Ты – всё

Агния, сверкая от довольства, словно новогодняя елка, изящно удаляется. Только вот… Не знаю, можно ли рассчитывать на ее быстрое появление, учитывая то, что следом за ней за кулисами исчезает Егор. А пару секунд спустя – и Богдан.

– Боже, Ян… – выдыхаю взволнованно. Потянувшись к нему, шепчу на ухо, чтобы ненароком не услышали мама с папой: – Проконтролируй, чтобы они ее не сожгли.

Нечаев молча смотрит за кулисы, а во взгляде его читается мат.

– Илья, – подзывая брата, коротко указывает на меня, мол, присмотри. – Под твою ответственность.

Младший тут же шагает ко мне, и через мгновение Ян уходит.

– Почему твоя сестра так любит эпатировать? – бубнит Илюша, глядя на меня каким-то нетипичным образом – по касательной, едва задевая. – Почему она не такая, как ты?

– Агния королева, – отвечаю с улыбкой. – Если ей не оказывают должного внимания, она самостоятельно провоцирует вокруг своей персоны ажиотаж.

– Трындец, как все сложно.

– Да, с ней непросто. Но и скучно не бывает.

– Не сомневаюсь. Только мне такие не нравятся.

Я замираю. Вглядываюсь в его лицо пристальней, чем позволяют правила приличия.

– В каком смысле?

Скулы парня розовеют.

– Не то чтобы я имею что-то против нее… Вроде как все разногласия между нашими семьями утрясены, и скоро мы станем одной большой родней. Говорю скорее о, эм-м, симпатии. Она очень красивая. Блядь, прям очень. Но поведение… Мне такие девушки не по вкусу.

– И хорошо, Илюш. Агния с детства в Свята Усманова влюблена, – выдаю я для самой себя неожиданно. – Правда, совсем недавно она заявила, что первая любовь не может длиться вечно. Дескать, это еще не серьезные чувства. А вообще… Она много что говорит. И каждый раз разное. Сама себе противоречит.

– Херово, – мрачно заключает Илья.

– Ты только, ради Бога, не передавай мои слова Егору, – спохватываюсь я.

– Почему я должен ему это передавать?

Застываем, уставившись друг на друга как два барана. В несознанку играем. Вместе делаем вид, что между Агнией и Егором не происходит ничего царапающего всем окружающим нервы.

– Просто подумала… Мало ли…

– Если ты к тому, что я чесал, пока Яна не было, тебе… Извини еще раз. Я тысячу раз пожалел.

– Да нет, – спешно выталкиваю я. – Не поэтому так сказала. Перестань извиняться. Расстались мы с Яном не из-за тебя.

– Не из-за меня, – соглашаясь, долго смотрит в глаза, будто еще что-то сказать хочет. Хочет, но не может. – Я солидную лепту в этот разлад внес.

– Давай не будем о плохом. Все-таки у тебя день рождения, – переключаю его, а по большей части себя. – Положено веселиться.

– Да.

Как раз в этот момент на сцену выходит та самая поп-группа, а Милана Андреевна приглашает гостей за столики.

– Черт… – выдыхаю я.

– Что случилось? – тут же откликается Илья.

– Да ничего, – отмахиваюсь. – Не хочу тебя гонять.

– Говори.

– Я сумочку у Яна в кабинете оставила, а там браслеты, которые я хотела надеть.

Собираясь на торжество, поняла, что ни одно из моих обычных украшений для рук не подходит к эффектному, но очень утонченному красному платью. Пластырь на запястье тоже смотрелся дико. Обратилась за помощью к маме, она привезла свои золотые браслеты. Да только надеть их я не успела. Самой было неудобно, а Яна просить не рискнула, ведь в таком случае он бы уставился прямо на мою татуировку. Думала, позже вернусь в кабинет с Агнией. Так она взяла и пропала.

Чувствую себя голой. Тревожусь о том, что Ян случайно за руку возьмет и нащупает шрам.

Нет, я, конечно, понимала, что скрывать вечно случившееся нельзя. Просто пока еще не готова ему рассказать.

– Я принесу, – вызывается Илья без заминки. – Останешься с мамой.

Милана Андреевна вроде была далеко, и вдруг оказывается рядом с нами. Точно мама-спецназ – чувствует, когда нужна своим детям.

«Своим детям…» – прокручиваю это в голове, и глаза начинают слезиться.

– А где моя любимая свинюка? – оглядывается в поисках Богдана.

– Он с Яном и Егором, – успокаиваю ее, надеясь, что это правда. – Сейчас придут.

Ободряюще улыбаюсь.

Но буквально пару секунд спустя нас отвлекает появление припозднившихся гостей.

– Пойдем встречать, дочка, – зовет Милана Андреевна. – Папа у дальних столов, не увидит.

И снова ее отношение безумно сильно трогает меня.

Шатохины, Георгиевы, Фильфиневичи, Чарушины, Бойко – узнаю, пока шагаем им навстречу. Пять лет назад мы с Яном гоняли с этими ребятами в футбол, прыгали по лужам и летали на самых опасных аттракционах в Луна-парке… И вдруг… У них столько детей! Ошеломленно пытаюсь пересчитать выводок, но быстро сбиваюсь. Зато почти каждого ребенка я могла бы назвать по фамилии, настолько они похожи на своих родителей – нереально красивые девочки Шатохиных, крепкие, высокие и не по-детски серьезные мальчики Георгиевых, маленькая и яркая, словно Дюймовочка, дочка Фильфиневичей, обаятельный улыбака Кир Чарушин и две его милые сестрички, прекрасный ангелочек и мелкая егоза Бойко.

Не понимаю сейчас, как не узнала в первую встречу Шатохина. Просто уму непостижимо!

– Добрый вечер! С именинником вас! – выступает за всех Артем Чарушин.

– Добро пожаловать, ребята! Очень рада всех вас видеть! Илья сейчас подойдет. А это, – обнимая, Милана Андреевна выдвигает меня чуть вперед, – прошу любить и жаловать, невеста Яна и моя первая долгожданная дочка – Юния.

– Невеста? – удивляется Шатохин. – Когда успели?

– Тоха, в таких случаях принято поздравлять, – басит Георгиев, постукивая друга по плечу.

– Да я поздравляю, поздравляю.

– Поздравляем! – восклицают радостным хором их жены.

– Скоро, значит, на свадьбе погуляем, – активизируется Фильфиневич. – Ух, я начинаю готовиться!

Это заявление ребята поддерживают дружным смехом. Я тоже улыбаюсь, хоть и краснею.

– Давай, старик. На тебя весь расчет, – смеется Бойко. – Надеюсь, вы с Тохой еще не разучились крутить свои звездные вертухи.

– Обижаешь, – хмыкает Филя. Указывая большими пальцами себе на грудь, самодовольно добавляет: – Этому телу суждено летать.

– А этому – падать, – хохочет Чарушин, поглаживая Тоху по голове.

– Иди ты бегать, дорогой родственник. Я один раз упал. С тех пор навык повышен до уровня Бог, – козыряет тот.

– Один раз, но метко. Шрам на полбороды.

– Тёма, это не смешно, – не выдержав, бросается защищать перед братом мужа Марина.

Чара со смехом сгребает ее и, отрывая от пола, слегка кружит.

– Прическа, – возмущается она и тут же смеется.

Я внезапно вспоминаю секс Шатохиных, в этом же здании, только этажом выше, и вспыхиваю еще ярче.