Улей. Книга 2

— На какой уровень его разместили? — немного успокоившись, спрашиваю я.

— На десятый, — с плохо скрываемой досадой отвечает Эй. — Твоему брату повезло гораздо больше, чем мне. На десятом уровне смертность намного ниже. Особенно сейчас, когда Медея отправилась в ад. — Эйнар бросает на меня ироничный взгляд. — Если, конечно, ты не планируешь пойти по ее стопам.

— Разве, что для того, чтобы отрезать твой длинный язык, — огрызаюсь я.

— Должен тебя разочаровать, но ты не можешь оказывать на меня физическое воздействие. Теперь я — старший батлер тринадцатого уровня и подчиняюсь непосредственно Дэрилу, — серьёзным тоном выдает Эй, заставив меня удивлённо выгнуть бровь.

— Смотрю, твоя карьера значительно скакнула вверх, — скептически заключаю я.

Эйнар самодовольно хмыкает.

— Повешение далось мне не бесплатно. Я заплатил соизмеримую цену, — он дотрагивается до своей груди, где под футболкой скрыты свежие шрамы, оставленные мечом Немезиды.

Содрогнувшись, я вспоминанию, как он достоверно истекал кровью на ринге. Ранение выглядело очень опасным и серьезным, но все же являлось тщательно подготовленной инсценировкой. И судя по тому, что Эйнар умудрился выжить и достаточно быстро восстановиться, Дэрил рассчитал силу удара и оставил преданному трутню шанс на спасение.

— Медея имела влияние на предыдущего старшего батлера, — напоминаю я, решив сбить спесь с возгордившегося своим новым статусом парня.

— Потому что Кронос не возражал. Ему было безразлично, чем занимается его жена. Лишь бы не мешала ему воплощать свои грандиозные проекты и плести интриги в угоду личным интересам. Дэрил — другой человек, и он не позволит тебе бесчинствовать, даже если ты сама этого захочешь.

— Ты сказал, что здесь тоже есть наблюдатели? — обессиленно осев на ступеньки, резко переключаюсь на другую тему.

Я не готова обсуждать с новым батлером свои сложные взаимоотношения с мужем. И мне до сих пор непонятно, почему Дэрил выбрал именно его на свое место.

Что это?

Злая ирония, намек на то, что история свергнутой королевской пары повторяется, но уже в новом составе?

Эйнар бесспорно умеет выживать в самых сложных ситуациях, и он отменный боец, но должность батлера предполагает несколько иные качества. Аналитический расчетливый гибкий ум, амбициозность, хладнокровие, эмоциональный самоконтроль, глубокие психологические познания и склонность к манипулированию.

Просто поставить «своего человека» на управленческую серьезную должность недостаточно. Его необходимо подготовить и выдрессировать до автоматизма. Эйнар, без сомнений, способен к обучению, но на это требуется время, много времени. Если он начнет ошибаться, выстроенная система может рухнуть, породистые пчелки выйдут из-под контроля, устроят бунт и черт знает что еще…

В общем, это странное и, как мне кажется, спешное решение, хотя Дэрилу с его опытом, конечно, виднее. Я не отрицаю, что могу ошибаться или чего-то не знать о скрытых талантах Эя. В любом случае, я рада, что он жив и находится в сравнительной безопасности. Хотя бы один из нас получил положительный результат от всего случившегося.

— Служба безопасности, — конкретизирует Эйнар. — За каждым нашим шагом тщательно следят. Особенно теперь. Об уединённом романтическом отпуске можешь даже не мечтать.

— Я давно разучилась мечтать, Эй. По мне так, это пустая трата времени.

— Иногда полезно ненадолго сбежать от реальности в цветные фантазии. Лично меня это успокаивает, — оспаривает Эйнар, заставляя меня с любопытством присмотреться к нему. Боец-мечтатель-старший батлер? Это что-то новенькое, но породистым пчелкам зайдет.

— Дэрил точно сделает то, что ты говоришь? — с надеждой спрашиваю я, имея в виду сохранение жизни Антону.

Испытанный шок после нашей стычки и его внезапного приступа, напоминающее эпилепсию, постепенно сходит на нет, а внутри растет уверенность, что с братом ничего плохого не случится.

— Да, — опустившись рядом, Эйнар обнимает меня за плечи, мягко привлекая к себе.

От его успокаивающего заботливого жеста меня неожиданно пробивает на слезы. Кажется, меня вечность никто не обнимал… просто так, без сексуального подтекста, а просто для утешения и поддержки.

— Дэрил меньше всего заинтересован в том, чтобы ты ненавидела его до конца жизни за то, что он позволил твоему брату умереть.

— Откуда у него блокатор?

— Ты смеешься? — искренне удивляется Эй, мягко вытирая влагу с моих щек. — Он — король Улья, детка. У Дэрила есть всё, чтобы убить или помиловать любого из нас.

— И меня? — вскинув голову, я смотрю на суровый сосредоточенный профиль Эйнара.

— Ты неприкосновенна, Диана, — коротко отвечает он. — И хочешь ты этого или нет, но теперь вы должны действовать сообща, как единый механизм.

— Он убил моего отца, — шмыгнув носом, я закрываю ладонями лицо. Боль и горечь утраты снова рвет на части грудную клетку, пробираясь острыми когтями к сердцу.

— Его подставили, — то, что Эйнар не уточняет, которого из отцов убил мой муж, говорит о том, что он в курсе ситуации и не только не осуждает Дэрила за ложь, но и оправдывает его. — Дэрил был на сто процентов уверен, что под маской Кронос.

Мне остается только поражаться его осведомленности. Не спешит ли мой муж раскрывать все свои карты перед своим заместителем? Нет, я ни в чем таком не подозреваю Эйнара, но, если мыслить логически, в нашей ситуации доверять нельзя никому.

— Он должен был мне сказать, — выдыхаю я, опуская руки на колени.

— Я знаю, — неожиданно соглашается Эйнар. — Предвидя твою реакцию, Дэрил решил, что тебе пока лучше не знать.

— Не заговаривай мне зубы, Эй. Он выбрал ложь, как легкий обходной путь. Впрочем, как обычно, — ожесточенно бросаю я.

— Диана, ему тоже сейчас не просто, — тяжело вздохнув, Эйнар продолжает выгораживать нового короля. — Совет сыграл в свою игру за его спиной, и он находится в таком же подвешенном положении, как и ты. Чем быстрее ты поймешь, что вы двое должны держаться вместе, тем проще ему будет выстраивать дальнейшую стратегию. Все уже случилось. Не отвлекай его бессмысленными истериками. Они не помогут, а только усложнят ситуацию.

— Эй, вернись в дом и присмотри за Антоном. — Ледяной голос Дэрила разрезает повисшую тягостную тишину. — Он пока в отключке. На прикроватной тумбочке я оставил шприц с препаратом. Сделаешь ему инъекцию, как только он придет в себя. И глаз с него не своди.

Парень моментально подскакивает, и не взглянув в мою сторону, скрывается за дверью, оставляя меня один на один с навязанным мужем. Именно навязанным, потому что в отличие от него, я не знала, что наш брак был предрешен чуть ли не с момента моего рождения.