Ты будешь моей

— Отлично. Только у нас некоторые изменения… — парень на том конце медлит несколько секунд. — Мы ошиблись и нам требуется сотрудник в офис на полный день.

Улыбка слетает с моего лица. Не могу я сидеть строго по расписанию в кресле, потому что все в агентстве пойдет под откос. Или придется возвращать руководителя, бухгалтера и менеджера для соцсетей и опять терять в деньгах.

— Но в вакансии была информация про свободный график и удаленную работу… — озвучиваю с некоторой надеждой.

— Нам больше не подходит такой вариант. Так что, я записываю вас на завтрашнее утро?

— Нет, мне не подходят новые условия.

— Что ж, тогда до свидания.

— До сви… — я даже закончить не успеваю, как из динамиков уже раздаются гудки.

Как будто это я виновата, что они предлагают мне совершенно другие требования. А ведь я ради этой должности не спала несколько ночей, повторяя все тонкости курса по аудиту.

Обида вылетает из головы, когда мне вдруг становится жарко.

Ян резко оказывается позади меня. Слишком близко.

Я сжимаю телефон в руке, когда он сминает пальцами тоненькую ткань блузки и вытягивает ее из-за пояса еще не высохшей юбки.

Его шумное дыхание греет шею.

— Повернись, Агата, — грохочет прямо мне на ухо, нарочно задев языком очень чувствительное место возле кромки волос.

Кручусь на каблуках, оказавшись глазами к нему. Но не потому что Ян приказал. В таком положении просто страшно чуточку меньше.

— Тебе ведь нужна работа? — на его лице появляется хищный оскал.

— Нужна.

Отрицать нет смысла. Я готова сейчас хвататься за любую возможность заработать, лишь бы спасти жизнь одной маленькой девочке.

— Будешь работать на меня, — рука ложится на мою талию, он гладит подушечками пальцев обнаженную кожу.

— Кем?.. — сглатываю, но голос все равно звучит хрипло. От его прикосновений у меня мурашки по всему телу.

— А ты догадайся.

— Ты ошибся, — мои губы растягиваются в широкую улыбку. — У меня всего лишь клининговое агентство.

— О чем ты? — Ян нахмуривает брови и наблюдает за тем, как я перекладываю телефон из правой руки в левую.

— Здесь нет девушек с низкой социальной ответственностью. Советую поискать в другом месте, если уж тебе так приспичило.

— Среди твоих подчиненных, может, и нет, но прямо передо мной стоит…

Моя ладонь взлетает к его щеке, но Ян не допускает пощечины. Жаль, что он был готов к этому, в следующий раз мне стоит быть менее предсказуемой. Воспользоваться коленом, например…

— Ты когда-нибудь научишься меня слушать? — пальцы окольцовывают мое запястье очень крепко. — Или специально провоцируешь? Если в списке твоих сексуальных фантазий есть выпоротая до красна попка, стоит только попросить.

— Твоя скидка аннулируется, и больше я не вижу поводов тебе здесь задерживаться. Пошел к черту, — цежу сквозь сжатые от гнева зубы и дергаю рукой, намекая на то, что такой длительный контакт кожа к коже излишен.

— Я ведь серьезно, Агата, — Ян веселится, как ни в чем не бывало. — Всех, кто работает на меня, одариваю щедрыми зарплатами, так что попробуй подумать еще раз. И будь со мной милой, золотце, иначе уже мое предложение сгорит.

Мои глаза распахиваются, когда Ян приближается к моему лицу. Он смотрит точно на мои губы, а я пытаюсь не дышать, потому что его личный запах действует похлеще любого мощного афродизиака.

— Да и пусть сгорает! Место личной подстилки… Щедро, ничего не скажешь.

Ян запрокидывает голову и смеется. Наматывает на палец мою прядь, руку так и не отпускает.

А потом его взгляд падает в вырез блузки. Он подцепляет тоненькую цепочку и дергает ее повыше, чтобы показалась подвеска.

То самое перышко из прошлого.

— Носишь, значит? — подушечки пальцев скользят по голой коже рядом с плетением белого золота.

Я хотела сдать ее в ломбард, потому что выкинуть рука не поднималась, но передумала в самый последний момент. Наорала на ювелира, который не хотел мне ее отдавать после подписания договора, фактически вырвала свое перышко с боем.

А сейчас жалею.

Лучше бы оно исчезло из моей жизни. Тогда Ян не сверлил бы меня сейчас таким подначивающим взглядом.

— Забрать хочешь? Ну, ты же вложился в клуб, поиздержался, наверное…

Он отнимает пальцы от моих ключиц и смотрит как на дуру.

— Гулять надо, Агата, на свежем воздухе, чтобы химия, с которой ты работаешь, так сильно в голову не давала.

— Вот и гуляй отсюда, — рычу и шлепаю его свободной рукой по ладони, когда он цепляет вырез блузки и оттягивает ткань пониже.

— Могла бы и поделиться прекрасным, злючка. Для кого кружево, а?

— Уж точно не по твою душу.

Его зрачки расширяются, и теперь глаза кажутся непроницаемо черными.

— А снизу такое же? — Ян нахально сжимает ягодицу и так и замирает, оставив пальцы в непристойном месте.

Ждет и часто, под стать мне, дышит.

— Ты настолько рада меня видеть? — продолжает, услышав в ответ лишь мое молчание. Видимо он только сейчас заметил мокрое пятно на юбке.

— Это вода, придурок.

— Пыталась потушить пожар в трусиках?

Я задыхаюсь от возмущения. Больше не собираясь терпеть его назойливые пальцы на своем теле, ударяю двумя ладонями Яну в грудь, приглушив в себе желание расцарапать ему все лицо до кровавых вспухших борозд.

— Обычно злые женщины сексуально неудовлетворены. А я, между прочим, мог бы помочь тебе с этой проблемой.

Еще чуть-чуть, и я натурально начну рычать.

А потом буду думать, как незаметно вывезти громадное тело из своего кабинета.

— У кого что болит… — ворчу себе под нос, поправляя сбившуюся под его руками одежду.

— Что ты там шепчешь, гном? Мне отсюда не слышно.

— Фрейд, слышал о таком? Ты свой сексуальный застой переносишь на меня. И как, помогает?

— Заткнуть бы тебе прямо сейчас рот, — твердо проговаривает, наступая на меня.