У кладезя бездны. Часть 4

В себя — Крис пришла только на набережной Тибра. По уложенным здесь столетия назад камням шли люди, через мост текли автомобиля, неспешно плыли высвеченные изнутри как аквариумы туристические автобусы — а она просто брела в человеческой толпе, сама не зная, куда. И перед глазами — стояла зверски убитая баронесса Микелла Полетти.

Что нужно делать в таком случае? Сообщить в полицию? О человеке вне всяких подозрений? Полицию, которая двадцать с лишним лет не может найти похищенного подростка?

Молиться Господу? Которому? Тому, чьи наместники сидят вон на той стороне старого Тибра, в окровавленном папском дворце.

— Синьорита…

Крис не поняла, что обращаются к ней — пока чья-то рука не легла на ее плечо. Она подняла глаза — и увидела карабинера в его темно-синей форме. Ее лицо — двоилось в стеклах его солнцезащитных очков.

— Синьорита, вам плохо? На Солнце сегодня большая активность, нельзя ходить без шляпки.

И тут — она почувствовала, что ей и в самом деле плохо…

02 июля 2014 года Рим

Небольшой автомобиль производства Баварских моторных заводов серии 330XI въехал в Рим с запада, со стороны побережья. За рулем его был молодой, ничем не примечательный человек, с длинными волосами до плеч, бородкой и усами, больше он напоминал Иисуса Христа наших дней, решившего проведать Пастырей Божьих в их ватиканской цитадели. Молодой человек был бледен и едва уловимо морщился. Иногда.

Егермейстер Его Королевского Величества, Короля Англии, Алан Сноудон, двенадцатый граф Сноудон вернулся в Рим.

Поручение у него на сей раз было простое. Оставить машину на Виа делла Консилиационе. Смешавшись с толпой — проникнуть на Площадь Святого Петра. Держаться справа, ближе к западным колоннам. И там — он должен был получить от неизвестного пакет с информацией в виде флеш-карты. После чего — надлежало возвращаться.

Он не знал, от кого он должен был получить пакет. Но неизвестный информатор — должен был знать его в лицо и сам подойти к нему…

Вот и все.

В город на сей раз он пробрался безо всяких проблем, его не остановили посты карабинеров на въезде в город. На лобовом стекле его машины — красовалась дорогущая виньетка, говорящая о том, что въезд в центр города оплачен на целый месяц…

Виа делла Консилиационе…

Граф с большим удовольствием никогда бы здесь больше не появлялся. Но приказ есть приказ…

Найдя свободное место в самом начале площади — граф Сноудон втиснул туда машину и выключил двигатель. Посидел, закрыл глаза и изгоняя из сознания не боль, а саму память о боли. Строки плыли перед глазами.

Мы пилигримы, господин. Под вековечным небом Единственный мы держим путь средь всех путей земных — За гребень голубой горы, покрытой белым снегом, Через моря в пустыне волн — то ласковых, то злых. В пещере неприступной там на неподкупном троне Всевидящ и безмерно мудр живет пророк святой. Все тайны жизни он лишь тем доверчиво откроет, Кто устремился в Самарканд дорогой золотой. Приятен караванный путь, когда пески остынут. Огромны тени. Даль зовет. Колодцы — за спиной. И колокольчики звенят сквозь тишину пустыни Вдоль той, ведущей в Самарканд, дороги золотой. Мы странствуем по всей земле не только для торговли. Нас в путь огонь сердец влечет под солнцем и звездой. К познанью Вечности вершим мы странствие благое В священный город Самарканд дорогой золотой. [12]

12

Джеймс Элрой Флекнер. Золотое путешествие в Самарканд.

Эти строки были отчеканены на простом монументе, стоящем в Герефорде, сонном английском городке на границе Англии и Уэльса. Этот монумент посвящен бойцам двадцать второго Специального авиадесантного полка, отдавших свои жизни за Родину, павших в бою с врагом. Пару дней назад — на нем появились четыре новых имени…

Граф дал себе зарок когда-нибудь посетить этот проклятый золотой город Самарканд, ныне находящийся под властью русских.

Он закрыл за собой машину, утвердившись на ногах. Огляделся — все следы перестрелки убрали, словно ее и не было… шито-крыто, концы — в воду.

Граф пошел к вратам площади Святого Петра — стараясь шагать тверже…

Людей на площади было относительно немного, это заставляло нервничать. Он заметил снайпера на крыше — а это тут еще к чему. У графа не было с собой оружия, зато было неприятное ощущение — как будто его втолкнули в клетку с львом.

Контакт произошел неожиданно для него самого, он даже не заметил, как этот человек подошел к нему. Лишь в самый последний момент он почувствовал неладное… и тут же чуть повернулся, чтобы схватить лезущего к нему в карман за бумажником вора. Но ранение сделало свое дело… внезапная боль словно током ударила, пальцы схватили пустоту. Все, что он успел увидеть краем глаза — это силуэт удаляющегося от него человека.

Он знал этого человека. Капитан Джекоб Риц-Дэвис, выходец из специальных сил, но не из САС — специальная лодочная секция в Пуле. Что он тут делает, мать его?

Граф был профессионалом и знал, что нельзя после контакта разворачиваться на сто восемьдесят градусов и уходить. Поэтому — он начал смещаться вперед и плево, как будто стараясь подойти ближе к Собору Святого Петра, стараясь рассмотреть его. Положение снайпера — он помнил постоянно, и ему казалось, что перо — запуталось в его волосах как раз с той стороны, где был этот чертов снайпер.

Все время, пока он шел обратно — он ждал, что его схватят, или что хлопнет придушенный глушителем выстрел — и он падет бездыханный на площади самой маленькой абсолютной монархии в мире. Но ничего не произошло — он вышел через ворота вместе с немногочисленными верующими, прошел до машины, сел в нее — и только сейчас понял, что рубашка его взмокла от пота.

Он начал разворачивать машину — и едва не врезался в небольшой фургончик со знаками Ватикана. Высунулся, погрозил кулаком — водитель в ответ показал ему вытянутый средний палец. Вполне достойный ответ для раба Божьего.

Сукин сын…

Граф Сноудон вынужден был сдать назад и застрял. Еще его прадед — наверное, в таком случае открыл бы стрельбу поверх голов и пробился бы силой…

Следом шел туристический автобус, и выехать снова не удалось. Потом, прошли одна за другой четыре машины, что-то похожее на кортеж. Граф стукнул кулаком по баранке от досады — и нажал на газ.

Следовавшая за кортежем машина не успела вовремя остановиться и легонько стукнула БМВ в переднюю дверь. Хрустнул бампер. Водитель выскочил из машины, потрясая кулаками и осыпая водителя БМВ бранью.

Да пошел ты…

Ущерб был невелик — граф развернул-таки машину, нажал на газ и БМВ плавно покатился по Виа делла Консилиационе. Поврежденная машина осталась позади.

И тут — он увидел этот самый фургончик, из-за которого он не смог выехать. Он стоял носом к Собору Святого Петра у самой площади Иоанна Двадцать третьего. Графа это заинтересовало.

Он медленно — повсюду туристы — прокатился мимо. Начал поворачивать — впереди бы мост Сантанджело, но он собирался повернуть на набережную.