Удар
Шрифт:
– А как же женщины? – спросил Тайгер?
– Эти всегда найдут выход из положения, – ответил Вальтер и, немного помедлив, добавил: – Потому что это уже не женщины.
– То есть со временем мужчины и женщины станут не нужны друг другу?
Вальтер равнодушно пожал плечами.
К ночи колонна сделала привал. Огромный табор заполнил прилегающие к дороге холмы.
Вальтер, протягивая Тайгеру початую бутылку виски, произнес:
– Ты ничего не понял, или я, может быть, плохо объяснил. Весь кайф не в том, что мужик с мужиком, хотя это тоже приятно. Подоплека в том, что человек бессознательно пытается стать кем-то иным, вылезти
На другой день Тайгер по-прежнему шел в голове колонны рядом с Вальтером. Он думал о том, что, двигаясь в ней, доберется до Сан-Франциско не раньше чем за месяц. Целый месяц делить кров и пищу с этими людьми у него не было ни малейшего желания. Они были для него чужими существами новой формации. Мертворожденным продуктом очередного витка цивилизации, который обещал быть ущербным и уродливым.
Тремя днями позже, когда колонна удалилась от Лос-Анджелеса на приличное расстояние, Тайгер отстал от нее и оказался рядом с небольшой заправкой. Ждать долго не пришлось. Минут через десять на заправку въехал «олдсмобиль» жемчужного цвета. За рулем сидела дама лет пятидесяти.
– Миссис, не будете ли вы так любезны подбросить меня до ближайшего города?
Похоже, Тайгер выбрал верный тон.
Дама оценивающе посмотрела на него.
– Может быть, я вас и возьму, любезный, но прежде ответьте мне, откуда вы здесь взялись?
– Я газетный репортер, и по заданию моей газеты я должен был сопровождать колонну гомосексуалистов до Сан-Франциско. Но меня стал домогаться…
– Что они хотели с вами сделать?
– Известно что.
– Изнасиловать?! – воскликнула дама. – Подонки! Ну что ж, садитесь.
К Сан-Франциско они подъезжали вечером. Первый раз город открылся им с высокого холма. Как прекрасный мираж, в золотой дымке вечера он мелькнул на короткий миг вдали. Через некоторое время он появился снова и уже не исчезал, с каждой минутой все отчетливее выявляя свои очертания и теряя очарование видения.
– Издалека он так хорош! – нежно вздохнула пожилая леди, крепко сжимая руль пальцами, унизанными кольцами. – Вам куда?
Тайгер прощально махал рукой, пока «олдсмобиль» не скрылся в темноте, а затем, сойдя с дороги, напрямую зашагал к заливу.
Проходя мимо «Скалы», он окинул ее внимательным взором. Бар, как всегда, пустовал. Джоб, видимо, держал его в расчете на лучшие времена.
В отличие от «Скалы», «Тень папаши Локида» процветала, и это было заметно еще издалека: шум голосов, силуэты людей, мелькающие в свете фонаря, громкая музыка и чей-то пьяный смех.
Подойдя, Тайгер решил, что не стоит мозолить глаза публике, и вошел в постройку с другой стороны. В комнате, кроме неудачника Феликса, храпящего в своем углу, никого не было.
Тайгер попробовал растормошить карманника, но сознание неудачника, плавающее в алкогольных объятиях, не желало покидать своего убежища.
Тайгер вышел из комнаты и заглянул на кухню и увидел негритенка, который скоблил плиту.
Заметив
Тайгера, он бросил свое занятие и улыбнулся.– О, мистер Джон! А мистер Мак сказал, что вы не вернетесь.
– Мистер Мак ошибся. Кстати, где он?
– Мистер Мак у себя. Я пойду скажу ему, что вы прибыли. – Негритенок вернулся через минуту: – Мистер Мак зовет вас к себе.
Прежде чем толкнуть обитую толстым железом дверь, Тайгер постучал.
– Входи! – произнес хрипловатый голос Мака.
Тайгер вошел.
Мак сидел в плетеном кресле. Рядом стояла на треть опорожненная бутылка виски. Слезящиеся глаза невесело смотрели на Тайгера.
– Присаживайся! – произнес Мак. – Что так долго?
– В банке была засада. Едва ноги унес. Потом пришлось на некоторое время лечь на дно.
– Плотно тебя обложили. У нас тоже дела не лучше. Сижу и думаю о том, что это веселье за стенкой может прерваться в одну минуту, с последней бутылкой виски. Впереди ночь, а пойла остался только один ящик.
– Опять «Скала»? – спросил Тайгер.
– «Скала»! – ответил Мак. – Пока тебя не было, нам удалось всего два раза завезти горючее. Теперь эти шакалы днем и ночью снуют по берегу. Видно, догадались, что мы транспортируем виски по воде. На грузовике тоже не подвезти. Всего одна дорога.
Тайгер глубоко вздохнул и произнес:
– Мак, этот поганый мирок мне изрядно надоел. В нем развелось столько подонков, что, пожалуй, на одного порядочного человек их приходится сразу двое. У меня очень чешутся руки, Мак, но, поскольку я не знаю, кто мои враги, давай-ка мы займемся твоими. Ты же сам говорил, что за приют мне придется отработать.
– Что ты предлагаешь? – Протянутая к бутылке рука Мака замерла на полпути.
– Мы сейчас поедем и привезем виски.
– Ты спятил, Джон! По берегу ходят их шпики, почти не скрываясь.
– Шпиков я беру на себя.
– Ну что ж, если так… можно попробовать, – Мак поднялся с кресла. – Только учти, эти шпики ребята не промах. Так! – Мак в раздумье потер подбородок. – Вот только с людьми у меня сейчас туго. Ладно, пошли. Ты подожди на улице. Я посмотрю, кто еще в состоянии стоять на ногах.
Мак вышел с тремя помощниками. Один из них был Карло, второй негритенок Коко, третьего, который слегка покачивался, Тайгер не знал.
– Как будем действовать? – Мак посмотрел на Тайгера.
– Сначала избавимся от шпиков. Вам нужно пойти на берег и создать как можно больше суеты. А когда люди из «Скалы» начнуть сползаться на шум, я ими займусь.
Мак со своими людьми растворился в темноте. Тайгер прислонился к дереву и решил подождать здесь. Некоторое время спустя он увидел неясный силуэт, двигающийся от кипарисовой рощи к заливу. Силуэт не принадлежал забулдыге, жаждущему виски. Он крадущейся походкой обошел «Тень папаши Локида» и направился к берегу.
Тайгер отделился от дерева и зашел человеку в спину.
Шпик действительно, как сказал Мак, был парень не промах. Ростом два метра, с широким разворотом плеч. Чтобы сомкнуть на его шее руки в замок, Тайгеру пришлось подпрыгнуть. Человек дернулся от неожиданности и попытался прижать подбородок к груди, но было поздно. Руки Тайгера напряглись, сжимая ему горло. Шпик завертелся на месте, пытаясь скинуть его со спины, а затем опрокинулся на спину и затих. Тайгер раздел его догола, связал с помощью рубашки и брюк и отволок в сторону. На все это ушло немногим больше нескольких минут. Возня никакого шума не произвела.