка и в самом деле вознамерился тратить время здесь со мной под открытым небом, на холодном ветру, отвечая на вопросы обо всём на свете. Щёки обдало теплом, и я искренне хотела верить, что дело в кружащих над нами магических огоньках.