Удар

Деньги тут же растворились в огромной денежной массе, уходящей из банка в качестве наличных. Доллары были сделаны великолепно. Карло погорел на мелочи. Одному из банковских работников показалось знакомым имя Карло Ванцети. Клерк когда-то работал в одном из банков Милана, где Карло провернул свою первую аферу. Ревностный служащий сообщил о своих сомнениях дирекции. Последняя навела справки и, получив досье на Карло, схватилась за голову. Оказывается, они имели дело с отъявленным мошенником. Затем за дело взялась Служба Безопасности и быстро отыскала сообщника Карло, служащего этого же банка. Последний долго не запирался. На счет Карло тут же наложили арест, а сам он едва успел унести ноги и считал это чудом.

– Феликс, – протянул Тайгеру руку второй сосед, белобрысый толстый карманник, которому уже третью неделю катастрофически не везло в делах. По этой причине он полностью находился на бесплатном пансионе Жизо.

Третий, разорившийся коммерсант, нехарактерный типаж для этого места, непонятно по чьей протекции попавший сюда, молча протянул Тайгеру вялую руку. Вид у человека был помятый и растерянный. Тайгер подержал его руку в своей и понял, что человек пропал, жизненных сил у него почти не осталось. Правда, его материальное положение было гораздо лучше, чем у других. С Жизо он расплачивался наличными.

– Что с вами, коллега? – спросил Тайгер. – Вы даже забыли назвать себя.

– Коллега? – вяло удивился тот. – Ах да, вы, наверное, правы. Теперь уже коллега. Иосиф Вассерман, – спохватившись, добавил он.

Тайгер лег на свою кровать и через минуту уже спал мертвецким сном.

Проснулся он на рассвете от скрипа половиц. Кто-то ходил взад-вперед по комнате.

Тайгер, приоткрыв глаза, различил в полумраке комнаты силуэт карманника Феликса. Того, очевидно, мучила бессоница. Он вздыхал, курил, пуская клубы дыма в окно, и время от времени прикладывался к бутылке с виски.

– Не спится? – негромко спросил Тайгер.

Фепикс замер, держа бутылку у рта. Затем медленно повернулся и уставился в сторону кроватей, пытаясь определить, кто говорит.

– Это вы, Джин? – наконец произнес он. – Вам тоже не спится?

– Я просто уже выспался.

– Счастливый человек! – позавидовал карманник.

– А почему не спится? – поинтересовался Тайгер.

Феликс вздохнул:

– Пора выходить на работу. Страшно! – Феликс машинально помассировал пальцы. – Но надо. Не век же здесь сидеть.

– Почему страшно, это же ваша работа? Сами выбирали.

– Да! – опять вздохнул карманник. – Жил не жаловался, а теперь словно проклятие наложили. Пять раз пустой кошелек вытаскиваю. А на шестой раз едва не попался. Спасло только то, что потерпевший не мог поверить, что у него среди бела дня тянут из кармана портмоне. Ведь карманники давно вымерли.

– Я тоже так считал, – произнес Тайгер.

– Так все считали, потому и работалось легко. Было время, когда карманных денег у граждан почти не стало. Так, гроши – десять – пятнадцать долларов, не больше. Но потом, когда преступность на улицах упала почти до нуля, в карманах граждан денег заметно добавилось. Первым на это обратил внимание мой дядя. «Феликс! – однажды сказал он. – Чем меньше преступность на улицах, тем больше денег в карманах граждан. Мне надоело нюхать запах моющих средств на складе. Изо дня в день, пять раз в неделю. Это не занятие для настоящего мужчины». Я спросил у него: «Чем же ты предлагаешь заняться?» «Ты знаешь, на что построен дом, где родились твой отец и я? На деньги доверчивых ротозеев, которым мой прадед и дед облегчали карманы», – сказал он мне. С этого все и началось.

Тайгер долго рассматривал незадачливого карманника. Глядя на этого толстого, флегматичного человека, трудно было предположить, что он сможет вытащить из чужого кармана кошелек.

– Ну что ж, значит, обратно на склад? – спросил Тайгер.

– Что вы, что вы! – замахал руками Феликс. – Я там человеком никогда себя не чувствовал. Геморрой, импотенция и полное отсутствие понимания для чего тебя родили.

Когда окончательно рассвело, Тайгер и Феликс вышли из бара. Тайгер направился в рощу, где хотел размять кости, а Феликс в город, в очередной раз попытаться выудить у кого-нибудь кошелек.

Тайгер сидел в позе лотоса, пока его ладони не стали горячими. Тепло от их центра потекло к кончикам пальцев и к предплечьям. Между ним и миром, в котором он пребывал с другими людьми, обозначилась грань. Ад постепенно отделился, теряя свое влияние на его сознание, и оно стало чистым. Энергия легкими толчками запульсировала внутри. Тайгер медленно поднялся, ощущая, как воздух вокруг него стал тягучим и плотным…

Он появился в притоне, когда его обитатели уже поднялись. С кухни шел запах готовящейся пищи, и Тайгеру захотелось есть. Он заглянул на кухню и столкнулся лоб в лоб с Жизо. Она сверкнула на него глазами и хотела пройти мимо.

– Доброе утро, миссис Жизо! – учтиво произнес Тайгер.

Старая бандерша удивленно уставилась на него.

– Я прошу меня простить, – не давал ей опомниться Тайгер. – Я вел себя вчера бестактно.

– Есть хочешь? – спросила Жизо, выражая таким образом свое прощение.

– Да, съел бы чего-нибудь.

– Проходи, садись, – она жестом указала ему на табурет в кухне. – Коко, поесть мистеру Джону.

Негритенок принес половину жареной курицы и сок. Жизо плеснула в стакан виски и поставила перед Тайгером.

– Спасибо, миссис Жизо! – поблагодарил ее Тайгер. – Но я не пью по утрам, хотя виски у вас потрясающее. Такое по карману только толстосумам, но у вас оно имеет цену самого дешевого бренди. Теперь я понимаю, почему ваше заведение процветает, в то время как «Скала» пустует.

– Да, «Скала», – почему-то задумчиво произнесла Жизо. – А виски у нас действительно отменное. Это вы верно заметили. Мы его не покупаем, производим сами. Потому оно такое дешевое.

– Вы сами производите такое виски?! – удивился Тайгер.

– Да! У нас есть свой мастер.

– И у вас есть лицензия на это дело?

– Мистер Джон, вы говорите как агент налогового департамента, – поморщилась Жизо. – Я же говорила вам, что здесь когда-то был детский приют. Ну и, поскольку здесь жили детки, – лицо старой грымзы на миг смягчилось, – городские власти закрывали глаза на факт того, что мы незаконно производим спиртное. Ведь вырученные за это деньги шли и на детей. К тому же кое-кому из департамента очень нравилось наше виски. Но в конце концов детей не стало. Ведь время от времени их у нас забирали и усыновляли. А новых становилось все меньше. Последнего, каюсь, мы продержали очень долго, чтобы сохранить статус приюта. Он был славный мальчик.

– Его тоже в конце концов забрали? – спросил Тайгер.

– Ну… – Жизо на какое-то мгновение замялась. – В общем, да.

– А почему же в приют перестали поступать дети?

– А вы часто теперь видите их на улице?

Тайгер задумался. А ведь действительно детей на улицах почти не видно. Раньше он как-то не обращал на это внимание.

– Вот то-то и оно! – сказала Жизо. – Рождаемость катастрофически снижается. Мы интересовались.